Слышишь купюр шелест это шанс оказаться в теме: Рассказы финалистов второго сезона конкурса

Содержание

Рассказы финалистов второго сезона конкурса

Дудко Мария. Ключи

Так… Тик… Так…

Голос старых напольных часов из прихожей уже встречал меня, а я никак не мог открыть дверь. Ну где же эти ключи?… Неужели, потерялись? Только этого не хватало, и так день не задался!.. А, нет, вот же…

Часы пробили восемь, когда я ступил на скрипучий паркет прихожей. Как я соскучился по тишине своей квартирки! Хотелось просто развалиться на потёртом диванчике, да так и пролежать до утра… Но вместо этого я поплёлся к компьютеру. Пока старенький агрегат, доставшийся по наследству от динозавров, включался, я заварил себе кофе. Сегодня понадобится не одна кружка. Статья за ночь, а вдохновения с гулькин нос. Еще и на работе сокращениями грозят. Нельзя затягивать, а то увольнения не избежать. И ещё блог не плохо бы обновить, а то скоро последние подписчики разбегутся. Эх…

Работал я в редакции одного журнальчика, что в нашем районе, да и в городе в общем, был вполне востребован. Редактор — Федот Степанович — всегда только лучшее в печать пускал.

Лучшее. Да. Это значит не меня. Почему-то в последнее время моя писанина совсем не впечатляла. Даже меня самого. Честно, не удивлён. Похоже, я потерял искру, как будто писать нечего было. Смешно как-то: живу в мегаполисе, где каждый день что-то случается, а гляжу как в пустоту. Чужие проблемы переставали волновать, каждый здесь — капля в море. Вот и новости у меня серые, чужие, далёкие и не нужные, в общем то, никому.

О чём я писал? Как я тогда ещё думал, о важном. О вечном, в какой-то степени. Я заметил, что люди кругом так закрылись, что словно перестали видеть друг друга, не то, что чувствовать и понимать. Каждый в какой-то миг уходит в себя и теряет ключ от двери, в которую вошёл. Запирает сердце. Надевает маску. Безразличную. И молча идёт по серым камням мостовой…

Просто хотелось, чтобы услышали… Думал, стану ключиком к миру по эту сторону маски. Помогу нуждающимся своим словом, научу людей слушать и слышать, мир спасу… Но, кажется, что-то пошло не так. И теперь… Теперь не знаю даже, как себя то спасти. Вот и в ответ получаю плач рвущейся бумаги и знаменитое последние предупреждение из уст Федота Степаныча. Последний шанс. Завтра не приду с сенсацией — всё. Что ж… Похоже, пришла пора забыть на время о своих рассуждениях и погрузиться в мир человеческих интриг. Написать то, что будут читать. То, чего от меня ждут. Нет, не так. Что ждут от статьи в нашем журнале.

О чём шумят нынче каменные джунгли? Что несёт ветер перемен по их заасфальтированным тропам? Самой обсуждаемой темой стала череда странных смертей, впрочем, как это и бывает обычно. Вот уже долгое время один за другим погибают взятые под стражу преступники. Самые разные: от простых карманщиков до почти убийц, взрослые и совсем ещё подростки четырнадцати лет. Большинству из них ещё даже не вынесли приговор. И диагноз у всех один — отравление. А чем — пока загадка. Это происходило с некоторой периодичностью в разных районах города, но чаще всего именно в нашем отделении полиции. И, по чистой случайности, как раз там работал никто иной, как мой старший брат — офицер Юрий Дискарин.

Как пригодилась бы мне его помощь сейчас… Но нет. С братом мы не ладим. И никогда не ладили. Так повелось… Наверное, мы просто слишком разные. Юрик скрытный, недоверчивый. Он никогда и ничего не рассказывал мне, предпочитал всё делать сам, и я чувствовал, что совсем ему не нужен. Я же, должно быть, слегка завидовал брату. Он успешен, просто гордость семьи, а я хватаюсь за последний шанс остаться на работе.

…Хватаюсь за последний шанс остаться на работе. Хотя… Можно попробовать разузнать о громком деле из первых уст, так сказать. Подобное, наверняка, заинтересовало бы Федота Степаныча, но придется обратиться за помощью к брату. Ага… И в очередной раз стать неудачником в глазах целого рода. Черта с два! Даже ради работы я не стану просить о помощи этого человека!

Ну, ничего. Я подготовился, собрал материалы, теперь напишу и спасён! Справлюсь сам. Успеть бы до утра…

ТРЯМ!!!

Звук застал меня врасплох. То был сигнал, что кончился завод, от старых часиков в коридоре. Дело поправимое. Я встал, подошёл к часам, открыл крышку и привычным жестом потянулся к ключу. Только вот ключа то как раз и не было. Что за странное дело? В своём доме я ценил порядок, а такие вот казусы просто выбивали из колеи… Что мне теперь, искать этот потерявшийся ключик? Придётся, похоже…

Кинув грустный взгляд на компьютер, я стал припоминать, куда мог сунуть эту старую железку. Вот я уже облазил несколько полок, заглянул в ящики и…

Это что такое? В комоде лежал конверт. И, если ключ от заводящего механизма я готов был увидеть среди носков, с моей то рассеянностью, то вот странного послания уж никак. Хотя, может я слишком наивен? Ой, что-то не нравится мне это всё…

Конверт, я, естественно, распечатал и сразу узнал почерк Юрика.

«Не уверен, что за мной не следили. Загляни в почту. Я никогда не забывал про твой день рождения!
Ю.»

Что за шутки? Так и знал, что надо было отобрать у него ключи, когда он переехал! Постойте, что-то на обороте…

«KeyHole4u…»

Я ещё раз пробежался глазами по торопливо написанным строчкам. Текст казался лишенным смысла и ни о чём мне не говорил.

Чего это он? Для белены, вроде, не сезон… На всякий случай я сверился с календарём и убедился, что день рождения у меня не сегодня и даже не в ближайшие дни. Вразумительно выглядела лишь просьба проверить почту.

На что только я время трачу? Прежде, чем моя рука успела закрыть текстовый редактор, выплывшее окошко осведомилось, точно ли я хочу это сделать. Вот, даже оно издевается…

На почту мне и правда прилетело одно письмецо. Ну и спрашивается, зачем Юрику это: вторгаться в мой дом со странной запиской и одновременно чирикать в интернете? В конце концов, не проще ли позвонить? Конечно, я бы не прыгал от восторга, когда бы что-то заставило нашу звездочку снизойти до простых смертных, но зачем изобретать велосипед?

Так думал я, попивая уже остывший кофе в ожидании загрузки текста. Наконец, перед моими глазами замаячили такие строки:

«Здравствуй, Егор.

Знаю, ты будешь удивлён моему письму, но я не стал бы тебя беспокоить, не будь всё действительно серьёзно. Я хотел позвонить, но на моём новом телефоне не оказалось твоего номера. Мой же номер остался неизменным, если тебя это интересует…

Перехожу к делу. Нам надо поговорить. Но разговор должен пройти с глазу на глаз. Приезжай сегодня в девять на перекрёсток Псковской и Мясной, там, во дворе дома 26, я буду тебя ждать.

Речь пойдёт о серии смертей заключённых. Поправка, о серии убийств… Я подумал, это может тебя заинтересовать, объясню всё при встрече, если, конечно, ты явишься…

Егор, брат, я знаю, мы потеряли связь, и в том я вижу и свою вину. Но прошу тебя один единственный раз мне поверить. Ты — мой последний ключ к надежде. Я рассчитываю, что ты прочтёшь это письмо и придёшь.

Твой брат Юрий Дискарин»

Мда…

Всё чудесатее и чудесатее, как говорила героиня одной известной сказки…

Я перечитал сообщение несколько раз, чтобы убедиться, что действительно перестал что-либо понимать. Кроме, пожалуй, того, что во всём этом деле кроется какая-то тайна, а Юрка для меня сейчас — ключ ко всем ответам. К тому же, раз уж он сам вызывает меня на разговор, то я не премину случаем взять интервью у ведущего следствие… Если это, конечно, не дурацкая попытка пошутить… Но вряд ли он стал бы писать мне ради забавы.

И что, теперь снова под дождь, да?.. Только ведь домой пришел! Ладно, быстренько разберусь, и ещё часиков шесть на статью у меня будет… Я бросил взгляд на часы, запоздало вспомнив, что это бессмысленно. На телефон приходит очередное рекламное сообщение, услужливо подсказывая, что нужно выходить, если хочу успеть на встречу. Погасив только-только проснувшийся монитор и резко схватив еще не просохший после дневной прогулки плащ, я выскочил в подъезд.

Только у машины я самую малость помедлил. А не слишком ли легко я в это вписываюсь? Ещё пару минут назад я был уверен, что ради брата не пошевелю и бровью, а ради самого себя не стану связываться с ним. Что сделало со мной это сообщение?

Оно наполнило меня чувством собственной важности. Наконец от меня что-то зависело, от одного меня! Вероятно, мной двигало желание доказать, что я чего-то стою… Только вот признавать такие мотивы не хотелось. От этого в голове засела непонятная досада, но её я упорно объяснял только потраченным временем, отнятым у написания статьи.

Остановившись в условленном месте, я посмотрел на часы. Еще целых пять минут… Можно было позднее выйти, хотя… как будто это мне бы что-то дало. Кругом никого похожего на Юрия.

На улице царил неприятный, мерзкий туман. Я прятался от него в машине.

Солнце давно село за тучами, и город зажёг свои огни. Фонари, не звёзды. Я иногда думал о том, как не хватало этому шумному миру звёзд. Каждая из них уникальна, хоть их и миллиарды в темноте неба. Так и с людьми, разве нет? Но мы почти нарочно забываем о том, потому прячемся от осуждающих горящих взглядов из глубины необъятного.

И только сейчас мелькнула в голове мысль: как часто я сам думаю о других? Казалось бы, постоянно…

От философских размышлений я отвлёкся, чтобы глянуть на время. Пять минут. В поле зрения никого даже человекообразного, двор пустовал.

Десять… Проверяю телефон, почту. Ни строчки об опоздании.

Двадцать! Не, ну это уже не серьёзно! Не стоило мне приезжать… Нервно набираю номер, готовлю уничтожительную речь. В ответ доносятся лишь долгие гудки. Ладно… Подождем… Мало ли что. У него тоже работа… Попытка успокоиться, кажется, работает, пока не вспоминаю об этой треклятой вообще не начатой статье! Где этого дурня черти носят?!

«Жду еще пятнадцать минут и уезжаю» — злобно набираю сообщение и яростно нажимаю «Отправить».

Время уходит, а сообщение даже не прочитано! Двадцать пять минут… тридцать… Все еще тишина. Дольше ждать нет смысла.

Для очистки совести снова звоню. Из трубки доносится мелодичный женский голос:

— Аппарат вызываемого абонента выключен или находится вне зоны действия сети… — произносит дама, неспешно повторяя фразу на английском.

— Чтоб тебя!.. — раздражённо шипя, бросаю телефон на соседнее сиденье. — Так… Ладно… Я предупреждал, я ждал… ждал дольше, чем обещал. Теперь с чистой совестью можно и домой.

Глядя на дорогу, я с удивлением обнаружил, что не столько злюсь, сколько нервничаю. Это бесило еще сильнее…

***

Времени на работу оставалось все меньше, а я продолжал мерить шагами квартиру. Обычно такой спокойный скрип половиц сейчас всеми силами измывался над моим бедным слухом. Отнюдь не статья занимала мои мысли, несмотря на то что мне не простят, если запорю такой материал…

Медленно текли минуты. Я их ощущал даже без привычного тиканья часов. Ладно. Буду откровенен с собой, ибо сил моих больше нет, а потом за работу! Всё это странно! Что именно? То, что я не смог дозвониться. Юра телефон не выключает и старательно следит за его зарядом, он всегда должен быть на связи, не мне ли, как брату, об этом знать. Ещё и эта строчка из той записки, не случайно же она самая первая…

Так… без паники. Какого лешего этот болван вообще так по-хозяйски обосновался в моей голове?! Всякое бывает. Всё! Статья. Только статья.

Усилием воли мне удалось сесть перед монитором и даже написать пару строк, прежде чем вновь погрузился в раздумья. И всё-таки… что могло случиться?..

***

Дни мчались как часы, но не мои. Ключ я так и не нашел, да и не пытался, по правде с того вечера. Они так и застыли, показывая половину девятого, будто тот день еще не прошел. На работу я на следующее утро так и не вышел. Сам не верю… как я мог поставить на алтарь все ради человека, которому смертельно завидовал, об исчезновении которого мечтал… того, кого знал всю жизнь и с кем всё же был связан незримо?!..

А квартира! Ох… видел бы прежний я, во что превратился мой храм уюта… впрочем, он бы сразу застрелился, оставив после себя лишь мрачную эстетику разбитого творца… Все столы были заставлены грязными кружками и упаковками от фастфуда. Весь пол в следах обуви. Тут и там лежали педантично составленные мной списки тех, с кем мог общаться мой брат, куда он мог пойти, кто мог желать ему зла…

Только всё это было уже не важно…

« — Егор Дискарин? — послышался из моего телефона этим утром спокойный мужской голос.

— Да. — нервно ответил я.

— Вас из полиции беспокоят, — моё сердце грозило сломать грудную клетку. Должно быть, от стресса и недосыпа… А в голове тем временем: «Хоть бы нашли…».

— Ваш брат найден сегодня в полдень, — небольшая пауза, будто для осознания сказанного, — Он мёртв. Обстоятельства смерти выясняются. — так же спокойно, как ни в чем не бывало продолжает человек на другом конце провода. — Приносим свои соболезнования. Сегодня вам следует явиться в отделение…»

Дальше шли инструкции и редкие вопросы, на которые я отвечал что-то вроде «да», «нет» и «понятно». Бойся своих желаний. Нашли…

Следующие полдня я провёл в том самом отделении. Какие-то бумаги, какие-то формальности, похороны… И разговор.

Из той беседы я узнал нечто, что меня поразило. Юру подозревали. Говорили, мол, это он убивал заключённых, подсовывая им яд в еду или что-то вроде того. Доказательств было не много, поэтому его только планировали арестовать, но теперь основная версия смерти моего брата — самоубийство во время попытки побега от правосудия. Какая ересь… Но в тот миг я не мог ничего возразить. Ровно как и поверить хоть единому слову.

И вот теперь я вновь вернулся в своё жилище. Опустошённый, с одной лишь мыслью в голове: «его больше нет»…

Что есть слова? Набор букв, набор звуков, ничего более… Но некоторые становятся ключами. Этот ключ с тремя тяжелыми зубцами откроет одну из самых страшных дверей: дверь отчаяния и боли. Может стоило сформулировать как-то мягче? А как? Что это изменило бы? Ключ один, как его не приукрась, и дверь одна, а ты стоишь на пороге. Назад нельзя. И замок поддался. Началось…

Отрешенно окидываю взглядом квартиру, медленно впадая в ярость.

— Черт! — вырывается из груди. Как давно я не произносил это слово, — Черт! — повторяю громче, резко всплеснув руками. Вся моя армия кружек летит вниз под звон стекла. Сверху их накрывает одеяло исчирканных листов.

— Балбес! Паршивец! Урод! — кричу, себя не помня.

— Посмотри… Взгляни, что ты натворил, мерзавец! Из-за тебя я лишился всего! Вдохновения! Работы! Мечты! Как мне теперь счета оплачивать прикажешь?! Я столько времени на тебя угробил, черт возьми, даже ключ от часов… — молчание резало слух, так что я продолжал кидать пустые фразы, пытаясь выплеснуть всё то, что скопилось внутри меня. Голос срывался, рычал и хрипел, переходил в истерический смех, а я даже не понимал, почему так зол… На себя?

Да… Я завидовал брату по-чёрному! Гордость семьи, большое будущее, офисный авторитет, высокие цели, работа мечты — всё, что хотел слышать о себе, я слышал в адрес Юраши! Я же оставался его младшим братом, всегда вторым, всегда недооценённым. Аксиомой было, что всё даётся ему легко. Но почему-то не приходило в голову, что мы вообще-то братья. Условия у нас были одни и те же. И я как будто слеп, не видел, через что приходилось проходить ему. И что же я сделал, когда надоело быть тенью? Именно. Воздвиг ту самую стену, стену равнодушия. Мне стало плевать. А в океане стало одной каплей больше. Не Юра закрылся от меня, а я от него. И к чему это привело? «Его больше нет», а я даже не могу с уверенностью сказать, что я не брат убийцы! А всё потому, что не знаю! Не знаю, чем жил он все эти годы, не знаю, что творилось в его душе, не знаю, звал ли он меня, чтоб пресечь слухи на корню, или же покаяться в содеянном последнему хоть каплю родному ему существу, пусть и такому мерзкому, как я… И не узнаю, видимо, уже никогда, мой ключ к этой тайне навсегда потерян… Какой же я болван… Чего стоят теперь все мои рассуждения о чувствах, о словах, о звёздах, да всё о тех же ключах! Как мог бы я изменить мир, когда сам в себе не умел отыскать тех пороков, в которых упрекал человечество?! Вот, почему мои статьи не читались. Меняя мир, начни с себя, а ни то всё — пустые слова. Серые, чужие, далёкие и не нужные, в общем то, никому… Такие слова не станут ключами… Ключи… Я раз за разом к ним возвращаюсь. О, этот мир и правда на них помешался! У нас есть ключи от всего, они даже там, где мы и не думаем их найти, ведь они так глубоко вошли в нашу жизнь, что всё теперь держится на них одних, а мы и не замечаем. Да и жизнь сама по себе как постоянный взлом замков! Но важно даже не это. Важно то, что нет ключа, ведущего Оттуда. Именно это придаёт значение всем остальным ключам. Сколько бы ни пытался, я не заведу снова ход времени Юрика, как в старых часах. Но кто знает, от каких дверей, я бы его увёл, если б только был рядом… Жаль, я понял это слишком поздно…

— Никогда больше не сяду писать… — говорил я себе почти в бреду, едва узнавая собственный охрипший голос. После этого я провалился в сон и уже ни о чём не думал.

***

Весь следующий день я провёл почти не вставая. Только к вечеру я кое-как попытался устранить последствия моего вчерашнего помешательства… Но попытка была пресечена на корню, как только на глаза мне попалась та самая записка, что я нашёл среди носков… Удивительно, но всё то время, пока был занят поисками брата, я о ней почти не вспоминал, как о вещи совершенно не несущей в себе смысла. Но зато с ней было связано столько вопросов! Я перечитал её. Как и ожидалось, ничего нового не появилось… И всё-так… Зачем она была нужна?

Я погрузился в воспоминания о том дне, когда потерял ключ от столь молчаливых в последнюю неделю часиков… Похоже, с того времени я и не включал компьютер… Как он там, мой старичок?

Наследие предков ожидаемо разворчалось и разгуделось на моё длительное отсутствие, но в конце концов смилостивилось и открыло мне страничку моей электронной почты. Письмо Юрика никуда не исчезло. Его я перечитывать не стал. Одно дело записка с неясным текстом, а другое приглашение на встречу, которой не суждено было состояться…

«Загляни в почту…» — эхом раздалось в моих ушах. От внезапной догадки я аж подпрыгнул. Что, если… Этот странный текст на обороте — ничто иное, как логин?..

Какая ерунда… Я снова гонюсь незнамо за чем… Глупое предположение! Но мои руки уже не остановить…

Торопливо выйдя из аккаунта, я вбил символы в соответствующее окошко. Но нужен пароль… Пароль…Ещё одна глупая мысль… «Я никогда не забывал про твой день рождения!». Ввожу.

На мониторе переменилась всего одна цифра, но я ей не поверил. Не могла эта вечность длиться какую-то жалкую минуту.

— Получилось… — произнёс я, в исступлении глядя в этот светящийся ящик. Другой аккаунт. И только одно письмо.

Вся квартира погрузилась в абсолютное молчание, пока я читал написанное здесь.

«Егор, я знал, что ты разгадаешь моё послание! Выручай, брат! Ты нужен мне, нужен всем нам!

Вот уже несколько месяцев я занят делом о смерти нескольких взятых под стражу преступников. Это не просто смерти, Егор, это убийства. Я уверен, что подобрался очень близко к разгадке. У меня двое главных подозреваемых. Но есть проблема. Оба они — мои коллеги по работе. И я не знаю, действовал ли кто-то из них в одиночку или же сообща. Другими словами, не знаю, кому из полиции могу доверять касаемо этого дела.

И ещё, я замечаю, что за мной наблюдают. Видимо, злоумышленник чувствует, что я подобрался слишком близко, и вскоре попытается меня устранить. Что ж, это я использую, чтобы точно указать на преступника. Как? О нашей грядущей встрече я рассказал одному. Если я угадал, и он не преступник, то тебе не придётся это читать, я всё расскажу тебе сам. Но, если же я ошибся, и ты всё-таки это читаешь, то, скорее всего, я уже мёртв…

Брат, теперь только тебе под силу раскрыть это дело. И только тебе я могу доверить его. К этому письму я прикреплю документы, в которых собраны мои доказательства, там ты найдёшь подробности плана, все имена, все улики. Опубликуй их в своём журнале, пусть все узнают, и тогда злодеям уже будет некуда деться! Я надеюсь на тебя. Знаю, ты не подведёшь…»

Отчего-то сердце пропустило удар. Брат… Я не подведу!

***

Никогда не говори никогда. Следующие несколько дней я не выпускал из рук клавиатуру. Знаю, обещал ведь себе, за писанину ни-ни, но последний-распоследний разочек! Ради Юрика! Это будет моя самая лучшая статья…

И она правда стала лучшей. С чего я взял? Просто моего блога не хватило бы для столь важной миссии. Вот и пришлось навестить Федота Степановича. Я едва ли не на коленях просил его прочесть мою работу. Но он всё же прочёл. Прочёл и поместил на первой странице!

Ещё через несколько дней мне снова пришлось прийти в наш отдел полиции. Там, конечно, снова формальности, благодарности, извинения… Но не они меня интересовали. Его арестовали. Я хотел поговорить с ним. С убийцей. Хотел посмотреть ему в глаза. За помощь в раскрытии дела мне даже позволили это.

Меня провели в специальную комнату. Он сидел напротив меня и морозил своим холодным взглядом. Но в глазах не было ничего… Он был… Пуст. Однако заговорил первый.

— Потому что видел, как умирали души, — ответил он на мой вопрос до того, как я успел его задать, — Каждый преступник, которого приводили сюда, не от хорошей жизни ступал на этот путь. Мир обошёлся с ними жестоко. Дико, но для кого-то преступления — всё ещё способ выжить. Не для всех… Но я и говорил не со всеми. Знаешь, всё почему? Потому что их не слышат, понимаешь? И когда я беседовал с ними в этой самой комнате, им просто хотелось, чтобы их услышали… А я их слушал, наблюдая, как гаснут глаза напротив, и как безнадёжность проникает в самое сердце. Приговор им не вынесли ещё, но они уже не верили, что что-то можно изменить. Изгои человечества. Им оставалось только прятаться в себе и ждать конца. Тогда я давал им ключик к свободе. Ампулу с ядом, как конец всех мучений. Вы не поймёте, должно быть…

— А сейчас, оказавшись на их месте, ты хотел бы того же? — спросил я тихо. Мой собеседник молчал. А я продолжил, — Знаешь, почему? Потому что Оттуда ключика нет. А пока ты жив, всё ещё можно исправить…

Мы говорили с ним ещё не долго, а потом я вышел на улицу. Уже сгущались сумерки и загорались фонари. Ливень бросал осколки звёзд прямо мне под ноги, и они вспыхивали на миг земным человеческим светом, разбиваясь о мокрый асфальт. Я молча шёл по серым камням мостовой, скинув, наконец, безразличную маску. Капли дождя на моих щеках от чего-то становились солёными. Перед глазами стоял образ Его. Равнодушия. Таким, каким я видел его однажды на Болотной площади — не видящим, не слышащим, неприступным. Источником людских пороков. Мне хотелось от него бежать, и я даже побежал, словно это могло бы помочь. Боже! Кто бы знал, что открывать сердце миру так больно! В мыслях всё ещё звучал диалог с убийцей, а в душе эхом доносился голос брата. Но, если уж прятался от всего этого за стеной безразличия, то только пройдя через эту боль можно вернуться обратно, вновь познать истину. Обиды, убийства, войны… Сколько жизней ещё прольётся, прежде чем каждый из нас победит в себе это зло? Сердца людей закрыты, и ключ потерян. Но что могу поделать я?..

Я думал об этом уже в подъезде, не спеша поднимаясь по лестнице. Быть может… Нет, но я же обещал себе… И всё-таки…

Ключи. Я мог бы превращать слова в ключи. Я мог бы снова писать. Открывать сердца людей и помогать справляться с болью. Нет, в редакцию я больше не вернусь. Никаких статей. Я напишу книгу. Нельзя мне сейчас замолкать. «Решено!» — подумал я, открывая дверь. Но сначала…

Медленно-медленно поднял я с пола ключик. Отворил стеклянную дверцу. Вставил в скважину. И повернул. Голос старых напольных часов в прихожей снова меня встречал. Говорил же, поправимо…

Тик… Так… Тик…

Николь: Моя Fragrantica

«Cornubia» — это классика в современном исполнении, аромат полностью отражает традиции британского парфюмерного дома, подчеркивая аристократизм, чувство стиля.
Абсолютно восхитительная женственность от начальных нот и до основных.
Дорогой по звучанию, элегантный, слаженный, многогранный, неповторимый — эпитетов могу написать много, вся музыка ему, о нём…
Тёплый, глубокий, бархатный, чуть горьковатый — изысканная гармония цветов и мягких древесных оттенков.
Подозреваю присутствие Гвоздики-цветка, её густой и острый запах, — это он придаёт аромату схожесть с праздничной торжественностью Красной Москвы — как комплимент аромату, а не наоборот!
Малютка Фрезия с прохладным перечным намёком переходящим в цветочную мягкость, добавляет блаженство чистоты и лёгкости, без дерзости и воздушности…
Благородно-сентиментальный Жасмин здесь душисто-тёплый, томный, уставший после полуденной жары…
Горьковато-пряный, сухой запах Нероли, придаёт вечернюю глубину и торжественность…
Нежная сладость конфет пралине — это скромная страсть Гелиотропа…
Едва ощутимый Мускус помогает аромату красиво раскрыться, словно старинный веер из лебяжьих перьев обрамлённых шёлком…
Ваниль здесь совсем не навязчивая, загадочная, чуть древесная…
Ну да, есть в «Cornubia» некая английская чопорность, но мягкая, без надменной холодности, — что совсем не портит аромат.
В нём нет ничего резкого, выпирающего, кричащего — всё плавно, округло, никаких излишеств, все ноты гармонично сплетены в единую мелодию женственности.
Не надо мучительно долго ждать раскрытия аромата, он сразу показывает свою красоту.
Комфортное восприятие окружающими, комплиментарный!
Восхитительный шлейф неотступно следует за своей хозяйкой, в течении всего дня.

Закрывается аромат — словно цветок на закате складывает свои лепестки, оставляя приятные воспоминания о встрече с ним на шарфе, платке, подушке…

«Cornubia» сравнивают с Сумерками — Герлен — и это меня радует, потому что «L’Heure Bleue» — считаю шедевром парфюмерного искусства, созданный в 1912 году, прошлого века.
Ароматы былых эпох — какие тогда были роскошные запахи, стойкие, с тягучим шлейфом, с сильным характером, наносимые притёртой пробочкой флакона на шею и запястья, они были драгоценностями на женских столиках. Расходовались по каплям, годами…
Если Вы ценитель уходящих традиций — «Cornubia» Вам понравится.
Истинно женский аромат, для юных леди пожалуй будет сложноват…

Как считает моя подруга: «Cornubia» — это запах красивой жизни».
Один из тех ароматов, в котором для меня всё полностью сошлось, сразу очаровал…
Не знает сезонных и временных ограничений уместен и днём, и вечером, и в любое время года.

Сергей Кочнев. ШЕЛЕСТ МОГУЧИХ КРЫЛ (КЛАВДИЯ ЕГОРОВНА)

(драма)

Пьеса – победитель конкурса «Время драмы, 2016, весна»,
номинант конкурса «Кульминация», 2016 г.,
победитель конкурса «Автора – на сцену», 2018 г.

Действующие лица:
 
Клавдия Егоровна – пенсионерка, бывшая учительница, возраст умело скрывает
Мишенька (Михаил Васильевич) — одноклассник Клавдии Егоровны
Ипполита (она же Татьяна Семёновна Скобарёва) – гадалка, предсказательница, экстрасенс, целительница, медиум, хиромант
Тихон Мартынов – старший двоюродный брат Татьяны, полицейский


ДЕЙСТВИЕ 1

Санкт-Петербург, начало 21-го века.
Салон экстрасенса Ипполиты, бывшая коммунальная квартира. Выкуплены все комнаты, кроме одной, в которой проживает Клавдия Егоровна. Сама Ипполита и проживает здесь, и ведёт приём посетителей. 
В местах общего пользования сделан ремонт по последней моде.
Большая прихожая, разделённая на две части. В одной, как и когда-то, кухня. две газовые плиты, два столика, настенные шкафчики с кухонной утварью. В другой оборудована зона отдыха и ожидания – журнальный столик с набором печатной продукции и рекламы, небольшой телевизор с DVD— проигрывателем, стопка дисков, роутер и пр. причиндалы. 
У входной двери место охранника.

КАРТИНА 1 

Появляется Клавдия Егоровна с пакетом продуктов, стучит в комнату Ипполиты.

ИППОЛИТА (из комнаты). Минутку, я занята!
К.Е.. Татьяна Семёновна, это я. Лёша передал продукты, куда положить? В холодильнике места уже нет.

Распахивается дверь, выскакивает Ипполита, прикрывает плотно дверь. Стучит пальцем по лбу.

ИППОЛИТА (зверским шепотом). С ума сошли? У меня же клиенты!
К.Е. (шепотом). Танечка…
ИППОЛИТА. Тише! Какая Танечка? Сколько можно вам внушать – Ипполита!
К.Е.. Хорошо-хорошо, Татьяна Семёновна. Я всё поняла – Ипполита.
ИППОЛИТА. Продукты на стол. Лёша уберёт.
К.Е.. Так он же…
ИППОЛИТА. Потом-потом.

Ипполита прикладывает палец к губам, исчезает за дверью. Клавдия Егоровна вынимает продукты из пакета, раскладывает на столе Ипполиты. Слышен голос Ипполиты. «Сегодня я наконец могу констатировать, что процесс полностью контролируется. Я вами довольна. Очень довольна. Вот ещё этот артефакт посоветую вам. Нет, постоянно, пожизненно. Просто носите на руке, как браслет. Всего пятнадцать тысяч. Хорошо. Всевышний всеблагой любит вас, помните. Да-да, молитва – это первое средство. В эту дверь, пожалуйста».

ИППОЛИТА (появляется). За продукты спасибо. А олух-то где?
К.Е.. Кто?
ИППОЛИТА. Лёша-то сам где?
К.Е.. Так вы же, Татьяна Семёновна, его отпустили. На все каникулы.
ИППОЛИТА. А, да, припоминаю. Ну, ладно, вернётся, я ему устрою новый год!
К.Е.. Зря вы так, Татьяна Семёновна. Он вам подарок передал. Вот. (Подаёт подарочный пакет).
ИППОЛИТА. Хорошо, потом посмотрю. А сейчас мы с вами будем повторять урок. Повторенье – мать чего?
К.Е.. Ученья.
ИППОЛИТА. Правильно. Тётя Клава, когда же вы, наконец, привыкните? Зовут меня Ип-по-ли-та. Повторите.
К.Е.. Танечка Семёновна…
ИППОЛИТА. Ип-по-ли-та!
К.Е.. Ипполита. Не сердитесь, Татьяна Семёновна, я как-нибудь сумею, я просто не могу так быстро!
ИППОЛИТА. Как это быстро?! Сколько лет мы уже вместе живём, а вы всё меня по имени-отчеству! Ведь вы же маму мою учили. Вы же её с папой познакомили. Можно сказать, что если бы не вы, то я бы не родилась. Мы же почти что родственники.
К.Е.. Да-да, я понимаю, но как-то неудобно, вы такая…
ИППОЛИТА. Какая?
К.Е.. Популярная…
ИППОЛИТА. Тётя Клава! Я популярная, когда работаю. Вот тогда я – Ипполита, я популярная, как вы сказали. А здесь, на кухне, когда мы вдвоём, я – просто Таня.
К.Е.. Хорошо-хорошо, я постараюсь… Та… тьяна Семёновна.
ИППОЛИТА. Опять!
К.Е.. Милая вы моя, Татьяна Семёновна, ну я смогу, но не сразу. У меня другое воспитание.
ИППОЛИТА. Ух! Тяжело мне с вами! (Звонок в дверь). Ой! Откройте, скажи́те — я не одета. Это наверняка ко мне. (Устремляется к себе).

Клавдия Егоровна идёт открывать входную дверь. Входит Михаил Васильевич, представительный пожилой мужчина. Одет дорого, но неброско. Чувствуется, что он обладает хорошим вкусом. Прекрасное пальто дизайнерского исполнения дополняет воздушное кашне.

М.В.. Добрый день, вернее… (пауза, внимательно смотрит на К.Е.) уже, похоже, вечер.
К.Е.. Думаю, что ещё пока добрый день. Вы, конечно, к Ипполите? (М.В., чуть помедлив, согласно кивает). Я сразу поняла, тем более, что ко мне уже лет десять никто не ходит. Проходите. Давайте ваше пальто.
М.В.. Есть подозрение, что вы несколько лукавите.
К.Е.. Да? И на чём оно основано? Снимайте пальто.
М.В.. А на том, многоуважаемая симпатичная дама, оно основано, что на вас надето очаровательное платье. Вероятно, вы ждёте гостей? Я угадал?
К.Е.. «Симпатичная дама», это ко мне относится?
М.В.. Несомненно. Вам не нравится?
К.Е.. Наоборот. Много лет мне никто не говорил комплименты. Похоже, вы опасный человек. От вас нужно держаться подальше.
М.В.. Ну-ну-ну. Лет сорок назад я, пожалуй, и согласился бы с вами…
К.Е.. Не прибедняйтесь. Ещё не успели снять пальто, а уже завоевали моё расположение самым примитивным образом.
М.В.. И не думал. Просто не могу же я молчать, если на вас действительно очаровательное платье?
К.Е.. Дважды повторённый приём не работает, неужели вы этого не знаете? Так что на этот раз – мимо. Снимите же, наконец-то, ваше пальто. А платье я надела вовсе не для гостей.
М.В.. А я для чего, если не секрет?
К.Е.. У меня… э… да́та. У нас в этом году юбилей выпуска – пятьдесят лет!
М.В.. Ого!
К.Е.. Вот кресло, можете присесть, Ипполита просила немного обождать. (Переставляет посуду из сушилки в шкафчик). Вы знаете, у меня сохранилась фотографическая карточка. На ней весь наш выпуск. Подождите минуточку, я найду альбом, если вам интересно.
М.В.. Чрезвычайно интересно. У меня тоже карточка нашего выпуска где-то сохранилась.
К.Е.. Я принесу альбом, вы не против?
М.В.. Нисколько, напротив. Напротив, я не против… шучу, не обращайте внимания.
К.Е.. Я скоренько, вот, посмотрите пока журналы… Если любите кроссворды, берите отсюда, другие уже разгаданы.
М.В.. Я просто подожду, не волнуйтесь, времени у меня – вагон и маленькая тележка.

Клавдия Егоровна уходит в свою комнату. Михаил Васильевич подхватывает пальто, устремляется к выходу, но останавливается у двери.

М.В.. Попал! Н-да-с! Это ж надо, прямо в яблочко!

Поразмыслив возвращается, усаживается в кресло, достаёт пачку хороших сигарет, вынимает одну, крутит в пальцах, но не закуривает.

К.Е. (возвращается с раскрытым альбомом). Вот, смотрите, весь наш класс… это Лёшенька Твердохлебов, отличник, спортсмэн, как тогда говорили. А это моя подружка лучшая, Людочка Степанова… Ушла три года назад… инфаркт… с тех пор я совсем одна… Это наш руководитель Валентин Михайлович, мы его (тихо смеётся) за глаза называли…
М.В.. Валмих.
К.Е.. Да. Откуда вы знаете?
М.В.. Догадаться нетрудно. Ученики часто дают педагогам такие прозвища. У нас Валмих тоже был.
К.Е.. Да? Очень любопытно.
М.В.. А это кто?
К.Е.. Сейчас скажу… Забыла. Лицо помню хорошо, а вот, как зовут… (Переворачивает карточку). Странно. Всех записала, а этого мальчика… Почему-то пропустила. Очень странно. Ну, я вспомню… потом… А меня вы здесь узнаёте?
М.В.. Сейчас попробую найти… Это? Нет! Вот вы, третья слева.
К.Е.. Точно. Неужели меня ещё можно узнать?
М.В.. Конечно, можно, вы мало изменились. Глаза совсем не изменились, такие же молодые.
К.Е.. Ну зачем вы? Не надо так откровенно… льстить, тем более в нашем возрасте.
М.В.. И не собирался льстить. Я правду сказал. Вот, смотрите в зеркало, а теперь на фото. Глаза абсолютно не изменились, светятся, как и тогда. Кстати, это в каком городе?
К.Е.. Это здесь, школа номер двести тридцать четыре.
М.В.. Двести тридцать четыре? Погодите, это с портретами писателей на фасаде?
К.Е.. Учёных. Менделеев, Ломоносов…
М.В.. Да-да-да. Лобачевский, Циолковский… и…
К.Е.. И почему-то Ньютон, кажется.
М.В.. Абсольман, мадам. Точно, Ньютон.
К.Е.. Постойте-постойте! Как вы сказали?
М.В.. Точно, говорю, Ньютон.
К.Е.. Нет, до этого сказали.
М.В.. Лобачевский, кажется…
К.Е.. Да нет же! Вы сказали «абсольман, мадам».
М.В.. И что? Сказал. Вас шокирует этот оборот? Ну, я уже давно живу на свете и иногда разговариваю не так, как нынешние.
К.Е.. Не увиливайте. Этот мальчик, на фотографии, я забыла его имя, но помню, очень хорошо помню, что он любил щеголять цветистыми оборотами речи. «Абсольман, мадам» — было его любимым выражением.
М.В.. Бывают странные сближения…
К.Е.. И это он тоже часто повторял. Это из письма Пушкина. Вы… меня пугаете.
М.В.. Ну что я могу сделать? Не скроешься от вашей проницательности. Да. Это я на фотографии, Клава. (Клавдия Егоровна охает, попеременно смотрит то на фото, то на гостя). Напоминаю. Пришёл я к вам в класс за полгода до выпуска. Папу перевели служить сюда из Казахстана, причём сразу дали служебную квартиру, и мы без размышлений переехали с мамой тоже.
К.Е.. Я, кажется, припоминаю… Вас зовут… Владимир? Да?
М.В.. Мишенька, Михаил Васильевич. Вы меня всегда называли Мишенькой.
К.Е.. Боже мой, Мишенька. Как же я вас сразу не узнала? Глаза! Да, глаза! У вас прекрасные были глаза! Что я говорю, почему были? Они и сейчас любую женщину сведут с ума!
М.В.. Ну что вы! Так уж и сведут. Был когда-то сердцеед, да весь вышел.

Входит Ипполита.

ИППОЛИТА. Если не ошибаюсь, Михаил Васильевич? На шестнадцать часов вы записаны, кажется?
М.В.. Не ошибаетесь, это действительно я. На шестнадцать двадцать вы мне назначили, но я не люблю опаздывать, всегда прихожу заранее.
ИППОЛИТА. Тогда подождите ещё буквально пять минут, я приму вас. Клавдия Егоровна, можно вас на минутку?
К.Е.. Конечно-конечно, иду. Сейчас, только альбом уберу… Извините, Михаил Васильевич… я надеюсь, мы продолжим?
М.В.. Да уж, конечно, продолжим, всенепременно. Теперь вы от меня так просто не отделаетесь.

К.Е. уходит в свою комнату.

ИППОЛИТА. Быстро вы! Уже познакомились?
М.В.. Как видите.
ИППОЛИТА. Хорошо. Я к себе, дождитесь, когда выйдет Клавдия Егоровна, и сразу заходите ко мне. Там и поговорим обо всём. (Уходит к себе).

Появляется К.Е.

К.Е.. Мишенька! Можно я по старой памяти буду вас Мишенькой называть?
М.В.. Само собой.
К.Е.. Я на минутку… зайду к… Танечке…
М.В.. К Ипполите?
К.Е.. Ну да, к ней… Я буду вас ждать, Мишенька. Если меня здесь не увидите, постучите в мою комнату, я могу быть там.
М.В.. Хорошо-хорошо, не надо так волноваться. Теперь я уже никуда не исчезну. Клянусь копьём Монтесумы и скальпами бледнолицых.
К.Е.. Ой! Бегу! (Уходит к Ипполите).
М.В. (закуривает, прохаживается). Такой вот кроссворд, пацаны. Ну что? Выхода два. либо геройски бежать, либо не менее геройски остаться. Ха!

Вынимает визитку, что-то на ней пишет.

КАРТИНА 2 

Апартаменты Ипполиты. Электрического освещения нет, только свечи в подсвечниках, канделябрах, пяти и семи-свечниках. Полупрозрачные занавеси, ширмы. Приглушённая расслабляющая музыка. Огромный круглый диван. Кругом разнообразные оккультные и эзотерические принадлежности в самых странных сочетаниях. букеты трав, чучела птиц и животных, амулеты, химическая посуда (колбы, бюксы, реторты и пр.) в которой разноцветные кипящие жидкости, кристаллы, ароматические свечи и палочки, черепа, хрустальные шары, посмертные маски и т.д., по стенам развешаны карты звёздного неба, схемы частей человеческого тела, православные иконы, папирусы, картины страшного суда, астрологические чертежи, пентакли, гороскопы и прочее, прочее, прочее.

Михаил Васильевич полусидит на краю дивана. Ипполита сидит в центре в позе лотоса.

М.В.. Итак, хотелось бы уяснить задачу.
ИППОЛИТА. Уясним. Я составила гороскоп…
М.В.. Бросьте. Не надо этих сказок. Я человек старого склада.
ИППОЛИТА. Хорошо, на это я и рассчитываю. Оставим сказки для клиентов. (Достаёт прямо из воздуха объёмное портмоне). Это аванс. Здесь ровно пять тысяч долларов, можете не пересчитывать.
М.В.. Упаси боже. Зачем же вам меня обманывать в самом начале пути? Правильно, так и надо. А вот при окончательном расчёте пересчитаю, уж не обессудьте.
ИППОЛИТА. Вы умны и дальновидны, и я на вас ничуть не обижаюсь. Обязательно позвоню… э… нашему общему знакомому и поблагодарю за прекрасную кандидатуру.
М.В.. Позвоните-позвоните.
ИППОЛИТА. Давайте-ка с вами выпьем… за знакомство, и чтобы беседа лилась в правильном направлении.
М.В.. Спасибо, но вынужден отказаться, на работе не пью, да и диабет. Мне, если несложно, кофе покрепче, без сахара, со сливками.
ИППОЛИТА. Понимаю. А я всё-таки немного выпью. (Поднимается с дивана, подходит к бару, наливает себе виски, включает кофемашину). Вам американо, капучино, латте?
М.В.. Без разницы, главное — покрепче.
ИППОЛИТА. Кстати, диабет я полностью излечиваю за два сеанса.
М.В.. Милая девушка, у нас сегодня другой намечен репертуар для общения. И кстати, как вас всё-таки зовут? По телефону вы представились Ипполитой, а работница ваша назвала вас…
ИППОЛИТА. Не работница, а проблема. Именно по её поводу мы и общаемся. (Приносит поднос с напитками на диван). Прошу. Зовите меня Татьяна Семёновна или просто Таня, но только не при клиентах. Для них я – Ипполита.
М.В.. Понял. Спасибо за кофе. (Вынимает маленькую баночку с подсластителем, бросает в кофе две таблетки).
ИППОЛИТА. Советую вам не злоупотреблять.
М.В.. Стараюсь, но иногда мозг нужно обманывать чуть больше, чем обычно.
ИППОЛИТА. И часто приходится обманывать больше, чем обычно? (Выпивает виски).
М.В. (прихлёбывая кофе). Давайте лучше о вашей проблеме. Не зря ведь вы уже выдали мне аванс? Обо мне у нас ещё будет возможность поговорить.
ИППОЛИТА (энергично, почти сбиваясь на истерику). Уберите её отсюда… пожалуйста… навсегда. Я больше не могу. Мне нужна вся квартира, понимаете, вся! А эта… проблема, как кость у меня в горле. «Я здесь родилась и умру я тоже здесь!»
М.В.. Но вас предупредили, что мокрыми делами я не занимаюсь?
ИППОЛИТА. Кто говорит про мокрое дело? Вы что?!
М.В.. Тогда о чём пойдёт речь?
ИППОЛИТА. Куда-нибудь подальше! Пусть какая-нибудь хибара где-то…
М.В.. На берегу тёплого моря пойдёт?
ИППОЛИТА. Идеально! А я бы даже навещала её, где-нибудь в августе-сентябре.
М.В.. Очень правильно. Хорошие отношения надо стараться сохранить. Сроки.
ИППОЛИТА. Чем скорее…
М.В.. В вашем случае «чем скорее» может означать и месяц, и два, и три…
ИППОЛИТА. Почему так долго?
М.В.. Мне нужно подробно изучить… проблему, сопутствующие обстоятельства, документы, наконец. Комната у неё в собственности?
ИППОЛИТА. Кажется, да. Простите, голова кругом идёт, не соображу.
М.В.. Мне нужно знать определённо. Я должен своими глазами увидеть все документы, а ещё лучше — иметь нотариально заверенные копии, или даже подлинники. Как вы понимаете, для этого я должен по возможности максимально сблизиться с вашей… проблемой настолько, чтобы она мне полностью доверяла, а на это, согласитесь, требуется время.
ИППОЛИТА. Я понимаю, но три месяца…
М.В.. Может быть и полгода. И вам придётся ждать. Впрочем, если вас не устраивают мои условия, я даже прикасаться не буду к авансу, и мы расстаёмся.
ИППОЛИТА. Ну, знаете! Как это расстаёмся? Вы – лучший! Мне вас порекомендовал сам…
М.В. (предостерегающе). Не надо никаких имён. Достаточно того, что мы оба в курсе, о ком идёт речь. Кстати, мне необходимо знать также все подробности вашего с ним знакомства.
ИППОЛИТА. А это зачем? Какое отношение к моему делу?
М.В.. Уверяю вас, самое непосредственное. Представьте, что я врач, и вы пришли ко мне с тяжёлым, запущенным заболеванием. Собственно, почти так оно и есть. Врачу необходимо знать всё, врачу говорят только правду, на все вопросы отвечают, не задумываясь «а зачем?» Вы ведь тоже в своей… практике также поступаете, не правда ли?
ИППОЛИТА. Ну, хорошо-хорошо!
М.В.. Тогда для начала расскажите максимально подробно про себя и про вашу кость в горле. Я понимаю, что для вашей… практики, или деятельности, место, конечно, идеальное.
ИППОЛИТА. Именно. Место просто фантастическое. Престижней не бывает. И клиентов море. Я думала на втором этаже квартиру взять, но знаете сколько за неё попросили? Два миллиона американских денег. (М.В. присвистнул). Я, конечно, зарабатываю прилично, очень прилично, но два миллиона!!!

Ипполита наливает себе ещё виски, жестом предлагает гостю, тот также жестом отказывается. Ипполита выпивает виски.

М.В.. Понятно. Хотя, для начала, один простой вопрос. судя по вашей рекламе, вы можете творить просто чудеса, людей вытаскивать с того света, перемещать предметы силой мысли, ну, и прочее. Вашими методами вы не пробовали решить эту проблему?
ИППОЛИТА (присаживается к нему на диван). То, что делаю я, это для… скажем откровенно, для простачков, любителей сопливых сериалов. А в данном случае мне нужна помощь профессионала, и за эту помощь профессионал получит очень хороший гонорар. Конечно, если всё случится так, как мы с ним условимся.
М.В.. В таком случае я попрошу обрисовать ситуацию и с «костью в горле», и с квартирой максимально подробно, хотя бы за последние три года, и, по возможности, с документами, визуальными материалами и любыми другими тоже.
ИППОЛИТА. Не волнуйтесь, я постаралась подготовиться. (Включает планшет). Я сделаю погромче музыку? (М.В. согласно кивает, Ипполита прибавляет громкость).

Гремит музыка, на экране мелькают фотографии, рукописные документы, фрагменты видео.
М.В. достаёт маленький блокнотик, делает пометки, что-то записывает.
Ипполита ведёт рассказ, текста мы не слышим, но о напряжённости повествования судим по преувеличенной жестикуляции. Ипполита почти танцует. жонглирует какими-то бумагами, мечется к планшету – к дивану – к бару – к планшету – к дивану – к бару… несколько раз глотает виски, наконец, почти исступлённо, бросается к М.В.

…Я просто на грани! Понимаете?! Держусь из последних сил! Я могла бы! Поверьте, я легко могла бы… Я управляю такими силами, что… Но я не могу! Кого угодно, но её не могу! (Валится в изнеможении на диван, затихает).
М.В. (после паузы). Да, положение у вас незавидное. Поднимайтесь-поднимайтесь. Вот, выпейте ещё глоток. (Даёт ей виски). Положение серьёзное, но небезнадёжное. Мне и не такие кроссворды приходилось решать. Во-первых, аванс придётся удвоить… (Она поднимает лицо к нему, пауза, согласно кивает и вынимает прямо из воздуха ещё одно портмоне). Затем. мне придётся несколько дней, как говорили раньше, подбивать клинья, влезать под шубу, а вы при этом не вмешиваетесь. Даже если вам покажется, что я принял другую сторону, что не собираюсь заниматься вашей проблемой, а совсем наоборот, не паникуйте и не вздумайте устраивать сцен. Моя мето́да предполагает полное погружение в ситуацию как с одной, так и с другой стороны. Любые ваши попытки помешать, даже просто намёк на недоверие, могут всё пустить под откос, и тогда вступает в действие третье условие. аванс возврату не подлежит при любом исходе дела. Решайте, согласны?
ИППОЛИТА (подумав немного). А что мне остаётся? Чёрт с вами!
М.В.. Тю-тю-тю-тю! Не поминайте к ночи!
ИППОЛИТА. А! Ерунда всё это, предрассудки! Налейте мне, пожалуйста, ещё глоточек. (М.В. наливает, подаёт ей). За успех пить нельзя!
М.В.. А это не предрассудки?
ИППОЛИТА. Не придирайтесь. Хочу и говорю, что хочу то и говорю… ой, я уже, кажется, пьяная. Ну, ладно, за ваш профессионализм! (Пьёт).
М.В.. Надеюсь, что в основном мы друг друга поняли. Сегодня же я приступаю к изучению проблемы изнутри. Ещё раз напоминаю, что вы не должны никоим образом вмешиваться, пытаться повлиять на процесс или что-то ещё.
ИППОЛИТА. Да не дура я, хотя и пьяна немного, но всё поняла. Даю вам полную свободу действий.
М.В.. Отлично. Обо всех промежуточных результатах я буду вам сообщать. Если возникнут вопросы или затруднения, то просто приду к вам на приём. Звонить не буду, просто приду.
ИППОЛИТА. О`кей! Выходите в эту дверь. Нет-нет, в эту. Извините, провожать не пойду.

М.В. забирает оба портмоне, кладёт во внутренние карманы.

М.В.. К несчастью, у меня там осталось пальто, мне придётся уходить этим путём.

Ипполита недовольно морщится, потом машет согласно рукой.
М.В. наклоняется, целует ей руку и, слегка поклонившись, исчезает.
Ипполита смотрит с удивлением на свою руку, идёт к двери, приоткрывает, смотрит вслед М.В.

 Темнота.

КАРТИНА 3 

Прихожая-кухня. К.Е. пьёт чай, сидя у своего столика. Из апартаментов Ипполиты появляется М.В. 

К.Е.. Наконец-то. Чайник ещё горячий, хочу вас угостить.

М.В. молча проходит к вешалке, снимает с крючка своё пальто и кашне.

М.В.. Очень жаль, я сильно задержался, так что вынужден отказаться.
К.Е. (всплеснув руками). Вот это номер! Я же жду!
М.В. (подойдя к ней вплотную, тихо). У меня к вам есть очень серьёзный разговор. (Оглядывается, видит приоткрытую дверь, говорит громко, весёлым тоном). Итак! Праздник продолжается, моя дорогая сеньора! Я не прощаюсь, и очень надеюсь на скорую встречу с продолжением! Нежно целую вашу руку! (Наклоняется для поклона, вкладывает в руку К.Е. визитную карточку, тихо). Потом прочтите. (Громко). У нас будет долгий и очень важный разговор. Обещаю. Au revoir![1]
ИППОЛИТА (выглядывая из-за двери, изрядно пьяная). Я что-то не по́няла. Мы с вами договорились…
М.В. (К.Е). Voulez-vouz m’excuser[2], мадам. (Стремительно подходит к Ипполите). Вы действительно не поняли. (Берёт за локоть и ведёт в комнату).

Апартаменты Ипполиты.

Придите в себя, или я немедленно прекращаю все действия по нашему договору.
ИППОЛИТА (с трудом выговаривая). Ах, боже мой! Он прекращает! Я ему плачу, а он прекращает… Не-е-ет! Не вы… не вы… не выйдет! (Пауза). Ой! Плохо что-то мне! Я лечь хочу…
М.В.. Так! Понимаю. Тяжело расставаться деньгами. Ну, пойдём-пойдём на диванчик… ляжем… (Укладывает Ипполиту на диван). Вот, умница. (Подходит к двери). Клавдия Егоровна!
К.Е. (входит). Да-да.
М.В.. Девушка явно перебрала немного. Вы её не тревожьте пока, пусть в себя приходит. А если будет совсем плохо, не стесняйтесь, вызывайте скорую.
К.Е.. Боже! Танечка! Она же не пьёт… Я ни разу не видела, чтобы она хоть глоток выпила. Одеяло сейчас принесу, укрою.
М.В.. Я очень тороплюсь. Прочитайте потом, что я написал на визитке. Бегу, простите.
К.Е.. Бегите-бегите. Дверь я закрою.

М.В. уходит.

 

КАРТИНА 4 

Утро следующего дня.
Прихожая-кухня.
Ипполита выходит из своих апартаментов с сигаретой в руке, стучит в комнату Клавдии Егоровны.

ИППОЛИТА. Тётя Клава! Вы дома? Аллё! (Про себя). Блин, как же мне хреново! (Идёт к столику К.Е., выдвигает ящики, открывает банки для сыпучих продуктов, что-то ищет). Где же у неё таблетки? (Заглядывает в холодильник). Господи, как голова-то болит! (Гасит сигарету в раковину). Ладно, полезу в душ, может полегчает. (Собирается уходить).

Открывается входная дверь, заходит Клавдия Егоровна, в руках пакет с продуктами и какие-то конверты.

К.Е.. Танечка! Татьяна Семёновна, ну зачем же вы встали?
ИППОЛИТА. Голова трещит, лекарства искала.
К.Е.. Сейчас, милая, я принесу, вы ложитесь-ложитесь.
ИППОЛИТА. Куда ложитесь? У меня клиенты через час. Мне надо быть в форме.
К.Е.. Вот и полежите полчасика, я сейчас таблеточку вам принесу. (Кладёт продукты и конверты на стол).
ИППОЛИТА. Опять на «вы». Умоляю вас, тётя Клава. Таня я, Таня, а при клиентах — Ипполита.
К.Е.. Хорошо-хорошо, ложись… тесь, Таня. Вам волноваться сейчас нельзя. Голова болит – это очень серьёзно.
ИППОЛИТА. У-у-у! Тётя Клава, вы неисправимы!
К.Е.. Да-да, вот такая я стала, Танечка Семёновна. Не соображает уже башка.
ИППОЛИТА. Да бросьте вы! Кроссворды щёлкаете, как семечки! Новости по ящику комментируете лучше, чем министры-специалисты липовые. Стихи помните, которые мы ещё в первом классе учили. (Вздрагивает). Ой!
К.Е.. Что-что-что?
ИППОЛИТА. Голова! Пойду я, лягу.
К.Е.. Вот и правильно! Пойдите, а я сейчас. (Помогает Ипполите уйти на свою половину). Так! Сейчас таблеточку найду. (Уходит в свою комнату).

Звонок.

Иду-иду! Минутку!

Выбегает из своей комнаты, заглядывает в апартаменты Ипполиты.

Танечка Семёновна, вот, примите эту таблеточку. Запейте. Там звонят, я открою.

Спешит к двери, открывает.

Проходите, пожалуйста. Вы к Ипполите?

Входит мужчина средних лет в кухлянке и унтах, с чемоданом и рюкзаком — Тихон.

ТИХОН. Клавдия Егоровна, тётя Клава!
К.Е.. Ой! Подождите-подождите… Сейчас я вас признаю. Голос знакомый. Борода мне мешает. Знаете, стоит артисту наклеить бороду, и я совершенно сконфужена – узнать не могу.
ТИХОН. А так? (Ставит вещи в сторону, снимает кухлянку, шапку, оказывается в полицейской форме). Ну? (Прикрывает бороду рукой).
К.Е.. Что-то знакомое-знакомое… Подождите… Форма теперь меня с толку сбивает… Старенькая стала.
ТИХОН. Ну-ну, старая! Вы молодцом! Вон какая бодрая! (Поёт). Я вас любил, любовь ещё, быть может, в моей душе угасла не совсем!
К.Е.. Боже мой! Тишенька! Мой последний десятый «а»! Тихон! Как вас по отчеству, я не помню…
ТИХОН (хватает К.Е. в охапку, кружит в вальсе, поёт). Да это я хочу вас потревожить… Хочу я вас обрадовать совсем!
К.Е.. Ой-ой! Тише, Тиша! Тише! Закружили вы меня совсем!
ТИХОН. Дорогая моя Клавдия Егоровна, любимая моя учительница русского языка и литературы, несравненный мой классный руководитель, тётя Клава! Я прямо расцеловать вас хочу! Можно?
К.Е. (кокетливо). Можно, но только в щёчку. (Тихон целует). Славный мой мальчик. Когда же вы к нам приезжали? Лет пять назад? Я подзабыла…
ТИХОН. Двенадцать! Мы тогда вместе с Таней приезжали. Только у вас тут всё было по-другому.
К.Е.. А! Да-да! Она ещё совсем девочка была…

Звонок в дверь.

Сегодня, вероятно, день сюрпризов. Иду-иду!
ТИХОН. Спросите, кто!
К.Е.. Да-да, непременно. (Открывает дверь). Что? Да! Здесь проживает. (Тихону). Телеграмму принесли. (В дверь). Я распишусь. (Закрывает дверь). Удивительно! Оказывается, телеграммы ещё носят! Тишенька, это Танечке телеграмма.
ТИХОН. Где она? Дома?
К.Е.. Ой, конечно, дома. У неё голова болит, я таблеточку ей дала. Пойдём-пойдём к ней, тихонько… Сюрприз… Тише, Тиша! Вот, наденьте тапочки. Это специально по случаю вашего приезда.
ТИХОН. Ага! Сейчас я только цветок достану… (Роется в вещах). Вот! Не сломался! (Вынимает футляр с розой из рубинов на золотой ножке).
К.Е.. О, боже! Какая прелесть! Но это же невероятно дорого! О, вы, Тиша, богатый человек. Я не знала, что в милиции так много получают.
ТИХОН. Потом. Потом я вам всё расскажу. И вовсе я не богатый. Это мне ребята всем прииском собирали, когда узнали, что еду сюда. Куда идти, где её дверь? Тут всё так изменилось, ремонт недавно делали? Перепланировку?
К.Е.. Это Танечка всё. Она такой молодец! Вот здесь моя комната, а дальше, это всё её. Лучше вот в эту дверь, прямо в покои.
ТИХОН. Ух ты, прямо в покои?

Звонок в дверь.

К.Е.. Да что ж это за наваждение! То никого, то все разом решили. (Идёт к двери).
ТИХОН. Спросите, кто там!
К.Е.. Ну, конечно, спрошу, дорогой мой. Обязательно. (Открывает дверь). Кто там?

Появляется корзина цветов, из-за которой не видно входящего М.В.

Послушайте, почему вы не отвечаете? Я спросила. кто там?
ТИХОН. Гражданин! Вы к кому?

М.В. опускает корзину, видит Клавдию Егоровну и Тихона.

М.В.. Что случилось? Почему здесь полиция? Что-то с Ипполитой?
ТИХОН. С какой Ипполитой? Вы ошиблись адресом, уважаемый. Покиньте помещение!
К.Е. (вдруг сурово). Да-да, гражданин! Вы явно ошиблись адресом! Впрочем, если вы ко мне, то я занята в настоящий момент – я обнимаю милиционера! (Обнимает Тихона). Мальчишечка мой, вырос – не узнать. Такой стал взрослый. А вы, сударь, врываетесь в самый романтический момент и… Да, Тиша, борода вам явно идёт! Ни в коем случае не надо её ликвидировать… э… сбривать её не надо! А вас, господин с корзиной цветов, прошу поставить её, иначе, боюсь, раздавите столь хрупкий предмет!
М.В. (понимая, что его разыгрывают). Познакомьте нас, Клавдия Егоровна! А то товарищ полиционер, так и будет смотреть на меня, как на врага.
ТИХОН. И ничего не буду смотреть, больно надо.
М.В.. Ну что вы обижаетесь? (Ставит корзину на пол, подаёт руку Тихону). Михаил Васильевич, а Клавдия Егоровна имеет полное право называть меня Мишенька, как много лет назад, когда мы учились в одном классе.
К.Е.. А это мой ученик, выпускник десятого «а» класса, Тихон… Тиша, как ваше отчество, вы не сказали.
ТИХОН (смущённо). Ну какое отчество, просто Тихон и зачем на «вы»?
К.Е.. Бросьте, Тихон, вы уже не мальчик, и я не могу вам «тыкать». (Михаилу Васильевичу). Он приехал только что к нам с Танечкой, вернее, к Танечке. Тиша, а вы надолго приехали?
ТИХОН. На две недели. Я же в телеграмме всё написал.
К.Е.. В телеграмме? Постойте! Тиша, посмотрите, что там написано?

Тихон открывает телеграмму, читает, начинает хохотать.

ТИХОН. Это… не могу… это… ой, сейчас упаду… Клавдии Егоровне не говори… нет… читай вы… это моя… она!
К.Е.. Лариосик![3] Вылитый!
М.В.. Вы думаете?
К.Е.. Несомненно.
М.В.. Дайте-ка, юноша, мне этот доку́мент. (Читает). Вылетаю Магадана… рейс… ага… буду гостить недели две… встречать не надо обнимаю Клавдии Егоровне не говори хочу сюрприз. Понятно. Когда пришла?
К.Е.. Минут через десять после его приезда.
М.В.. Через десять? Разбить ещё ничего не успел?
К.Е.. Этот не разобьёт. Этот, наоборот, склеит, починит, припаяет, разберёт и соберёт в два счёта. Да?

Тихон кивает, утирая слёзы от смеха.

М.В.. Как звать-величать, говорите?
К.Е.. Пусть сам скажет. Тиша, как вас учат представляться, когда начальство какое-нибудь приезжает?
ТИХОН (рапортует). Капитан Тихон Мартынов!
К.Е.. Тише, капитан! У Танечки голова болит! Кстати, почему вы летели из Магадана? Вы разве не…
ТИХОН. Я уже почти десять лет в Берелёхе живу, от Магадана по трассе шестьсот километров.
М.В.. Ух ты! Бывал я в тех краях, привелось. Красота! Особенно под осень. А рыбы! Хариус, нельма, мальма…
ТИХОН. Ой! Забыл! Я же балык привёз, правда, кижуча, но это даже получше будет. Сейчас! (Начинает разбирать рюкзак). Вот он, родной! (Вынимает огромное «полено», завёрнутое в газеты). А! Запах! Чувствуете? Божественный! Клавдия Егоровна, куда его пристроить?
К.Е.. Давайте сюда, я уберу.
ТИХОН. Это ещё не всё! Так… (Вынимает ещё свёрток странной формы). Крабы. Варёные. Три штуки. Их бы в морозилку… Н-да! Холодильник у вас к таким изыскам не приспособлен. Не поместятся. Ну, мы по-нашему, по-колымски, за окно их положим. Можно? (К.Е. согласно кивает). Сейчас градусов пять минус… То, что им, родимым, и надо. (Открывает окно, кладёт свёрток на карниз). А это, тётя Клава, для вас специально. (Вынимает вырезанную из бивня фигурку). Знакомьтесь — Поликен. Добрый чукотский бог. Он приносит удачу, здоровье и достаток. Только надо не забывать кормить его хотя бы раз в месяц. Лучше рыбой, но можно и мясом. Просто немного губы ему помазать, и он будет сыт и доволен. А если не кормить, то обидится и отвернётся, и удача уйдёт…
К.Е.. Ой, какое замечательное пузико! Спасибо, Тишенька, мальчик мой! Я его на книжную полочку поставлю и буду ему книжки читать. Он не обидится на книжки.
ТИХОН. Нет, тёть Клава, он истории всякие любит слушать.
К.Е.. Умненький, значит, разумненький.
ТИХОН. Я к Танюшке, для неё-то у меня, вон, ещё целый чемодан.
К.Е.. Если спит, не буди. А я пока чайник поставлю.
ТИХОН. Ага. (На цыпочках идёт в апартаменты Ипполиты).
М.В.. Цветок! (Тихон оглядывается). Цветок забыли.
ТИХОН. Спасибо. (Возвращается, берёт розу). Чего я так волнуюсь?
К.Е.. Идите, Тиша, идите тише.
ТИХОН. Я на цирлачках! (Уходит в дверь покоев Ипполиты).

Клавдия Егоровна начинает собирать на стол – ставит на плиту чайник, достаёт сахарницу, чайные пары, ложечки, печенье, конфеты и т.д. и т.п.

К.Е.. Ну! Сердцеед, Мишенька Васильевич! Кому это вы изволили притарабанить сей презент? (Указывает на корзину с цветами). Конечно, Татьяне свет батьковне, сиречь Ипполите?
М.В.. Никак нет, ваше обожаемое высочество…
К.Е.. Хо! Высочество? А почему не преосвященство? Высочества в нашей квартире не водятся. Впрочем, и преосвященства тоже. Так кому, ловелас Васильевич?
М.В.. Клавочка, ну кому же ещё? Вам, конечно.
К.Е.. Так! Еще, можно сказать, тапочки не успели надеть, а уже «Клавочка»!
М.В.. Извините, Клавдия Егоровна, виноват, исправлюсь немедленно, позвольте встать в угол, только в дневник не надо ничего писать, не получится, я его потерял на Мадагаскаре в жарком бою с туземными племенами за обладание волшебным амулетом! Очень прошу!
К.Е.. Ну, ладно, сегодня я вас прощу, если вы скажете наконец, кому предназначены эти цветы. Кстати, сколько их в этой корзине?
М.В.. Ровно пятьдесят, в честь вашего юбилея!
К.Е.. Негодник, до моего следующего юбилея они завянут.
М.В.. Я хотел сказать – до юбилея вашего выпуска, то есть нашего выпуска. Впрочем, я уже запутался. Сегодня вы снова в роскошном платье, выглядите королевой, сегодня снова праздник или вы всё-таки кого-то ждёте?
К.Е.. Кроме вас никого не ждала, да вот Тихон приехал. Совершенно неожиданно. Впрочем, сегодня, ровно пятьдесят лет назад у нас в школе начались последние зимние каникулы. Так что повод надеть платье, пусть и не самое лучшее, не как у королевы, всё же есть.
М.В.. Ну вот и мой подарок тоже, значит, кстати. Куда бы нам корзину поставить? В комнату вашу?
К.Е.. А действительно, поставим ко мне. Комната у меня большая, места достаточно.
М.В.. Вот. Хорошо. А ещё хочу вам такой презент преподнести. (Достаёт коробочку, перевязанную лентой). Мобильный телефон.
К.Е.. Ой! (Всплёскивает руками). А зачем он мне? Мишенька Васильевич, у меня есть телефон в комнате. Пойдёмте, покажу.
М.В.. Возражения не принимаются. Извольте принять! (Опускается на одно колено).
К.Е.. Нет, вы, всё-таки, меня доконаете. Ну, хорошо, отказываться не буду, но вы даёте мне слово, что обучите меня управляться с этой… чудой-юдой?
М.В.. Даю. Тем более, что внутри есть подробная и очень простая инструкция.
К.Е.. А! Ну, тогда…

С треском распахивается дверь покоев Ипполиты, появляется взволнованный Тихон.

ТИХОН. Таня! Это! Кажется, Танюшке того… плохо.
К.Е. (вздрогнув). Тишенька, что?
ТИХОН. Она, вроде, того… в отключке…

Опрокидывая стулья все бросаются в комнату Ипполиты.

 

КАРТИНА 5 

Звонит телефон. 

К.Е.. Ой-ой! Михаил Васильевич! Куда тут нажимать?
М.В.. На зелёную кнопку. Большую зелёную.
К.Е.. Поняла. Нажимаю. (Звонок прекращается). Аллё! У аппарата! Кажется, я не туда нажала. Ничего не слышно.

Звонит телефон.

М.В.. Вот на эту кнопку.
К.Е.. (в трубку) У аппарата! Слушаю вас. Тиша! Ну что там Таня? Не поняла. Так. Так. Ну, это хорошая больница. Не поняла. Тихон, говорите громче, пожалуйста. Ага. Полис и что ещё? Да. Не волнуйтесь, я всё найду. Я приготовила ужин, вы приедете, мы поедим, и потом обратно в больницу. Хорошо-хорошо. Вы на такси? Всё. Ждём. Иду искать.
М.В.. Что?
К.Е.. Паспорт взяли, а полис забыли. Ещё зубную щётку, пасту, тапочки и… Ну, это по женской линии, вам не обязательно. Идёмте, поможете мне.

Идут в комнаты Ипполиты.

М.В.. Что врачи говорят, он сказал?
К.Е.. Сказал-сказал. Всё будет хорошо, сказал, но дней пять-семь придётся полежать.
М.В.. О! Новый год в больнице — это небольшое удовольствие.
К.Е.. А мы её на Новый год домой заберём. Всё равно там никакого лечения не будет.
М.В.. Лепи́лу надо будет подмазать.
К.Е.. Нет, лепнина у нас… (смотрит в потолок) держится хорошо. (М.В. прыскает в кулак). Я что-то смешное сказала?
М.В.. Извините, Клавдия Егоровна, это я ляпнул по старой привычке… Доктору лечащему надо будет немножко денег дать. Столько, чтобы ему хорошо было, тогда и лечение пойдёт хорошо, и лекарства будут, какие нужны, а не какие есть, и сестрички будут вежливые, и навещать можно будет, когда надо, а не когда можно.
К.Е.. Какие, однако, у вас, Мишенька Васильевич, представления о жизни особенные, выражения странные. Без перевода на русский на поймешь. Ладно, потом об этом. Некогда. Давайте искать полис. Вы смотрите здесь, только внимательно, бумажка важная. А я буду смотреть здесь.

Какое-то время занимаются разбором документов, бумаг. На пол падает небольшой листок с цифрами.

М.В.. Вы уронили. (Подаёт листок К.Е.)
К.Е.. Спасибо. Он голубенький такой.
М.В.. Кто?
К.Е.. Полис.
М.В.. Угу. Зеленоватый.
К.Е.. Давайте, теперь вы здесь будете смотреть, а я здесь.

Меняются местами.

М.В.. Листок надо на место вернуть, он из этой папки выпал.
К.Е.. Да-да. (Рассматривает листок). Интересно. На шифр похоже. Мы на курсах радистов так же группами цифры выписывали… только по пять, а здесь раз два, три… восемь и буквы.
М.В.. Это могут быть номера купюр. Да, действительно интересно. Можно на минутку? (К.Е. даёт ему листок, он изучает его внимательно, затем вкладывает в папку). Доллары. Сотенные купюры.
К.Е.. Откуда вы всё знаете? Я просто поражаюсь.
М.В.. «И опыт, сын ошибок трудных…»
К.Е.. Александр Сергеевич Пушкин, я помню. Только в передаче всегда пропускали одну строку.
М.В.. Да. «И случай — бог изобретатель».
К.Е.. Вера в бога не поощрялась.
М.В.. (Показывает полис). Это?
К.Е.. Где?
М.В.. Держите ваш полис.
К.Е.. Надо же! Я ведь только что тут смотрела! Спасибо, Мишенька Васильевич! Сейчас приедет Тихон, и мы все вместе поужинаем.
М.В.. Неудобно.
К.Е.. В моей школе ученики говорили. «Неудобно спать на потолке — одеяло сваливается». Так что не смейте возражать даме, а идите мыть руки. А я пока найду женские… То, что надо, найду. Идите-идите.

 

КАРТИНА 6 

Через 2-3 дня.
Палата-люкс. Кровать под балдахином, на стене у кровати пульт с кнопками. Телевизор, холодильник, письменный стол, журнальный столик, диван для посетителей, кресло. Микроволновая печка, термоспот и прочие «удобности».
Входная дверь с электронным замком, другая дверь ведёт в ванную комнату и туалет. На журнальном столике у дивана «натюрморт» из деликатесов.
На диване Ипполита (Татьяна) и Тихон.

ИППОЛИТА. Я не писала тебе, потому что не хотела волновать, но ты сам видишь теперь, какая у меня невыносимая обстановка.
ТИХОН. Да уж, точно, невыносимая. (Оглядывает палату, цокает языком). Ты ешь-ешь, а то сидишь тут на голодной диете… это нельзя, то нельзя… ничего нельзя!
ИППОЛИТА. Не хочется ничего. Я потом поем. Убери в холодильник. Захочу — разогрею в микроволновке.
ТИХОН. Что лечащий врач-то говорит? Долго тебе ещё тут куковать?
ИППОЛИТА. А что он мне нового скажет? Я и без него всё про себя знаю. По гороскопу у меня сейчас период восстановления…
ТИХОН. Ты про гороскоп, давай, не того. Что врачи говорят?
ИППОЛИТА. Боже! Ну я же тебе уже пять раз говорила. отравление спровоцировало обострение гипертонической болезни.
ТИХОН. Не понимаю, как это? У меня в отделении был старший сержант, сначала всё мучился с гипертонией, потом с желудком, пока язву не обнаружили. Так он эту язву водкой вылечил.
ИППОЛИТА. Ну хватит заливать-то! Водкой вылечил!
ТИХОН. Не, говорю тебе, точно, вылечил.
ИППОЛИТА. Как это он мог вылечить язву водкой? По расписанию принимал по пол столовой ложки? Сам-то подумай! Что ты ерунду порешь?! Специалист хренов!
ТИХОН. Ты, давай, не того! Не шуми тут на меня! Я же тебе факты представляю, а не шмороскопы-гороскопы какие-то рисую.
ИППОЛИТА. Ладно. Ты чё, обиделся? Я же с научных позиций спрашиваю. А в гороскопы ты зря не веришь.
ТИХОН. Всё! Хватит. Мне эти разговоры твои, вот где! Ешь, давай! Что я всё опять назад повезу, что ли?
ИППОЛИТА. Сказала же — положи в холодильник. Захочу — разогрею.
ТИХОН. Ты упёртая, а я ещё упёртей! Пока не съешь хоть половину, не отстану. Или тебе больничное больше нравится?
ИППОЛИТА. Ну ладно, ладно. Отломи хлеба мне кусочек.
ТИХОН. Ты чё, издеваешься? «Хлеба кусочек»! Ещё скажи, как в фильме – «три корочки хлеба»? Бери, вот, икра, балык, салат ешь. Помидоры, между прочим, не эти, которые без вкуса, а самые настоящие. Сметана домашняя!
ИППОЛИТА. И где же ты домашнюю сметану взял и помидоры настоящие?
ТИХОН. Это не я. Это Михаил Васильевич в какой-то ресторан тут ваш ездил. В этом ресторане можно хоть что хочешь заказать — привезут самолётом даже из Австралии, если надо. Так что помидоры из Бразилии, кажется, там как раз лето в самом разгаре. А за сметаной я на рынок ходил. Клавдия Егоровна мне одну тётку посоветовала…
ИППОЛИТА. А! Знаю. Я тоже у неё отоваривалась раньше. Да, сметана у неё действительно… Кстати, ты постельное бельё какое взял? Я всё забывала тебя спросить.
ТИХОН. Какое постельное бельё?
ИППОЛИТА. Не по́няла. Ты на моей кровати спишь? Или где?
ТИХОН. Зачем?
ИППОЛИТА. Не по́няла. Ты, вообще, у меня спишь, в спальне?
ТИХОН. Зачем?
ИППОЛИТА. Что ты, как магнитофон, заладил или как этот, попугай. зачем-зачем. Затем. Ты что, в гостинице живёшь, что ли?
ТИХОН. Зачем, в гостинице?
ИППОЛИТА. Да что ты, ей богу! Перестань «зачемкать»!
ТИХОН. Я не пойму, что ты от меня хочешь?
ИППОЛИТА. Конкретно ответь мне. ты у меня живёшь или где?
ТИХОН. У тебя.
ИППОЛИТА. Где спишь — на большой кровати?
ТИХОН. Зачем?
ИППОЛИТА. Я тебя сейчас ударю! На чём ты спишь?
ТИХОН. На раскладушке.
ИППОЛИТА. Где?
ТИХОН. У Клавдии Егоровны. У неё большая комната. Она ширму поставила.
ИППОЛИТА. Что?!
ТИХОН. Ширму.
ИППОЛИТА. Ты с ума сошёл?! Ещё не хватало, у тёти Клавы спать! Я тебе сестра, а она тебе кто?
ТИХОН. Она моя учительница.
ИППОЛИТА. А мне она мучительница!
ТИХОН. Ты что говоришь-то!
ИППОЛИТА. То, что слышал.
ТИХОН. Не понимаю. Как это – мучительница? Да без неё тебя бы на свете не было.
ИППОЛИТА. Ладно. Не хотела я, видит бог, волну поднимать, но придётся.
ТИХОН. Кончай со мной загадками разговаривать! Будешь темнить – встану и уйду! И лежи здесь одна, болей на здоровье. Надралась коньяка до… поросячьего визга, мозги от этого, видно с непривычки, и поехали…

Ипполита обиженно отворачивается. Пауза. Оба сопят надувшись.

ИППОЛИТА. Ладно, всё, потом как-нибудь подробно тебе расскажу. Иди. Ты хотел сегодня ещё в Эрмитаж успеть, а у меня сейчас процедуры будут. Иди.
ТИХОН. Я пойду. Только ты на тётю Клаву тут мне не гони. А то я..
ИППОЛИТА. Ну, иди-иди. Всё. Потом. Мне нельзя волноваться, а то опять давление шарахнет.
ТИХОН. Ладушки. Я не для того приехал, чтобы с тобой собачиться. (Убирает продукты в холодильник). Завтра приду в это же время. Скажи, что принести такое, чтобы ты поела? Жалко же, пропадут вкусности. Я с самого Магадана вёз, а у тебя тут голодовка, понимаешь. Икра, между прочим, гемоглобин поднимает, тебе обязательно надо поесть. Вон, какая бледная!
ИППОЛИТА. Да поем-поем, не волнуйся. Иди. Да! Ты симку купил?
ТИХОН. Купил! Хорошо, что напомнила. Давай, позвоню тебе. (Набирает номер на мобильном телефоне, слышен ответный звонок).
ИППОЛИТА. Всё отлично, отключайся. Иди уже, а то в Эрмитаж не попадёшь, там, знаешь, какие очереди бывают?! Ого-го! Выходи на «Гостином дворе» и по переходу на Грибонал.
ТИХОН. Чего?
ИППОЛИТА. На канал Грибоедова, его тут Грибоналом зовут.
ТИХОН. Ха! Здорово! Надо запомнить. Ты не беспокойся, я город знаю, особенно центр. (Целует её в щёчку). Выздоравливай скорее. Пошёл я. (Усмехается). Грибонал!

Тихон выходит. Ипполита в дверях стоит несколько секунд, машет ему рукой вслед.

ИППОЛИТА (про себя). Братец! Свалился на мою голову! (Задумывается). А может это и к лучшему? Хорошо, я до завтра подготовлюсь. Будут тебе незабываемые зимние каникулы! (Идёт к кровати, достаёт из тумбочки какие-то загадочные предметы, раскладывает на журнальном столике, начинает магический ритуал).
Будет тебе Новый год! Шелковым у меня станешь!

Зажигает свечи, гасит электрический свет. В волнующихся отблесках кружит вокруг столика, бормоча какие-то непонятные слова. 

Темнота.

ДЕЙСТВИЕ 2 

КАРТИНА 7 

На другой день.
Стол почти полностью накрыт к обеду. Михаил Васильевич у плиты в поварском фартуке и колпаке. Он священнодействует, мурлыкая под нос «В рейс далёкий машина пошла… Траса, колымская траса…»

Голос К.Е. из комнаты. Можно уже?!
М.В.. Нет, моя донна, ещё рано!
Голос К.Е.. Вы меня уморите этими ароматами! Это же просто издевательство над живым человеком!
М.В.. Каких-нибудь пять минут, моё сокровище! Потерпите!
Голос К.Е.. Предупреждаю. терпение кончается. (Пауза). Начинаю отсчёт. один… два… три…
М.В.. Нет! Без приглашения прошу не входить! Иначе вынужден буду принять меры!
Голос К.Е.. Интересно, какие?
М.В.. Если не будете меня слушать, узнаете!
Голос К.Е.. Ах! Вы смеете мне угрожать?! Негодный! Дама, можно сказать, томится в ожидании, а он угрожает! Как не совестно!
М.В.. Мадам! Не путайте третатульки!
Голос К.Е.. Это ещё что за выражение?! Я голодная женщина, а не третатулька какая-то! Слушайте моё последнее стотысячное китайское предупреждение. если вы не соизволите прекратить эту пытку…
М.В. (распахивает дверь). Прошу вас! Всё готово!
К.Е. (в дверях, кокетливо). Вы меня утомили. Никуда я не пойду. Буду пребывать в моей просторной хижине и… и… я не знаю, что дальше говорить, подскажите мне немедленно.
М.В.. Говорить ничего не надо, герцогиня! Проходите к столу и наслаждайтесь видом, ароматом и вкусом божественных блюд. Прошу вас, не упрямьтесь!
К.Е.. Так! Только что была «сокровище», а теперь всего лишь «герцогиня»? Нахал! Однако я настолько голодна, что наказание вам за эту неслыханную дерзость придумаю завтра!
М.В.. Смилуйтесь, королева! (Опускается на колено). Презренный раб просит вас не карать его строго и всемилостивейше принять участие в трапезе.
К.Е.. Ну, ладно, вы меня уговорили. Божественный запах того, над чем вы тут колдовали, это сильный аргумент в вашу пользу. Извольте идти мыть руки.

Моют руки. К.Е. игриво брызгает водой на М.В.

М.В.. Ах! Проказница! Не смейте соблазнять меня! По крайней мере, до обеда.
К.Е.. А после обеда?
М.В.. А после обеда вы сами этого уже возможно не захотите.
К.Е.. Не знаю — не знаю. Посмотри-посмотрим.

Идут к столу.

Это что?
М.В.. Ле… не помню как по-французски в соусе руж дю муа.
К.Е.. Ух ты! Но я, пожалуй, сначала попрошу вот это. Это что?
М.В.. Это, моя госпожа, извиняюсь, бред, в смысле, брод, в смысле хлеб. Резал лично острейшим ножом на прекрасной доске. Предъявить?
К.Е.. Что?
М.В.. Доску и нож?
К.Е.. Нет, я верю. Два кусочка, пожалуйста.
М.В.. Плиз, май феар леди. (Подаёт хлеб на тарелке). Очень рекомендую начать вот с этого.
К.Е.. Это оно?
М.В.. Что, оно?
К.Е.. Аромат, запах.
М.В.. Оно.
К.Е.. Уговорили. Что это такое? — спрашивать не буду. Просто положите мне, но не слишком много. Всё-всё, достаточно. (Пробует). О! Действительно, божественно! Вы — кудесник.

Едят.

Ах! Я о чём подумала!?
М.В.. Соли не хватает?
К.Е.. Наш поход. Я вспомнила. Вы помните, как мы перед выпускными экзаменами ездили в Комарово, и от залива пешком ходили на Щучье озеро?
М.В.. Э-э… Честно сказать, помню смутно.
К.Е.. Ну как же! Это было изумительно. На берегу мы разожгли костёр, купались, бесились, а потом устроили пикник. Вы так виртуозно резали серый хлеб, а потом, как заправский кулинар, жарили его на веточках и мазали икрой.
М.В.. Икрой?
К.Е.. Ну да. Кабачковой икрой. Это было божественно вкусно. Вы были столь виртуозны и прекрасны в ваших синих спортивных трусах, что я даже чуточку… влюбилась в вас.
М.В.. А я думал…
К.Е.. Вы думали неправильно.
М.В.. Но вы же дружили с Борей, кажется?
К.Е.. Ах! Боря?! Телохранитель и не более того. Груда мышц.
М.В.. Честно говоря, я ему ужасно завидовал. Мне казалось, что у меня нет ни единого шанса.
К.Е.. Какого шанса?
М.В.. Не будем уточнять. Тем более, что всё это покрыто такой плотной пеленой времени…
К.Е.. Ох-ох! Пеленой времени! Да вы ещё и романтик?
М.В.. Иногда да. Позвольте предложить вам попробовать ещё вот это?
К.Е.. Позволяю. Только много не надо, я добавлю сама.
М.В.. Как скажете. Ещё вина?
К.Е.. Ух! Искуситель!
М.В.. Ну что вы?! Я только учусь.
К.Е.. Да? Тогда вы обязательно должны научиться делать кукурузные хинкали.
М.В.. Именно кукурузные?
К.Е.. Именно. Я в Махачкале, в одна тысяча… давно тому назад, с подругой зашла в хинкальную. Это было нечто! А вот этого немножко можно положить даме? (М.В. кладёт еду, подаёт К.В.) Спасибо. О! Какая прелесть! А ещё, я вас умоляю, непременно попробуйте вьетнамские колбаски «нем». Если понравится, а вам не может не понравиться, и научитесь их готовить, это будет сногсшибательно — станете первым кавалером на деревне.
М.В.. Я знаю колбаски «лем» в рисовой бумаге.
К.Е.. Да-да, в рисовой бумаге. Только называются они «нем». Кстати, я сейчас попробую угадать, чем же вы меня так вкусно кормите.
М.В.. Зачем же, я и сам могу раскрыть секрет.
К.Е.. Нет-нет, не надо. Я сама.
М.В.. Жду вашего вердикта.
К.Е.. Сейчас-сейчас! Извольте предложить даме ещё вина.
М.В.. Извольте. (Наливает).
К.Е.. Мишенька Васильевич, я так рада, что мы с вами снова встретились! Хочу выпить за здоровье Танечки и за то, чтобы ваша проблема решилась как можно скорее.
М.В.. Какая проблема?
К.Е.. Ну… та с которой вы к Танечке приходили. Не просто так же вы пришли? К ней обычно приходят решать сложные жизненные проблемы.
М.В.. Ах, вы об этом. Уверяю вас, я пришёл не за тем.
К.Е.. Ужасно любопытно узнать, зачем, но я не буду спрашивать. Пусть это останется вашей тайной. Главное, что мы встретились, ведь так?
М.В.. Именно. Ну, тайну сию я вам когда-нибудь открою, только, не сейчас. Вы прочитали, что я писал на визитке?
К.Е.. Ах! Не спрашивайте. У меня всё вечно теряется. Я куда-то визитку вашу положила, а куда? Не помню. Предлагаю всё-таки выпить и за нашу встречу. (Пьют вино). М-м-м! Какая прелесть! Древние греки были дураками.
М.В.. Интересная теория. Объяснитесь.
К.Е.. Они пили только разбавленное вино, а тех, кто пил неразбавленное, считали грубыми варварами.
М.В.. Есть у меня одно подозрение.
К.Е.. Какое же?
М.В.. Мадам желает заговорить мне зубы и увести от темы.
К.Е.. Какой темы? 
М.В.. Позволю себе напомнить, что мадам, надо сказать весьма легкомысленно, собиралась раскрыть секрет вот этого блюда.
К.Е.. Ой! А я уже и забыла. Увлеклась вином. Сдаюсь. А что в нём, в этом блюде?
М.В.. Элементарный рецепт, вы удивитесь. Тёртый корень сельдерея, маринованные грибы, пропущенные через мясорубку, немножко моркови и… соль, сахар, приправа, капелька орехового масла…
К.Е.. Точно! Я сразу хотела сказать – сельдерей, потом испугалась, что не угадаю, а грибы я почувствовала, но не могла сформулировать. Нет, не отпирайтесь, вы – волшебник.
М.В.. Ну, тогда позволю ещё чуть-чуть волшебства. Итак. Горячее разрешаете подавать?
К.Е.. Ещё и горячее? Нет. Думаю, что немного рановато. Ещё капельку вина, пожалуйста.
М.В.. Ох, смотрите! Развезёт.
К.Е.. А! Уже развезло. Хочу петь. Мы с вами будем петь?
М.В.. Предупреждаю, певец из меня, как из медведя пианист.
К.Е.. Ничего. Главное, чтобы пела душа. Сейчас принесу инструмент.

Открывается входная дверь, появляется Тихон. Сердито смотрит на К.Е. и М.В.

Тиша! Вы как раз вовремя. Михаил Васильевич приготовил божественный обед. Быстренько раздевайтесь, мойте руки и за стол. Мы вас ждём.

Тихон стремительно проходит в комнату К.Е. и через короткое время выносит оттуда свои вещи. Открывает дверь в комнаты Ипполиты, поворачивается. 

ТИХОН. Приятного аппетита! (Скрывается за дверью).
К.Е. (тревожно). Кажется, что-то случилось. Не дай бог! (Подходит к двери Ипполиты, негромко стучит). Тихон! Тиша! (Пауза). Ничего не понимаю. (Стучит ещё раз). Тиша! У вас какие-то неприятности? Что-то с Танечкой? Тихон, ответьте, я начинаю волноваться! Тихон!

Открывается дверь, на пороге Тихон.

ТИХОН. Что нужно?
К.Е.. Тишенька…
ТИХОН. Я вам не «Тишенька»!
К.Е.. Мальчик мой, что случилось? Говорите, или я сойду с ума.
ТИХОН. Оставьте меня в покое. Я не мальчик, тем более не ваш.
К.Е.. Боже, Тихон! Вы меня пугаете! Давайте, сядем, спокойно поговорим, вы нам всё расскажите.
ТИХОН. Вам? (Указывает на М.В.) И этому тоже? Что он тут делает? Уже зарегистрировался здесь?
М.В.. Послушайте, молодой человек, вы, кажется, хамите?
ТИХОН. Не лезьте вы, куда не просят!
М.В.. Вы соображаете, что вы говорите?
ТИХОН. А вы соображаете, куда вы лезете? Крысе этой помогаете? Ну-ну! Я вас всех тут научу родину любить!

Клавдия Егоровна всхлипывает, прижимает к глазам салфетку со стола, уходит в свою комнату.

М.В.. За «крысу» вам, юноша, придётся серьёзно отвечать.
ТИХОН. Это перед кем, интересно?
М.В.. Перед законом. Перед совестью. Перед Клавдией Егоровной. Но сначала передо мной.
ТИХОН. Ой! Страшно как! Да я капитан полиции! Понятно?! Я таких как ты пачками…
М.В.. Не надо костопыжиться, капитан!
ТИХОН. Да пошёл ты! Блатной, что ли? Феней меня пугать хочешь?! Твой номер последний! Отравить сестру задумали и все её комнаты захапать!
М.В.. Кого отравить?
ТИХОН. Ишь ты, не знает он, не понимает, о чём я говорю. Сговорились с крысой этой поганой!
М.В.. Раз.
ТИХОН. Ненавижу!

В ужасе выскакивает из своей комнаты Клавдия Егоровна.

К.Е.. Тишенька! Мальчик мой дорогой! Что ты говоришь?! Как ты можешь?! Ты заболел, наверное? Может врача вызвать?
М.В.. Погодите, Клавдия Егоровна! Пусть скажет всё, что хочет. (Тихо, ей на ухо). Он под наркотиками. Его накачали.
К.Е.. Нет-нет! Мой любимый ученик!
ТИХОН. Был любимый, да кончился! Старуха мерзкая!
М.В.. Два.
ТИХОН. Заткнитесь! Всех вас ненавижу! Змеюки подлые!
М.В.. Три.

М.В. коротким движением бьёт Тихона пальцами в особую точку на груди. Тихон застывает с открытым ртом.

Смотрите, какие у него зрачки.
К.Е. (сморкаясь в салфетку). Что же это за ужас? Как же теперь-то дальше быть? Господи, что с ним случилось? (Хватается за сердце). Колет. Вот здесь… Помо… помогите мне…

М.В. бросается на помощь, усаживает К.Е. в кресло.

М.В.. Сейчас-сейчас. Только не надо… Сейчас я… (Роется в кармане, вынимает таблетки). Вот, возьмите под язык, глотать не надо, надо рассасывать.
К.Е. (с трудом). Спа… спасибо.

М.В. усаживает Тихона на стул, сгибая ему ноги, как манекену. Тихон, по-прежнему с открытым ртом, безвольно подчиняется.

М.В.. Конечно. Наркотик. Какой? Не знаю, я не лаборатория. Так. Как-то надо его приводить в божеский вид. Ладно, попробуем… Давненько не случалось…

М.В. ладонью тихонько толкает Тихона в лоб, берёт со стола ложку, водит ей перед его глазами, что-то властно бормочет.
К.Е. приходит в себя, наблюдает за его пасами.
Тихон сидит, как манекен, только глаза двигаются вслед за ложкой.

К.Е.. Боже! Что с ним? (Всхлипывает). Господи!
М.В.. Ничего особенного. Нейролингвистическое программирование. Вам уже лучше? Сердце не колет?
К.Е.. Да-да, всё прошло. Спасибо.
М.В.. Когда всё это закончится, я повезу вас в одно очаровательное место. Отдохнёте, наберётесь положительных эмоций, впечатлений. Про сердце забудете навсегда. (Тихону). Тихон, вы слышите меня? Тихон отвечайте, вы слышите меня?
ТИХОН (механически). Слышу.
М.В.. Слушайте мой голос. Слушайте только мой голос. Вспоминайте, что с вами сегодня произошло? Вспоминайте.
ТИХОН (так же). Я помню.
М.В.. Расскажите мне, что с вами сегодня произошло?

Свет меркнет. Возникает больничная палата Ипполиты.

КАРТИНА 8 

Ипполита и Тихон сидят на диване. Перед ними на столике разложены какие-то ритуальные предметы, растения, продукты.

ИППОЛИТА. А это я готовлю всегда сама. Ингредиенты выписываю через интернет. Дорого, конечно, но для дела никаких денег не жалко. Хочешь попробовать?
ТИХОН. Слушай. Я к этому всему с таким недоверием отношусь, извини. Это какие-то средневековые забавы.
ИППОЛИТА. Ой! Средневековые! Да науке до этой древней мудрости ещё расти и расти. Знаешь, сколько в мире тайн? Мозг человека – сплошная тайна. Целые институты во всём мире бьются, а разгадать не могут.
ТИХОН. Ага! А ты разгадала.
ИППОЛИТА. Нет, не я. Древние мудрецы, целители. Смотри. Съешь вот эту кашку, всего лишь чуть-чуть, и такие силы проснуться, какие ни один институт разбудить не сможет. Хоть рекорды олимпийские устанавливай. И, главное, никакого допинга, в современном понимании в этом нет, только сила трав. Ты хоть понюхай! Это же дивный аромат! (Подносит Тихону на кончике чайной ложки).
ТИХОН. А голова не заболит?
ИППОЛИТА. Дурачок ты тёмный! Смотри. (Сама нюхает, отправляет в рот). О! Это просто невероятно вкусно! Лучше твоей икры, балыка, крабов… чего ты там ещё привёз?
ТИХОН. Ну, ладно, попробую. Только совсем капельку.
ИППОЛИТА. А я тебе больше и не дам. Знаешь, сколько это стоит? Люди мне за это дело жилплощадь отписывали, лишь бы получить немного.
ТИХОН. Да ладно врать-то! Жилплощадь!
ИППОЛИТА. На, пробуй. (Зачерпывает нечто из бумажного пакетика и подаёт Тихону).
ТИХОН (проглотив). Да! Необычный вкус. Даже не знаю, с чем сравнить. (Облизывает губы). Интересная штука. Дай-ка ещё.
ИППОЛИТА. Ещё капельку, но больше не дам. (Подаёт).
ТИХОН. Да ладно тебе. Жидишься? (Съедает ещё немного). Для брата жидишься… (Валится на бок, затихает).

Ипполита идёт к тумбочке, вынимает одноразовый шприц, ампулы, вскрывает, делает брату укол в плечо.

ИППОЛИТА. Слушай меня внимательно…

Больничная палата гаснет, снова возникает квартира К.Е.

 

КАРТИНА 9 

М.В.. Хорошо, очень хорошо. Сейчас вы встанете, пойдёте в комнату вашей сестры и ляжете спать. Утром вы проснётесь бодрым и хорошо выспавшемся. Всё, что было с вами сегодня, вы будете помнить смутно, только, как дурной сон. Вставайте. Вставайте. (Тихон встаёт). Идите. Идите смело, я буду с вами. (Тихон поворачивается и медленно идёт в комнаты Ипполиты). Вам приснился очень плохой сон. Прогоните его. Это очень плохой сон. Очень плохой. Прогоните его скорей. (Тихон медленно поднимает руку, медленно машет ей). Хорошо. Очень хорошо. Теперь вы можете лечь и спать дальше.

Тихон заходит в комнаты Ипполиты, М.В. заходит следом, мы слышим только голос.

Снимайте одежду. Хорошо. Очень хорошо. Ложитесь. Хорошо. Утром вы проснётесь бодрым и выспавшемся. Спать. Спать.

М.В. выходит на цыпочках, тихонько прикрывает за собой дверь. К.Е. смотрит на него, как на волшебника.

(Полушепотом). Ну вот и всё. Надо надеяться, что всё пройдёт удачно. (В изнеможении опускается на стул). Да! Нелёгкая эта работа. Я, с вашего позволения, немного выпью вина.
К.Е. (кивнув). И я бы тоже… вина выпила… да опасаюсь.
М.В.. За сердце?
К.Е.. За него.
М.В.. Пустое. Если не злоупотреблять, то вино будет только на пользу. Больше того – стимулирует сердечно-сосудистую систему. Налить?
К.Е.. Два глотка, не больше.

М.В. наливает ей и себе, чокаются пьют молча. К.Е. явно под впечатлением от только что увиденного и пережитого.
Пауза.

М.В.. Ну, всё позади. Утром он снова станет прежним Тишенькой, славным мальчиком. (Пауза). Закусите чем-нибудь. Намазать? Ну всё, всё. Переживать уже поздно, всё кончилось. Возьмите бутерброд. Я поставлю разогреваться горячее, мы ведь к нему так и не притронулись. (Идёт к плите).

К.Е. вдруг начинает рыдать. М.В. бросается к ней, присаживается на подлокотник кресла, берёт её голову в свои руки, гладит, достаёт носовой платок, подаёт К.Е.

Ну всё, хватит. Сильная женщина, мудрая, смелая и так расквасилась из-за ерунды. Ай-ай-ай! Как не совестно? Надо взять себя в руки.
К.Е. (борясь с рыданиями). Я… я… не могу… Я не пла… я не плакала так давно… не помню даже, когда в последний раз… Простите меня. Я сейчас успокоюсь. (Взрыв рыданий). Вот дура!
М.В.. Ну где вы здесь видите дуру? Покажите мне, я её прогоню!
К.Е.. Вы меня смешите… Я не могу сейчас смеяться…
М.В.. А мы не будем смеяться. Мы будем есть горячее. Вы будете есть горячее?
К.Е. (всхлипывая). Бу… бу… буду!
М.В.. Правильно! Очень верный шаг – когда особенно тяжело, надо съесть что-нибудь вкусненькое. Ага?
К.Е.. Ага!
М.В.. Вот и славненько! Вот и успокоились. Сейчас я немного здесь на столе приберусь, пока вкусненькое греется.
К.Е.. Не надо, я сама. Мне надо что-то делать, так я скорее успокоюсь.
М.В.. Замечательно. Тогда посуда – ваша, а готовка – моя. Давайте ещё чуть-чуть вина выпьем, и бутылку можно будет убрать. (К.Е. кивает, он разливает остатки вина). Без тоста, так просто! (Пьют вино).

М.В. поднимается из-за стола, идёт к плите, К.Е. начинает убирать грязную посуду.

К.Е. (неожиданно). Так вот почему! Господи! Я поняла! (Присаживается на стул).
М.В.. Что такое?
К.Е.. Она и всех остальных так же? Да?
М.В.. Кого?
К.Е.. Соседей наших.
М.В.. Ну-ка – ну-ка! О ком это вы говорите?
К.Е. (качает головой). Ай-яй-яй! А я была слепая! Я ничего не понимала! А они сами, своими руками. Как же теперь жить с этим?
М.В.. Выпейте воды, успокойтесь и расскажите мне подробно всё, о чём сейчас думаете.
К.Е.. Я спокойна, воды не надо. Но то, что я только-что поняла, это ужасно, это уму не постижимо. Подождите с горячим. Я сейчас всё расскажу. Потом поеди́м.
Я не могу. Это будет меня мучить до конца дней. А она, ведь смогла. Как это возможно? Откройте, пожалуйста, ещё вина.

М.В. достаёт бутылку, открывает, разливает вино по бокалам.

Где это вы научились гипнозу?
М.В.. Я брал уроки у самого Вольфа Мессинга.
К.Е.. У самого Мессинга? С трудом верится.
М.В.. Отец работал над секретным проектом, впрочем, извините, но я даже сейчас не имею права говорить об этом. Мы часто переезжали из города в город. Жили год, много-два и снова переезд. Я, конечно, был ещё мальчиком. И как-то так получилось – увлёкся модным тогда гипнозом, журнал «Наука и жизнь» читал от корки до корки, особенно всё, что посвящалось тайнам человеческой психики, гипнозу, разным необъяснимым явлениям. Переезжаем в очередной город, и как по заказу, туда же на гастроли через какое-то время приезжает Мессинг. Я, само собой, на всех его сеансах сидел в первых рядах, вызывался на сцену, всё делал, что требовалось. После очередного сеанса он попросил меня остаться после концерта, провёл в свою грим-уборную, стал расспрашивать. Ему понравилась моя увлечённость, и он разрешил мне проходить на его концерты бесплатно – дал контрамарку на все представления за своей подписью.
Господи! Я был на седьмом небе и, конечно, не упускал ни единой возможности, школу прогуливал, но на концерте был всенепременно. А после концертов я проходил в грим-уборную, и мы беседовали. Вернее, он объяснял мне всё, что было на концерте, анализировал удачи и ошибки, а я слушал и, как губка, впитывал.
На одном из концертов он сказал со сцены, что гипнозом может овладеть любой человек, в качестве доказательства вызвал меня из зала и попросил загипнотизировать одного из зрителей…
К.Е.. И, кончено, получилось?
М.В.. Я так испугался, что нёс какую-то ахинею, руками махал… а потом расплакался от собственного бессилия и от сознания того, что подвожу учителя. Сейчас мне это даже смешно вспоминать, но тогда это был настоящий провал. С треском! Было ужасно стыдно. Я выбежал из зала и до конца концерта бродил кругами около дворца культуры.
К.Е.. Бедный! Я понимаю ваше состояние, очень хорошо понимаю.
М.В.. Когда он вышел, я подбежал к нему, чтобы заявить, что из меня никогда ничего не выйдет, что он зря тратил на меня время. А знаете, что он сделал?
К.Е.. Что?
М.В.. Назвал меня героем, крепко, по-мужски, пожал руку и дал мне свой дневник. В нём были записи за те несколько лет, когда он только начинал свою деятельность. Взял с меня обещание, что через два дня я дневник верну.
К.Е.. И что было дальше?
М.В.. А дальше было вот что. Я вижу, что вы успокоились и теперь можете поведать миру о ваших соседях. Во всяком случае, я готов вас внимательно слушать, а про Мессинга продолжим как-нибудь в другой раз, хорошо? Ну, за ваше здоровье? (Выпивают вино).
К.Е.. Знаете, Михаил Васильевич, о чём я сейчас подумала?
М.В.. О чём же?
К.Е.. Как же ей должно быть тяжело.
М.В.. Кому?
К.Е.. Танечке. Носить такой груз, это может быть очень тяжело, даже невыносимо.
М.В.. Всё зависит от человека.
К.Е.. Да, конечно. Но ведь я знаю её с рождения. Она очень тонкая, ранимая девочка. Была.
М.В.. Вот именно, была. Люди, к несчастью, имеют тенденцию меняться, и очень часто, не в лучшую сторону.
К.Е.. Нет, она не такая. Она поселилась со мной здесь пятнадцать лет назад, после того, как мама её… Моя подруга… (Неожиданно всхлипывает). Я сейчас! Я… всё нормально. Опухоль мозга развивалась слишком стремительно. Таня привезла её к нам, в Песочном прекрасный онкоцентр.
М.В.. Я знаю-знаю.
К.Е.. Вера лежала там, а Таню я поселила у меня. Веру не смогли спасти, она ушла на третий день. Таня была совершенно потеряна, я сказала, что она может жить у меня, найдёт работу, и всё понемногу устроится. Танечка сначала очень стеснялась и отказывалась, но потом я её убедила, прописала у меня.
Мы здесь жили очень дружно. Тут было весело. До перепланировки в квартире было восемь комнат и проживало шесть семей.
У моих родителей было две комнаты – большая, в которой я сейчас живу, и маленькая, в которую я поселила Таню. Потом, в дальней комнате жили замечательные люди, очень душевные, Аня и Саша Сидяковы. Про них я могу рассказывать долго, очень долго. Рядом с ними – Ольга Витальевна, бывшая актриса, потом заведовала костюмерным цехом. Одинокая, очень милая женщина и очень больная, у неё был целый букет хронических заболеваний. Мы с ней дружили почти двадцать пять лет. Н-да.
Ещё две комнаты занимали Ивановы, Иван и Марина, и сын, Илюша. Шутники, забавники! Марина готовила совершенно замечательно. Когда мы справляли праздники, она всех выгоняла из кухни и колдовала одна. Потом мы всей квартирой пускали слюнки и наслаждались её стряпнёй. А Ванюшка был мастером на все руки. Мы ни разу не вызывали ни электриков, ни сантехников – он всё делал сам. Вот, смотрите, какие рамы у нас. Загляденье, а не рамы, ни одной щелки, никакого сквозняка, это его работа. Когда была перепланировка, и Танечка хотела поменять рамы на евростандарт, я встала горой и просто строго-настрого запретила!
Одна большая комната пустовала последние лет десять, её даже перевели из жилого помещения в… кладовку… я забыла, как это правильно называется. А до этого её занимал очень видный учёный, Лев Соломонович Фиксштейн. Очаровательный человек, умница, каких теперь редко встретишь. Семьи у него не было. Его купили.
М.В.. Как это, купили?
К.Е.. Очень просто, ему дали собственную лабораторию и очень-очень большую зарплату. Но за это он должен был уехать. Я его понимаю. Если бы мне предложили такую зарплату, я бы тоже уехала, только никто не даёт. Он приезжал… когда же это было? Да! Как раз перед приездом Танюши. Пополнел, но не подурнел, такой же э… импозантный, сигары курил, дорогие, наверное.
Ну, и Коржовы, рядом со мной. Милые люди, но бывали здесь редко. У них дом в области, где-то под Зеленогорском, я точно не помню. Они жили там, сюда только изредка наведывались.
Всё так любили Танечку. Она же совсем ещё молоденькая была, неопытная. Приехала из глубинки, нашу жизнь не знает. И все-все, вы не поверите, старались её поддержать, помочь… Она такая была… такая… Глазки огромные… наивные-наивные… Долго не могла выучить, на какой станции выходить, чтобы куда надо попасть. Саша Сидяков её даже схемы рисовал и карандашами цветными раскрашивал, чтобы наглядно было… Знаете, мне даже иногда казалось, что она ему нравится, ну, как женщина… Но он, конечно, ничего такого себе не позволял. Да. Хорошо мы тогда жили, дружно.
М.В.. И куда же подевались все эти люди?
К.Е.. Что вы спросили? Ах! Куда все эти люди подевались? Вот это и есть главный вопрос. Куда они подевались? Постойте, я, кажется, вспомнила! Они все, не сразу, конечно, в разное время, оформили дарственные на Танечку и разъехались. Куда? Я почему-то не могу этого вспомнить. Зря вы меня вином напоили. Коржовы – понятно… Как будто… Подождите. Сейчас-сейчас. Впрочем, налейте ещё немного. (М.В. наливает вино, подаёт К.Е., она выпивает). Очень вкусно. Коржовы, понятно куда, а вот остальные… Нет. (Удивлённо). Не помню. Совсем. Не знаю. Извините меня, ничего не помню, странно. Знаете, это очень странно.

Темнота.

КАРТИНА 10

Больничная палата. Ипполита делает зарядку – какая-то восточная гимнастика. Закончив, садится в позу лотоса, закрывает глаза, погружается в медитативный транс.
Стук в дверь. Ипполита не реагирует. Стук повторяется, затем в палату входит Михаил Васильевич с пакетом продуктов и букетом. Ипполита не реагирует, даже не открывает глаза.

М.В.. Можно войти? (Пауза). Добрый день. (Пауза). С вашего позволения я поставлю цветы в вазу? (Пауза). Я, вероятно, пришёл не вовремя, извините пожалуйста. Положу только продукты в холодильник и избавлю вас от своего присутствия. (Пауза). Ну, что ж, очевидно результаты моей работы вас не интересуют? В таком случае позвоните мне, когда сочтёте это необходимым. (Кладёт пакет с продуктами в холодильник). Всего хорошего. (Идёт к выходу). Да, кстати, замечательный вы придумали ход, я обязательно когда-нибудь его использую. Надеюсь, вы не будете возражать? (Пауза). Не будете. Я так и предполагал. Тихон справился со своей ролью, отведённой ему вами, с блеском. Жаль только, что результат был неудовлетворительный. (Пауза). Крайне интересно, что за наркотик вы использовали? Я не из праздного любопытства интересуюсь. Мне это важно с профессиональных позиций. Не хотите отвечать? Разумно. Ведь я могу использовать эту информацию в каких-нибудь сторонних целях. Только прошу учесть, что своих клиентов я ещё ни разу не подводил при условии полного доверия с их стороны. Я уже говорил вам, что попытка сомневаться в моих действиях и в моём методе ведения дела может закончится полным прекращением договора. (Пауза). Имею честь откланяться. (Кланяется, поворачивается к двери).
ИППОЛИТА (резко). Это опиат. Ничего нового. Всё давным-давно известно, исследовано, записано, разжёвано, выложено в интернет, бери-не хочу.
М.В.. Спасибо за информацию. Всего доброго.
ИППОЛИТА. Очень интересно.
М.В.. Действительно интересно, только времени на вас у меня уже нет. Ещё раз желаю всего наиприятного, а засим откланиваюсь.

Ипполита молнией бросается к двери, загораживает М.В. путь.

ИППОЛИТА. А с чего вы решили, что я вас выпущу? Так просто возьму и выпущу?
М.В.. А с того решил, что докладывать мне вам, собственно, пока и нечего, кроме того, что проблема ваша уже почти решена и, заметьте, много раньше намеченного срока. А окончательное решение будет весьма элегантным, смею вас заверить. На данный момент времени объект питает ко мне стойкую и подлинную симпатию, я пользуюсь абсолютным доверием, так что остаются сущие мелочи.
ИППОЛИТА. Например.
М.В.. Например, заехать завтра утром за вами, чтобы привезти к новогоднему столу.
ИППОЛИТА. А где Тихон? Почему вы, а не он.
М.В.. Потому что я заказал для него замечательную индивидуальную экскурсию по всем достопримечательным местам города и пригородов. Причём, заметьте, не только заказал, но и полностью оплатил. Так что вернётся он, в лучшем случае, к ужину, если не пожелает насладиться продолжением экскурсии по вечерним ресторанам с посещением эксклюзивных мероприятий, вроде дегустации игристых вин, кальвадосов и прочего в том же роде. Всё это тоже оплачено, так что Тихон может ни о чём не беспокоиться.
ИППОЛИТА. Зачем вы пришли?
М.В.. Хороший вопрос. Затем, вероятно, чтобы сообщить всё это. А ещё хочу сказать, что на ёлочном базаре я приобрёл великолепную ёлку, оставил пока там под присмотром молодого человека. По-русски он не понимает, так что я несколько волнуюсь за сохранность зелёной красавицы и очень прошу не задерживать меня боле.
ИППОЛИТА. Когда вас завтра ждать?
М.В. (пожав плечами). Как проснусь, позавтракаю, так сразу отправлюсь к вам. Я позвоню перед выездом, чтобы вы успели собраться.
ИППОЛИТА. О `кей!
М.В.. Au revoir!
Темнота.

КАРТИНА 11

Покои Ипполиты. Новогодний антураж в окружении инфернальных символов. На иконах ёлочные гирлянды, пентакль смотрится, как рождественская звезда.
Ёлка пылает разноцветными лампочками. Стол накрыт. Все ждут напутствие первого лица государства. Михаил Васильевич откупоривает вино, разливает по фужерам. Клавдия Егоровна шелестит фантиками от конфет. Тихон раскладывает салаты.

ТИХОН. Сейчас, минутку!
К.Е.. Я вся в ожидании.
ТИХОН. Шубы положить?
К.Е.. Немножко.
ТИХОН. Крабов?
К.Е.. Угу.
ТИХОН. Балычок?
К.Е.. Можно.
ТИХОН (к М.В.). А вам?
М.В.. И всего, и побольше! Я зверски голоден.
К.Е.. Не надо торопиться. Быстро насытитесь, захотите спать, а спать в новогоднюю ночь – плохой признак, год будет вялым, сонным.
ИППОЛИТА. А мне ничего не надо. Я сыта. По горло.
К.Е.. Танечка! Немножко надо поесть. Тем более, что такой стол у нас замечательный.
ИППОЛИТА. Меня от одного вида всего этого тошнит.
ТИХОН. Перестань выпендриваться. Не порти нам праздник.
ИППОЛИТА. Ага! Это я, значит, выпендриваюсь? Я? А вы тут все такие паиньки, такие бестелесные с крылышками?
ТИХОН (бросает ложку в салатницу). Хватит, я сказал! Будешь есть, что дают, как миленькая.
ИППОЛИТА. Ишь ты, командир нашёлся! Чё ты приехал? Кто тебя звал?
К.Е.. Танечка! Татьяна Семёновна, что вы говорите?
ИППОЛИТА. Да отстаньте вы от меня!
ТИХОН (после паузы). Ты, сестрёнка, вижу, разбаловалась здесь. Пора за тебя браться по-серьёзному.
ИППОЛИТА. Возьмись-возьмись! Где сядешь, там и слезешь.
М.В. (стучит ложечкой по фужеру). Друзья мои! Я предлагаю на время праздников забыть о каких-то там обидах, разногласиях и прочей лабуде. Давайте будем добрее, терпимее. Кто за – прошу поднять бокалы.
К.Е.. Конечно-конечно! Это очень важно – быть добрее и терпимее. Знаете, когда мы здесь жили ещё со всеми соседями… Нас было почти двадцать человек, это если всех детей ещё посчитать. Представляете, какая на этой кухне иногда была толкотня! Шесть плит, шесть столов, четыре холодильника… да, четыре сначала было. И вот, мы все являемся с работы примерно в одно время, все, конечно, пройдя по магазинам или по рынку, он же здесь рядышком. У каждого — сетки с продуктами, и все практически одновременно начинали готовить! Тут жарится, там печётся, там отбивается, здесь кипит, здесь шинкуется… Дым коромыслом, окна на распашку… Все мечутся туда-сюда, кто с ножом, кто с водой, кто со скалкой, кто со сковородкой…
ИППОЛИТА. Я бы с ума сошла.
К.Е.. Да-да. Со стороны это выглядело, наверное, как сумасшедший дом. Но мы пели. Кто-нибудь заводил (тихонько запевает) «Вот кто-то с горочки спустился», остальные подхватывали, потом, обычно появлялась Олечка Витальевна с гитарой, и вся наша кухня превращалась в душевный, слаженный ансамбль. Господи, как было хорошо!
ИППОЛИТА (хохочет). Какая прекраснодушная чушь!
М.В.. Ч-ш-ш-ш! Когда-нибудь, придёт такое время, вы будете вспоминать сегодняшний вечер с лёгкой грустью и, может быть, вам будет чуть-чуть стыдно.
ИППОЛИТА. Мне?! Мне стыдно?! Чего это мне должно быть стыдно?! Сидите у меня в гостях, лопаете то, что брат привёз из Магадана за десять тысяч километров, за де-сять ты-сяч! И мне стыдно должно быть?! Быдло!
ТИХОН (вскакивает). Ты! Ты! Ты мерзавка! (Вынимает брючный ремень). Щас ты у меня поймешь!
К.Е.. Тишенька! Что вы? Не надо. Успокойтесь. (Всхлипывая). Пожалуйста.
ТИХОН. Тётя Клава, я боюсь, что это был не сон. То, что я вам рассказывал – это был не сон. Это всё она, сестрица моя, она подстроила. Ух! …
К.Е.. Тиша! Я прошу, я очень-очень прошу вас, не надо! Ведь такой замечательный праздник, Новый год. Давайте встретим его дружной семьёй, как раньше мы встречали.

За окном звуки петард, всполохи фейерверков, радостные крики.

ИППОЛИТА. Встретили. Здрасьте! Поздравляю, просрали всё из-за вас!
ТИХОН. Да уймёшься ты, или нет?!
ИППОЛИТА. Чего, уймёшься? Президента не дали послушать. Может чего-нибудь важное сказал, а вы тут устроили. Душеспасатели!
ТИХОН. Это кто устроил? Это мы устроили?
М.В.. Тихо-тихо, друзья мои! У всех налито. Давайте поднимем бокалы за наступивший Новый год. Ура!
К.Е.. Мишенька, я присоединяюсь. С Новым годом!
ТИХОН (встаёт). С Новым годом!
ИППОЛИТА. Знаете, что? Валите-ка вы все отсюда! Расселись тут, понимаешь! Я, может, одна хочу праздновать. Вот, забирайте всю эту дрянь и валите, куда хотите. (Встаёт, берёт пульт от телевизора, включает что-то восторженно-празднично-оглушительное).

Клавдия Егоровна, Тихон и Михаил Васильевич о чём-то переговариваются, но из-за грома музыки слов не слышно.
Ипполита с бокалом в руке мечется в нелепом протестном танце. Швыряет бокал, тот разлетается в дребезги. Потом валится на диван, хватает подушку, бьёт её, рвёт зубами.

Все устремляются к ней. Михаил Васильевич берёт пульт, выключает гремящую музыку.

М.В.. Спокойно! У неё истерика. (Выплёскивает шампанское в лицо Ипполите).

Ипполита вздрагивает, затихает, потом сникает и начинает рыдать.
Тихон салфеткой вытирает ей лицо, пытается утешить.  

ТИХОН. Успокойся, ну, упокойся. Вот, возьми, выпей. (Подаёт воду). Возьми, это просто вода. (Она берёт бокал, пьёт). Ну ты, ей богу, просто я не знаю.

Ипполита понемногу приходит в себя.

ИППОЛИТА (всхлипывая). Что? Не ожидал? Не за этим приехал?
ТИХОН. Ну-ну-ну! Не начинай сызнова́.
М.В.. Тихон, подождите. Сейчас всё устаканится.
ИППОЛИТА. Ничего не устаканится. Слышите? Ничего!
М.В. (Ипполите). Тихо-тихо. Шуметь не надо. (К К.Е.) Дорогая моя, подойдите, пожалуйста. (Ипполите). Я обещал вам элегантное решение вашей проблемы?
ИППОЛИТА. Ну?
К.Е.. Мишенька Васильевич, давайте как-нибудь не сейчас, я умоляю.
М.В.. А, по-моему, сейчас самый что ни на есть подходящий момент.
К.Е.. Мне кажется, что это ещё больше…
М.В.. Или ещё меньше! (Целует К.Е. в щёчку). Внимание! Клавдия Егоровна, пожалуйста возьмите меня под руку.
К.Е.. Зачем? Нет, если так надо…
М.В.. Надо.
К.Е.. Хорошо, я не смею возражать. Надо, так надо. (Встаёт рядом с М.В., берёт его под руку). Так хорошо?
М.В.. Замечательно. Полное ощущение, что вы – опытная невеста.
К.Е.. Подопытная?
М.В.. Нет, моя дорогая, милая моя и любимая Клавдия Егоровна.
ИППОЛИТА. Клоуны!
М.В.. Ещё раз прошу внимания! Потерпите одно мгновение.
ИППОЛИТА. Потерпели. Дальше.
К.Е.. Может, всё-таки, отложим?
М.В.. Ни за что! Сейчас или никогда!
К.Е.. Сдаюсь. Танечка Семёновна, Тихон, сейчас Михаил Васильевич вам что-то скажет.
ИППОЛИТА. Мы уже догадались.
ТИХОН. Помолчи. Не мешай.
М.В.. Сегодня, вернее уже вчера, тридцать первого декабря, в 10 часов утра мы с Клавдией Егоровной, с обоюдного согласия… (К К.Е.) С обоюдного?
К.Е.. Да-да, с обоюдного. Ты так славно умеешь тянуть кота за… Ой! Прости! Резину тянуть! Ой! Опять! Это я, между прочим, от тебя нахваталась.
М.В.. Не знаю – не знаю, могет быть — могет быть!
ТИХОН. Михал Василич! Может всё-таки… Новый год, всё-таки…
М.В.. Тихон, вы правы. Мы с Клавой решили вам сделать новогодний подарок. Сегодня… тьфу! уже вчера утром мы подали заявление в ЗАГСе. Бракосочетание наше состоится ровно через две недели, 14-го января, как раз на старый Новый год. И в тот же день мы вылетаем в Тель-Авив, где справим свадьбу на берегу тёплого моря в окружении моих близких друзей и соседей. Пол годика поживём у меня, на побережье, потом поедем в круиз…
ТИХОН. Не понял. Тель-Авив, это тот самый? Или…
ИППОЛИТА. Тот самый?
М.В.. Тот самый, который в Израиле. Земля обетованная.
ИППОЛИТА. Это оно?
М.В.. Что?
ИППОЛИТА. Элегантное решение проблемы?
М.В.. А вам не нравится?
ИППОЛИТА. Ну почему же? Сильно. Свежо. Не затёрто.
М.В.. В таком случае я имею полное право требовать окончательный расчёт?
ИППОЛИТА. Не понимаю. Где подтверждение? Какие гарантии? О каком окончательном расчёте идёт речь? Объясните мне, бестолковой.
М.В.. Я ожидал нечто в этом роде. Смею вас уверить, что сумею ответить вам свежо, сильно, незатёрто.
ИППОЛИТА. Ну-ну!
М.В.. С Новым годом!
ИППОЛИТА. И вас тем же концом по тому же поводу! Сейчас я вам всё скажу! Сейчас я вам устрою исповедальный новый год!

Хватает пульт, нажимает кнопки.
Гремит музыка. Всё приходит в движение. Мелькают всполохи молний. Пентакль срывается с места и, сшибая всё на своём пути, носится над головами поражённых людей. 

Темнота.

КАРТИНА 12

На следующее утро.
Михаил Васильевич и Тихон в полной тишине пьют чай. У выхода стоят собранные вещи Тихона. Тихон мрачен, он явно сконфужен ночным происшествием. Готовит себе бутерброд, молча предлагает М.В., тот отрицательно мотает головой.
М.В. накладывает себе салат, жестом предлагает Тихону, тот жестом отказывается.
 Продолжается это довольно долго. Первым не выдерживает Тихон

ТИХОН. Я. (Пауза). Я что сказать хочу.
М.В.. Не надо, Тихон, ничего говорить. Всё ясно.
ТИХОН. А я всё-таки хочу сказать.
М.В.. Тиша! Я много старше вас и имею право называть вас так. Вам не стоит извиняться.
ТИХОН. С чего вы взяли, что я хотел извиняться?
М.В.. Просто я вижу, что вы человек порядочный, хотя по моему опыту я должен сказать, что мне крайне редко попадались порядочные люди в милиции. Извините, в полиции.
ТИХОН. Да при чём тут это?
М.В.. Вы, в отличии от сестры, остро чувствуете несправедливость. Я понял это сразу. Кстати, как там она?
ТИХОН. Лежит. Снова давление шарахнуло. А тётя Клава? Как она?
М.В.. Лежит. Переживает. Н-да. Выслушать такое!! Я думал, что она не выдержит. Когда сестра ваша закричала, что ждёт-не дождётся, когда Клавдия Егоровна… Ну, вы понимаете. Очень нехорошо всё это получилось.
ТИХОН. Я спросить хочу, можно?
М.В.. Отчего же нет? Спрашивайте.
ТИХОН. Танька говорила, что наняла вас, чтобы от тёти Клавы избавиться. Это правда?
М.В.. Правда.
ТИХОН. Не понимаю. Ничего не понимаю.
М.В.. Не надо вам, Тиша, ничего понимать. Любовь – её понять невозможно. Она может сломать любые планы, может смертельных врагов сделать возлюбленными. Вы читали «Ромео и Джульетту»?
ТИХОН. Да… то есть нет, не помню.
М.В.. Ну, «Мастера и Маргариту» то вы наверняка знаете. Помните, «Любовь выскочила перед нами, как из-под земли, как выскакивает убийца в переулке, и поразила нас сразу обоих! Так поражает молния, так поражает финский нож!»
ТИХОН. В кино смотрел или по телеку, не помню. Хороший фильм. Я вообще Достоевского очень уважаю. А тётя Клава знала про это?
М.В.. Про что?
ТИХОН. Что Танюха вам её заказала.
М.В.. Я рассказал ей об этом, перед тем, как мы пошли в ЗАГс.
ТИХОН. И она после этого пошла с вами?
М.В.. Она не поверила. Сказала, что я не должен так зло шутить. Я пробовал объяснить, что не шучу, что это действительно так, но она даже слушать меня не стала. Кстати, всё время хочу спросить. почему вы Клавдию Егорову называете «тётя Клава»?
ТИХОН. Так она почти родная тётя и есть. Когда Танюхин папа погиб, угорел в бане, тётя Вера одна осталась, а работали они с тётей Клавой посменно. Если вечером тётя Вера уроки вела, то тётя Клава с нами сидела, потом наоборот. Они ведь подругами были и расписание так специально составляли, чтобы, когда одна была в школе, другая возилась бы с нами. Танюхе только годик исполнился, а мне уже почти десять было. В нашей деревне школы не было, и мама меня к тёте Вере отправила жить, чтобы ближе к школе, да и потом, она же учительница была, занималась с нами. (Неожиданно чуть не со слезами). Простите нас, пожалуйста! Мне ужасно стыдно! Я не знал, что Танька… Что она…
М.В.. Успокойтесь, Тихон. Я думаю, что Клавочка простит Татьяну. Да, собственно, уже, скорее всего, простила. Она человек лёгкий, зла не помнящий. Обидно ей, конечно. Но… на обиженных воду возят. Как-то так.
ТИХОН. Нет. А я Таньку простить не смогу. Всё. Пора мне. (Встаёт).
М.В.. Может передумаете, останетесь?
ТИХОН. Не-е-ет! После всего того, что она тут устроила? Никогда. Сейчас на Сапсане рвану в Москву, там у меня одкокорытники. Погуляю по столице недельку-другую, а потом – на юга́, в Сочи. Там сейчас плюс двенадцать, а у нас, в Берелёхе – минус сорок. Погреюсь, пока деньги не кончатся. Да! Вот, я здесь тёте Клаве хотел оставить… (Достаёт увесистый конверт). Только не вздумайте отказываться. Не возьмёте – я почтой пришлю или счёт в банке открою.
М.В.. А я и не отказываюсь. Давайте, я передам.
ТИХОН. Ну, тогда я пошёл.
М.В.. Хочу по одному деликатному поводу задать вопрос. Есть ещё несколько минут?
ТИХОН. Минут пятнадцать есть.
М.В.. Если бы вам вручили несколько поддельных купюр, крупных, что бы вы сделали? Пошли в полицию?
ТИХОН. Зачем? Нет. Первое, что сделают – задержат до выяснения. Маленькое удовольствие – в обезьяннике сидеть! Лучше написать письмо, указать все обстоятельства. кто дал деньги, при каких обстоятельствах и всё такое, как можно подробнее, приложить купюры и отправить заказным письмом с уведомлением о вручении.
М.В.. Спасибо, я так и предполагал. Лучше всего – письмо. Ну, до свидания. Очень приятно было с вами познакомиться.
ТИХОН. И мне бы так хотелось сказать. Нет, с вами познакомиться, это действительно было приятно. Сеструха всё испохабила… Новый год, ёханый бабай! Всё! Пойду! К тёте Клаве заходить не буду, не могу, после вчерашнего – не могу. Поклон ей от меня, и пусть на меня зла не держит.
М.В.. С сестрой попрощался?
ТИХОН. А как же! Она сказала «катись колбаской». Вот и покачу я.
М.В.. Ну, ладно. Колыме привет!
ТИХОН. Да, вы же говорили, что бывали там. Зачем, интересуюсь?
М.В.. Папа был крупным учёным, несколько открытий сделал мирового значения, а науку его признали вредной. Ну, как… генетику, например. И за вредность десять лет лагерей назначили. Через год, после моего рождения. Мама поехала за ним на поселение. Так что в первый класс я пошёл на Колыме, в Сусумане, потом, когда папу реабилитировали, перебрались в Магадан, ну а дальше было много чего.
ТИХОН. Понимаю. Прощайте.
 
Пожимают руки.
Забрав свои вещи, Тихон уходит.
Темнота.

ЭПИЛОГ

Аэропорт. Клавдия Егоровна и Михаил Васильевич в зале вылета уже прошли таможенный и паспортный контроль.
Клавдия Егоровна сидит на длинном мягком диванчике, Михаил Васильевич несёт ей мороженое в креманке. У него звонит мобильный телефон. Он семенит быстрее, передаёт мороженое Клавдии Егоровне, вынимает телефон.

М.В.. Возьмите, пожалуйста, очень вкусное, я уже попробовал.
К.Е.. И спасибо вам большое, сто лет не ела мороженое.
М.В. (в трубку). Слушаю вас. Да. Да-да. Конечно. Ну, как вам сказать? Вы же пришлёте уведомление или, как это называется сейчас, повестку? Ну и замечательно. Я поставлю свою электронную подпись и к назначенному дню буду в городе. Да. Спасибо. Нет, у меня вопросов нет. Да-да, присылайте. Адрес я указал, так что… присылайте.
К.Е. (подозрительно щурится). С кем это вы, сударь, изволили договариваться?
М.В.. Такой, вот, Клавочка, случился зехер, что просто жуть-кошмар.
К.Е.. Говори, пожалуйста, по-русски.
М.В.. Прости-прости, дорогая! Из прокуратуры звонили. Очень интересуются моим письмом. А ещё больше интересуются фальшивыми купюрами и их происхождением. Боюсь, что Татьяна, она же Ипполита, она же твоя соседка, она же твоя… впрочем, не будем углубляться в историю предмета…
К.Е.. Что?! Какое письмо?
М.В.. Я же говорил тебе, ты забыла?
К.Е.. Да, наверное, забыла. А что было в том письме?
М.В.. Про фальшивые доллары, которыми Татьяна хотела поймать меня в капкан.
К.Е.. А конкретнее.
М.В.. Я подробно описал всю ситуацию, приложил эти самые купюры и отправил письмо в прокуратуру. Кстати, это Тихон мне посоветовал.
К.Е.. Тиша?

Долгая пауза.
Объявление по трансляции: «Внимание. Пассажиров, вылетающих в Тель-Авив, просим пройти на посадку к выходу номер четыре».

К.Е.. Зачем? Зачем ты мне это сказал?
М.В.. Почему ты спрашиваешь? Это же понятно. Зло должно быть наказано. Она хотела посадить меня в тюрьму, хотела отобрать твою комнату…
К.Е.. Миша. (Начинает тяжело дышать). Михаил Васильевич…
М.В. (тревожно). Что, родная моя?
К.Е.. Как же дальше-то жить? Не понимаю. Зачем ты мне это сказал?
М.В.. Не рви ты себе душу! Не переживай так.
К.Е.. Зачем ты мне это сказал?
М.В.. Я хочу, чтобы ты успокоилась.
К.Е.. Что же ты, Мишенька, наделал? Я… я не смогу…
М.В.. Что такого я наделал? Что случилось? О чём ты?
К.Е. (с трудом). Мне очень жаль, Мишенька, милый мой… Я не смогу полететь с тобой к тёплому морю…
М.В.. Как это, «не смогу»?
К.Е.. Не сердись… солнце моё… я… кажется… уми… (Креманка падает из её рук).

Темнота.

Шелест могучих крыльев.

КОНЕЦ

_____________________________
1 Au revoir – до свидания (фр.)
2 Voulez-vouz m’excuser – пожалуйста, извините (фр.)
3 Лариосик — персонаж романа М. Булгакова «Белая гвардия» и пьесы «Дни Турбиных», нелепый, смешной, бестолковый, наивный.

_________________________________________

Об авторе: СЕРГЕЙ КОЧНЕВ (БУБЛИЙ СЕРГЕЙ ВАСИЛЬЕВИЧ)

Родился в 1958-м году в Магадане. С 1985-го года живёт в Санкт-Петербурге. Окончил Свердловское театральное училище в 1982-м году по специальности «актёр драматического театра». В 1990-м году окончил ЛГИТМиК (ныне РГИСИ) по специальности «режиссёр». Писать драматические миниатюры начал ещё в период учёбы в училище. По этим миниатюрам в 1985-м году сам же поставил спектакль в студенческом университетском театре к юбилею Дня Победы. Автор нескольких пьес для детей, одна из которых — «Сказ про то, как Аптырка Царевну спасал» — широко ставилась в театрах страны. Пьесы С. Кочнева для взрослого зрителя побеждали и становились дипломантами многочисленных драматургических конкурсов.

скачать dle 12.1

Часть 1, Солнце взошло — фанфик по фэндому «ДэмОн»

POV Тэнэ

      Вчерашний день рождения Келлермана оставил отпечаток в виде легкого похмелья, потому как пил я не так много, зная отношение своего организма к алкоголю и последствия от его употребления. А вот мое чудо в перьях налакалось будь здоров, дошло до того, что едва не засосал меня на глазах у всех. Факт наших отношений все еще не раскрыт, да и навряд ли когда-нибудь вскроется, по тому как: во-первых, мы не обязаны раскрывать свои реальные отношения, а во-вторых, оба понимаем, что реакция окружения хоть и не у всех, но будет так себе, а у нас только недавно закончилась нервотрепка и хочется наконец-то дышать свободно рядом с любимым человеком, не беспокоясь лишний раз, что какая-нибудь излишне заинтересованная мразота захочет прижать тебя к стенке и на руках объяснить, с кем ты ДОЛЖЕН ебаться, после таких объяснений навряд ли получится вернуться домой целым.
      Засосать меня у него так и не вышло, вовремя увернулся и потащил парня в ванную. Пришлось солгать, что нашему горе имениннику стало плохо и я как хороший «друг» окажу ему первую помощь. Первую помощь, честно, оказал, но не ту, которая в первую очередь приходит на ум. Сначала была долгая тирада о том, что о нас, вообще-то, знать не должны, а потому пусть свои ручонки держит при себе, когда мы на публике. Пьяный мозг парня понял, принял и вроде как обработал, но пришел к ахуенному умозаключению, что раз мы сейчас одни в ванной, то и руки при себе можно не держать. С неловкостью, но я согласился с этим и все закончилось тем, что так называемую «первую помощь», я оказывал стоя на коленях. Не будем вдаваться в подробности.
      Утром я надеялся разделить похмелье с парнем, но в кровати его не засек и очень удивился и вместе с тем начал переживать, что в первую очередь схватился за телефон и первое, что увидел, красноречивое смс «В 8 вечера приезжай в отель, за тобой приедет машина, на ресепшене назовешь имя и поднимешься на седьмой этаж в 63-й номер. Буду ждать». Ни адреса, ни какой-либо другой информации, которая дала бы мне понять, что задумал парень. Время было только 11 утра, и что, позвольте спросить, я должен делать все это время? А делал я следующее: пытался несколько раз позвонить Дэму и выяснить, что происходит, но этот придурок как назло отключил телефон и был недоступен, потом попытался собраться и подумать, что же меня ждет в отеле и почему в нем? Это такой новый вид свиданий? Сомневаюсь, но из списка возможных вариантов развития событий не вычеркиваю, а он не сказать, что очень длинный. Думаю об этом, пока стою в душе, продолжаю думать за завтраком. В следствии сажусь и пытаюсь угомонить свою не слишком бурную, но волнительную фантазию, отвлекаясь просмотром фильма, потом еще одного, третьего. Готов лезть на стену от скуки и желания дожить до этих злосчастных 8-ми вечера, потому как я вместе с тем желаю хорошенько приложиться головой об стену. Никогда не был особо нервным, но когда дело доходит до Келлермана, мой хоть и хлипкий, но покой как ветром сдувает. Вот вчера мы толпой праздновали день рождения парня, в процессе я отсосал ему в туалете и не было никаких намеков, что на следующий день он пропадет с утра, оставив только смс, в котором ставит меня перед фактом, что я должен приехать в отель и я совершенно не догадываюсь, что меня там ждет.
       Наконец-то дожидаюсь назначенного времени, одеваюсь и выхожу на улицу, где меня уже ждет черная машина. Видимо, событие настолько важное, что парень для меня даже машину заказал, хотя я с таким же успехом и на такси добрался, но это же Дэм…
      Доезжаю до отеля и осматриваю высокое и вычурное здание, в одном из номеров меня уже ждет парень и что-то еще, о чем я не знаю. Ну не может быть все просто так, одним местом чую, а оно меня редко подводит.
      Захожу внутрь отеля и подхожу к ресепшену, за которым стоит молодая девушка в белой рубашке, красном жилете по фигуре и золотым бейджиком на груди. Всё здесь пестрит богатством и я буквально слышу шелест денежных купюр, которыми люди оплачивают даже самый дешевый номер этого места.
      Стараюсь не обращать ни на что внимание и тихо называю свое имя, предупреждая, что меня ждут. Девушка одаривает меня дружелюбным взглядом, но отчего-то улыбка у нее немного нервная. Сразу закрадывается мысль, что даже она что-то знает. А я нет! Как же бесит!

      — Да, конечно, проходите, — говорит она и неловкости в ее действиях становится больше. — Седьмой этаж, 63-ий номер, приятного времяпровождения.
      Сдержанно киваю, принимаю ключ-карту и понимаю, что вопросов стало больше. О каком таком времяпровождении, позвольте спросить, идет речь? И почему о нем знают все, но не я?
      Пока стою в лифте продолжаю перебирать возможные варианты так называемого «сюрприза», никак по другому это назвать не могу. Может меня ждет романтический ужин при свечах не в домашней обстановке, после которого все плавно перейдет в самую пикантную часть вечера? Этого я вполне могу ожидать и, что очевидно, совершенно не против.
      Дохожу до номера и чувство, что что-то не так становится подозрительно сильным. Сжимаю в руках ключ-карту и не решаюсь на какие-либо действия. Ну же, Тэнэ, чего ты так напрягся? Это же Дэм, он не сделает с тобой ничего ужасного или чего-то, что тебе не понравится, он просто безобидный, добрый, временами наглый парень, который во время секса перевоплощается в демона, после времяпровождения с которым ты вылезаешь из постели в таком виде, будто тебя всю ночь пылесосили. Но это совершенно не плохо! Это одна из черт Дэма, которую я в нем люблю!
      Набираю в легкие по больше воздуха, будто перед прыжком в воду и наконец-то прикладываю карту к дисплею. Слышится щелчок и я открываю дверь, надеясь увидеть на пороге Дэмона, но никого не вижу и это напрягает. Номером я точно не ошибся, парень точно должен быть тут, не мог же он опоздать на… Да чтоб я знал, что это!
      Разуваюсь и прохожу вглубь люксового номера, где преобладает много красного и черного, обстановка такая себе, непривычная, напрягающая, да и для отеля такого уровня не очень подходящая. Не сказать, что я спец, но все тут выглядит так, будто люди сюда не ночевать приезжают, а…

      — О, наконец-то ты пришел, — не успеваю закончить мысль, как слышу знакомый голос и из-за красной ширмы выходит парень в белой рубашке, черном пиджаке, галстуке и облегающих брюках. Вид у него конечно… восхитительный. Несколько секунд рассматриваю его, совсем не замечая, как расстояние между нами сокращается и Келлерман оказывается совсем близко.

      — Я соскучился, — шепчет мне на самое ухо и приобнимает за талию, притягивая ближе, отчего расстояние между нами становится нулевым. Невольно утыкаюсь носом в чужое плечо и чувствую мягкий поцелуй на шее. Вздрагиваю и на миг забываю, что, вообще-то, должен заваливать парня вопросами и ждать объяснения всего происходящего.

      — Ну так зачем уехал с утра? — тихо спрашиваю и слегка отстраняюсь, чтобы заглянуть в чужие глаза, которые смотрят на меня с нежностью, а улыбка хитрая, потому сразу соображаю, что плещущая в этих голубых глазенках нежность мнимая и создана для отвлечения внимания, но я уже успел изучить этого парня, а потому такими фокусами меня не возьмешь и сейчас я готов к любым выпадам с его стороны.

      — Чтобы подготовиться, конечно же, — улыбается чуть шире и берет меня за руки. — Нужно было, чтобы к твоему приезду всё было в лучшем виде.
      Становится интересно, что он подразумевает под этим «всё» и наконец-то мой интерес утолят. Келлерман тянет меня за руки и ведет к комнате за ширмой. Преодолеваем это небольшое расстояние. Ширма медленно открывается, я начинаю осматривать комнату и замираю… КАКОГО ХУЯ?!

POV Дэмон

      Хоть внешне я и выгляжу спокойным, а внутри все трепещет от нетерпения, когда в коридоре встречаю Кёнига и понимаю, что представление с его прямым участием, о котором он пока не в курсе, вот-вот начнется. Наверняка он, пока ждал, извелся не меньше моего, но по другому было никак, я действительно долго подготавливался и настраивался. Те часы ожидания стоили этого потерянного выражения лица Тэнэ. Рассматривает просторную комнату с приглушенным освещением, создающее интимную обстановку. Хотя, думаю, интима ей добавляет не столько свет, сколько, к примеру, небольшой столик с лежащими на нем предметами. А это классический черный стек; ошейник, в комплект с которым идут поводок, кошачьи уши и анальный хвост черного цвета; кожаные эротические наручники; маска на глаза; кляп в виде шарика; фиксатор на ноги; вибратор; смазка и пояс верности. У стены стоит кровать, рядом с ней переливающийся черным и красным округлой формы подиум, которому я уже нашел применение. Я выбрал не слишком изощренный номер, так как занимаюсь таким первый раз, да и не хотел бы я пугать своего мальчика клетками, колодками и цепями, на сегодня обойдемся тем, что имеется, для пробы. Для этого я внимательно изучил матчасть и, думаю, готов начать, осталось подготовить застывшего у входа парня.

      — Здорово, да? — кладу руку на чужое плечо и внимательно слежу за реакцией, а она довольно неопределенная. Он не напуган, это хорошо. Наверняка удивлен и растерян, а глаза при этом горят. Неужели вот так сразу уже готов приступить? Почему-то другого я не ожидал. Тэнэ в сексуальных делах — эталон страсти, которую он не стесняется демонстрировать. Потому мое решения провести с ним данную сессию не вызвал у меня сильных сомнений по поводу реакции парня. Я знал, что он будет не против, но я все равно смог его удивить.

      — Ты… Ты псих… — выдыхает и отворачивает голову, чтобы я не видел его лица, но я прекрасно вижу покрасневшие уши и соображаю, что Кёниг смутился. — Как тебе такое вообще в голову пришло? Что это за отель такой?
      Реакция вызывает у меня улыбку. Обожаю, когда он смущение прячет за злостью, разве это не очаровательно? Он выглядит как злобный котенок. Хотя шанс побыть сегодня котенком у него выпадет.

      — Самый обычный отель, — пожимаю плечами и наклоняюсь к чужому уху, чтобы прошептать: — С особыми услугами…
      Парень вздрагивает и отходит от меня, чтобы одарить недовольным взглядом.

      — Когда ты успел все это устроить? — спрашивает и обводит рукой комнату.

      — Я несколько дней готовился, сегодня был последний шаг, — отхожу к столику с принадлежностями и беру черные кожаные перчатки, натягивая их на руки. — Но давай мы это обсудим позже? У нас сейчас есть дела по важнее. Раздевайся.

      — Что ты собираешься делать? — недоверчиво щурится, но при этом начинает медленным движением расстегивать кофту, не отрывая от меня взгляд.

      — Посмотри на тот стол и догадайся, что я собираюсь делать, — мило улыбаюсь и беру в руки ошейник. Качественная кожа, отлично будет сидеть на этой бледной тонкой шее.

      — Только нужно установить небольшую договоренность, — откладываю вещь и подхожу к тумбочке у кровати, выдвигаю нижний ящик и достаю бумагу с договором и ручку, кладу все это на подиум и подзываю к себе парня. Тот подходит и с сомнением смотрит на договор.

      — Зачем он?

      — Этот договор поможет установить границы дозволенного, — говорю и протягиваю парню ручку. — Хоть мы и не будем доходить, к примеру, до игр с огнем и наносить тебе пожизненные увечья, но…

      — И такое есть?! — не дает мне договорить и смотрит на меня глазами полными удивления и легкого страха.

      — Да, — отвечаю сдержанно. — Но мы, повторюсь, до такого не дойдем, опыта маловато.

      — И что будет, когда этого самого опыта станет больше? — щурится с подозрением и сжимает ручку в руках.

      — Ну знаешь… — хитро улыбаюсь. — Опыт приходит со временем, требуется много практики. Ты этим вопросом намекнул, что не против заниматься подобным время от времени?
      Щеки парня краснеют, отворачивает голову и сосредотачивает все свое внимание на договоре.

      — Значит я должен выделить все, что позволяю тебе делать со мной и подписать? — соскакивает с темы и хмурит брови, пытаясь не выдавать своего смущения.

      — Да, — киваю и отхожу обратно к столику. — Думай хорошенько, чтобы в процессе не возникло недопониманий.

      — Да знаю я! — резко отмахивается и начинает заполнять договор, я же снова беру в руки ошейник и кручу его в руках. Думаю о том, что мне все-таки повезло с пассией. С виду такой хмурый и целомудренный, а стоило сблизиться, как оказалось, что этот прилежный староста способен вытворять невообразимое и вот так просто согласился на сессию.
      Я и от себя, честно, не ожидал подобных порывов. Стоило Тэнэ оказаться в моей постели, как все замки, за которыми спали мои демоны, оказались полностью разрушены. Мне было его катастрофически мало, я всегда хотел большего, а потому из кровати парень вылезал помеченный следами моего присутствия вдоль и поперек. И как же я рад, что его желания и мои практически совпадали.

      — Я закончил. — вырывает меня из раздумий голос Кёнига, откладываю ошейник и подхожу к нему, беру подписанный договор и внимательно читаю. Что ж, он согласен почти на все, что я запланировал. Как и говорил, наши желания синхронизируются удивительным образом.

      — Хорошо, — киваю и откладываю договор на тумбочку. — И последнее — стоп-слово.

      — И что это?

      — Если тебе перестанет нравиться процесс и покажется, что я перебарщиваю, этим словом ты полностью завершишь сессию. Вообще в терминологии БДСМ существует три слова — зеленый, желтый, красный. Первое означает, что ты не против совершаемых мной действий, второе — ты желаешь приостановить процесс, третье — завершить его полностью. Но иногда люди вместо них используют что-то помимо, придумывают сами, проще говоря.

      — Можем и сами придумать, — пожимает парень плечами. — Есть идеи?

      — Ни одной. — честно отвечаю.
      Кёниг задумывается и смотрит себе под ноги. Я и не надеялся, что он решит придумать свое стоп-слово, лично у меня не было желания с этим заморачиваться, а вот парню, видимо, хочется пофантазировать. Ну что ж, кто я такой, чтобы ему запрещать?

      — Что насчет «солнце взошло»? — говорит он через пару минут.

      — Почему это? — спрашиваю и самому действительно становится интересно, почему он выбрал именно такое стоп-слово.

      — Ну знаешь, у меня же аллергия на солнечный свет, от него мне плохо, неплохой намек получается.
      Хоть и не хотел заморачиваться по поводу стоп-слов, но мне нравится, что он выбрал именно такое, лучше любого «красного» или «желтого».

      — Хорошо, — киваю и подхожу к парню, берусь за край его футболки и тяну вверх, стягиваю вещь, бросаю в сторону и наклоняюсь к чужому уху. — А теперь, с этой самой минуты ты становишься моим послушным сабом. Разговаривать только с моего позволения, называть меня исключительно «хозяин» и делать все, что я тебе скажу, понял?

      — Д-да. — робко кивает и опускает голову.

      — Хороший мальчик, — глажу парня по бедру и отхожу в сторону, к столику, с которого снова беру ошейник, который уже несколько раз подержал в руках в нетерпении надеть его на чужую шею. — Раздевайся полностью и садись на колени.

      — Чт… Вот так сразу?! — смотрит на меня во все глаза и не сразу решается на действия.

      — А чего тянуть? — усмехаюсь. — А теперь замолчи и делай, что сказал, сейчас в твоих интересах не заставлять меня злиться, понимаешь?
      Сводит брови к переносице и неуверенными движениями расстегивает ширинку и спускает штаны, но белье не трогает. Плохой мальчик.

      — Тэнэ, я сказал раздеться полностью. — хмурюсь и слежу, как парень вздрагивает и все-таки спускает штаны вместе с трусами. Убирает вещи в сторону и послушно садиться на колени. В глаза не смотрит, смущен. Ну да ладно, пока разрешу ему маленькую вольность.
      Подхожу ближе, сажусь на одно колено и надеваю ошейник. Смотрится отлично, а ведь это только начало. Отхожу обратно к столику, беру ободок с кошачьими ушками и поводок. Не жалею, что выбрал для Тэнэ именно такой образ, он часто ассоциировался у меня с котом. Ласковым, но временами и собственного хозяина покусать может. Вцепится когтями в кормящую его руку и бьет задними лапами, потом зализывает оставленные им же раны, будто извиняясь. Идеальное, как по мне, сравнение.
      Возвращаюсь к сидящему на коленях парню и смотрю на него сверху вниз. Прекрасная покорность и покладистость, уже представляю, в какие позы могу его поставить и почти возбуждаюсь. Представлений, конечно, мало, я обязательно увижу все воочию.

      — Подними голову, — делаю тон не то приказным, не то просящим, но парень быстро вскидывает голову и на ней оказывается ободок. Черные уши идеально подходят темным волосам и глазам Тэнэ. Провожу пальцами по мягким прядкам и мягко перемещаю руку на лицо парня, приподнимаю голову и заглядываю в чужие глаза. Смотрит в ответ, слегка приоткрывает рот, будто ждет поцелуя. Наклоняюсь и приближаюсь к чужому лицу, но замираю всего в сантиметре от желанных губ. Слышится щелчок и поводок оказывается прикрепленным к ошейнику. Так и не дарю Кёнигу поцелуй, резко поднимаюсь и тяну за поводок, заставляя парня встать на четвереньки. Тихо ойкает и удивленно смотрит на меня.

      — Прекрасное зрелище… — улыбаюсь и слабо тяну поводок на себя. — Но чего-то не хватает. Встань.
      Движения парня скованны, замечаю, что встает он нехотя и не сразу понимаю, что не так, пока тот не поднимается полностью. Понятно, возбудился от моих манипуляций и стесняется, что хватило только этого. Это мило, конечно, но мне не нравится, что теперь он способен кончить слишком быстро, но я и к этому подготовился.

      — Залезь на подиум и встань в коленно-локтевую. — отпускаю поводок и пока Тэнэ выполняет приказ, отхожу к столику и беру с него анальный хвост и смазку. Смазка, кстати, не обычная, а разогревающая, то есть эффект от ее будет более чем яркий, а вместе с хвостом в заднице, думаю, парень будет не в состоянии сделать лишнего движения, чтобы не кончить. Но и кончить, к слову, без моего разрешения он не сможет, для этого я тоже приобрел определенную вещичку, ее тоже захватываю и разворачиваюсь. Прижимаю вещи крепко к груди, едва не выронив, так как зрелище передо мной — просто услада для глаз. Мы еще, в общем-то, не начали игру, а Тэнэ уже весь разгоряченный стоит в позе, выпятив задницу. Глаз не вижу, те скрыты челкой, но это не так уж и важно, я уверен, более сладкое выражение лица меня ждет впереди, а сейчас я буду лишь подготавливать его к этому.
      Подхожу и раскладываю все на краю подиума, в руках оставляю только смазку. Выдавливаю жидкость себе на пальцы. Розоватые густые капли стекают по черной коже перчаток, блестят в свете ламп и издают приятный сладковатый аромат. Одной рукой оглаживаю чужую поясницу, палец второй приставляю к анусу и слегка надавливаю. Скользящим движением он проникает внутрь и я тут же чувствую давление.

      — Не сжимай, — командую, но меня не слушают и давление становится сильнее. Плохой мальчик, очень плохой. Замахиваюсь и шлепаю парня по ягодице. Звонкий хлопок разносится по комнате, вместе с ним тихий стон парня. Неужели специально вынуждает меня быть грубым? Я и так мягкостью никогда не отличался, сам знаю, как веду себя в постели, но сейчас у меня крыша крениться будь здоров и я, боюсь, могу переборщить, в интересах Тэнэ злить меня по меньше.

      — Я сказал не сжимай! — повышаю тон и начинаю проталкивать второй палец. Парень тихо всхлипывает, но слушается и расслабляется, движения все еще тугие, но у меня выходит протиснуться глубже. Слышу тихий плаксивый стон, после него Тэнэ пытается сам насадиться на мои пальцы.

      — Я разве тебе разрешал так делать? — тихо спрашиваю и продолжаю растягивать чужой зад. Чувствую, как парень напрягся и замер. Медленно, но верно, я приближаю Кёнига к абсолютной покорности. Ему уже пора понять, что сейчас от него мало что зависит, лучше пусть до него поскорее дойдет, что единственный зависимый тут — это он. Зависимый от меня и моих хотелок, конечно же.
      К двум пальцам пихаю третий, двигаться становится тяжелее, но с каждым толчком получается проталкиваться глубже. Неожиданно чувствую, как парень начинает дрожать и тихо мычать.

      — Что, уже хочешь кончить? — сразу догадываюсь, в чем дело и в ответ получаю утвердительный кивок. Ну конечно, я несколько раз провел пальцами по его простате, а учитывая, что чувствительность парня увеличивается, кончить он может слишком быстро.

      — Не переживай, не кончишь, пока я не разрешу, — улыбаюсь и пару раз легонько хлопаю парня по заднице. Беру хвост, смазываю его добротным количеством смазки и приставляю к заднему проходу. Кончик проходит легко, остальная более широкая часть пробки, что ожидаемо, входит с трудом. Давящим движением проталкиваю хвост все глубже, наблюдая, как растягиваются покрасневшие мышечные стенки.
      Тэнэ выгибается в пояснице, вскидывает голову и издает плаксивый стон. Последним более резким движением погружаю пробку полностью внутрь парня. Отхожу на пару шагов назад и осматриваю свое творение. Черный хвост, как и ожидал, смотрится идеально. Все еще доволен тем, что мой выбор пал именно на этот образ.
      Провожу рукой по пушистому меху, резко сжимаю в руках и дергаю на себя. Не с такой силой, чтобы вытащить его, но точно ощутимо. Реакция следует сразу, Кёниг вздрагивает и тихо скулит. Поворачивает голову и умоляюще смотрит на меня. Вижу, что он уже на пределе, а значит пора использовать то, что мне, наверное, пришлось по вкусу больше всего. Эта вещь поможет мне держать абсолютный контроль над парнем. Я смогу контролировать не только его движения, но и возбуждение.

      — Повернись и раздвинь ноги, — приказываю и наблюдаю, как Тэнэ пытается развернуться. Движения скованные, чувство наполненности наверняка приносит массу удовольствия, а разогревающая смазка так же содействует этому. Кое-как парень повернулся и попытался сесть, но тут же подскочил и зашипел, наморщив носик.

      — Нет-нет, ты должен сесть, — улыбаюсь и встречаюсь с напряженным взглядом парня. Он с трудом сдерживает оргазм, потому что уже в курсе, что даже это я собрался контролировать. Все таки садится и начинает кусать губы. Молодец, терпит, хороший мальчик.
      Подхожу ближе и касаюсь чужого члена одной рукой, во второй держу пояс верности. Начинаю совершать ритмичные движения вверх-вниз, чтобы довести Тэнэ до высшей точки удовольствия и беспощадно лишить его возможности кончить.
      Когда парень начинает подрагивать, понимаю, что пора. Убираю руку с чужого члена и надеваю на него пояс верности, затягиваю и застегиваю.
      Тэнэ вскидывает брови и потерянным, затуманенным взглядом смотрит то на свой член, то на меня.

      — Это чтобы ты не ослушался, — мило улыбаюсь и встаю меж раздвинутых ног парня, кладу руки на его бедра и сжимаю до красных следов. — Ты ведь уже был готов кончить, я прав? Но нельзя этого допустить, тогда пропадет все веселье.
      Кёниг всхлипнул и подвинулся ближе ко мне, закидывая руки на плечи и притягивая ближе к себе. Наши губы столкнулись в грубом, мокром поцелует, Тэнэ провел языком по моим сомкнутым губам, пытаясь протиснуться между них и углубить поцелуй, но я не спешил отвечать. Что это еще за вольность? Плохой мальчик.
      Мягко отстраняю от себя парня и и заглядываю в его блестящие от возбуждения глаза. Что-то он распоясался, придется наказать.

      — Не помню, чтобы разрешал целовать меня, — хмурюсь и берусь за поводок. — Котенок, забываешься…
      Сквозь туман возбуждения замечаю в чужом взгляде волнение. Понял, что ошибся, но наказания уже не избежать.
      Резко тяну за поводок, парень скатывается с подиума и плюхается на пол. Продолжаю тянуть и тащу Кёнига ближе к столику, тот еле поспевает за мной, ползет на коленях и периодически спотыкается. Наконец останавливаюсь, беру в руки стек и сжимаю его в одной руке. Опускаю взгляд на стоящего на коленях парня, который уже прекрасно понимает, что его ждет.

      — Вот и наказание, — широко улыбаюсь и по глазам вижу, что Кёнигу стало жутко.
      Наматываю поводок на кулак, заставив парня приподняться и замахнувшись, бью стеком по животу. Тэнэ вскрикивает и отстраняется назад, пытаясь уйти от следующего удара. Бью с новой силой, оставляю красный след, затем еще один, и еще. Звуки хлопков звучат жутко и сопровождаются чужими криками и всхлипами. На шестом ударе останавливаюсь и смотрю на парня, по щекам того текут слезы. Всего секунду думаю о том, что слегка переборщил, но стоп-слова еще не звучит, а значит позволяю себе продолжить. Провожу кончиком стека по чужой щеке, улыбаюсь и наслаждаюсь видом дрожащего парня, который находится полностью в моей власти. Хотя, может и не совсем полностью, но это поправимо.
      Прежде чем приступить к новым действиям, достаю из заднего кармана телефон и включаю камеру. Было бы огромным упущением не запечатлеть Тэнэ в таком виде.

      — Помяукай для меня, котенок, — мягко улыбаюсь и начинаю снимать. Тяну за поводок и заставляю Кёнига смотреть в камеру. Тот растерялся, не ожидал, видимо, что я решу заснять процесс. На самом деле я давно задумывался о домашнем кино, слышал, парочки часто хранят у себя материалы их интимной жизни, сначала я не понимал, зачем это нужно и в чем заключается смысл хранения таких видео, но стоило сейчас об этом задуматься, я пришел к выводу, что это прекрасный шанс навсегда оставить при себе этот момент, когда Тэнэ в таком виде, а потом время от времени пересматривать.

      — Давай! — приказываю и дергаю за поводок. Кёниг тихо скулит, затем набирает в легкие по больше воздуха и издает тихое «мяу». Моя улыбка становится шире, это и мило и развратно одновременно.

      — Продолжай, — говорю тише и продолжаю съемку. Тэнэ на этот раз слушается сразу и начинает мяукать. Мяуканье смешивается тихими стонами, отчего звук получается максимально пошлым.

      — Покажи-ка свои лапки, котенок, — не сдерживаю тихого смешка. На самом деле я едва держусь, это слишком милое зрелище. Горю огромным желанием выдернуть хвост из задницы Кёнига и заменить его своим членом, но до этого мы еще дойдем, нужно опробовать еще парочку штучек.

POV Тэнэ

      Лицо горит от стыда. Я бы может и выдержал желание Дэма услышать, как я мяукаю, но я совершенно не ожидал, что он решит это заснять. Вся эта ситуация сводит с ума, в хорошем смысле. Я думал, что с Келлерманом достигаю высшей точки удовольствия, но кто же знал, что этот монстр еще способен удивить и показать небо в алмазах. Своими действиями он довел меня до состояния «очень хорошо» и этой штукой на моем члене умело удерживает в нем. Желание кончить еще никогда не было таким сильным и все происходящее со мной сейчас выглядит как сладкая пытка. Но судя по тому, как горят глаза парня, финал я увижу еще не скоро.
      Не могу ослушаться, уже получил за свою вольность, живот до сих пор горит после ударов стеком, а если вспомнить, что сейчас творится ниже пояса, получается мучительный контраст боли и удовольствия.
      Поднимаю руки и сжимаю их в кулаки, смотрю в камеру затуманенным слезливым взглядом, приоткрываю рот и тихо мяукаю. Дэм замирает, замечаю, как покраснели его щеки, а губы растянулись в дикой ухмылке. Понимаю, что зрелище перед собой он видит более, чем соблазнительное. Чувствую гордость за себя, потому что тоже на многое способен.

      — Молодец, хороший мальчик, — хвалит меня и выключает наконец-то камеру. Похвала действует на меня наилучшим образом, хочется продолжать подчиняться, только бы снова услышать, как он называет меня «хорошим мальчиком». Удивительное желание, прекрасно понимаю, что возникает оно из-за моего перевозбужденного состояния, однако только от осознания меньше оно не становится.

      — А теперь займемся бондажом, — говорит это с беззаботным выражением лица, я же вопросительно вскидываю бровь и не совсем понимаю, что значит это слово. Хотел было спросить, но резко прикусываю губу, так как помню, что разговаривать мне не разрешали. Снова ощутить удары стеком я не горю желанием, а потому просто наблюдаю за парнем, который берет в руки эротические наручники из черной кожи и возвращается ко мне.

      — Проще говоря — ограничение подвижности, — наконец-то поясняет и я, вроде, успокаиваюсь. Не так уж это и страшно выглядит, всего лишь наручники, думаю я, пока мне сковывают руки. Но Дэм зачем-то снова отходит к столику и берет с него… Что это? Похоже на наручники, которые на мне, но явно предназначены для ног и между не цепь, а железная штанга, которая, я уверен, должна фиксировать мои ноги в одном положении. Звучит волнительно.

      — Вижу, ты уже понял, для чего это, — улыбается парень и толкает меня в плечо. Я приземляюсь на зад и шиплю. Хвост все еще во мне и сидеть с ним, я вам скажу, совершенно неудобно. Внутри все горит и покалывает, чувствую давление и это не позволяет мне расслабиться. Что за эффект такой?

      — Не думал же ты, что мы ограничимся одними наручниками, это было бы слишком скучно, — садится передо мной на одно колено и закрепляет фиксатор у меня на ногах. Как я и думал, теперь мои ноги широко раздвинуты и сдвинуть обратно я их не смогу. Боюсь представить, что теперь со мной могут сделать в таком состоянии. Но это только полбеды, следующие действия парня заставляют меня прийти к полному осознанию, что такое бондаж.
      Дэм снова отходит к столику, но на этот раз берет две вещи — повязку на глаза и кляп.

      — Приоткрой рот, — делаю, как говорит парень, приоткрываю рот и чувствую, как в него пихают шарик, инстинктивно зажимаю тот между губ, а Келлерман тем временем застегивает кляп у меня на затылке. Мне и так говорить не разрешалось, а теперь я и какой-либо звук могу издать с огромным трудом. В ход пошла повязка, наступает резкая темнота, теперь я способен только слышать, но этого мало, чтобы предугадать действия парня. Чувствую себя перед ним максимально беспомощным, но страха не ощущаю и полностью доверяю человеку перед собой. Кто ж знал, что вот так довериться кому-то и отпустить ситуацию будет настолько приятно.
      Слышу шаги, Дэм куда-то отошел и почти сразу вернулся, после чего я почувствовал давление на плечо.

      — Развернись, — приказывает он и тянет за поводок. Неловким движением я разворачиваюсь к нему спиной и так как мои ноги зафиксированы, как, в общем-то, и руки, нахожусь я в максимально открытой и изощренной позе, то есть стою, опираясь на колени с поднятыми кверху бедрами, когда как вся остальная часть тела опущена, но я кое как стараюсь опираться на локти, хоть это и не очень удобно, но ничего другого не остается.

      — Хороший мальчик, — по голосу слышу, что тот улыбается и снова невольно радуюсь похвале. Но радость моя длится недолго резко сменяясь растерянностью. Удар стеком по ягодицам выбивает из меня весь воздух. Громко мычу, но от ударов уйти не могу, да и вообще совершить какое-либо движение без чужой помощи теперь будет проблематично. Вот тебе, Тэнэ, и бондаж, наслаждайся.
      А удары тем временем не прекращаются, чую, после сессии не то что сидеть, ходить буду не в силах. Ты будешь обязан носить меня на руках, Келлерман!
      Гневные мысли становятся последними, прежде чем в голове образуется полная пустота. Мне больно, это факт, да еще и руки, на которые я опираюсь, начинают затекать и дрожать, но член какого-то черта все еще стоит колом, а чувство возбуждения, которое было не слабым, отчего-то становится еще сильнее. Все чувства обострились, а удары, приносящие боль, вдруг стали приятными. Я, наверное, схожу с ума, потому что хочу еще. До чего ты меня довел, Дэмон?! Какого черта мне так нравится?!
      Удары с ягодиц переместились на спину, я выгнулся в пояснице и громко промычал, но этот звук больше походил на стон, выдавая мое состояние.

      — Нравится, когда тебя бьют, котенок? — каждое слово парня сопровождалось хлестким ударом по спине и плечам. Просто представляю, как сейчас выгляжу со стороны. Беспомощный, связанный, с покрасневшим от ударов стека задом и спиной, стою на коленях и дрожу, желая большего. Но мне, честно, абсолютно насрать, главное, чтобы такой вид изощренного меня нравился Дэму. А ему, я уверен, нравится.
      Наконец-то удары прекратились, слышу, как Келлерман отложил стек.

      — Я вижу, тебе не терпится кончить, — смеется парень, тем самым вызвав во мне недовольство. Да мне ахуеть как не терпится! Я готов фантанировать спермой дальше чем вижу, а ты все продолжаешь меня мучить, изверг! — Ладно, так и быть, я позволю тебе, но ты должен будешь попросить меня как следует.
      После этого с меня снимают кляп. Слышу, что Дэм сзади, наклоняется и касается чем-то моего члена. Меня резко прошибает холодный пот, вздрагиваю и прогибаюсь в пояснице, когда чувствую вибрацию. Эффект от нее более, чем яркий, теперь кончить я хочу еще больше, но этот блядский пояс не позволяет.

      — Давай, моли меня снять пояс, попроси как следует, — одной рукой Дэм тянет за поводок, заставляя меня подняться, вторую руку с, как я понял, вибратором, держит у члена. Чувствую спиной чужую крепкую грудь, к которой жмусь.

      — Хозяин… — выдыхаю со стоном. — Дай…те кон…кончить… Мх… Я х-хочу кончить, хоз…зяин…ох… Прошу вас…
      Голос не слушается, проговариваю все это на автомате, а в голове сплошной туман и перед глазами маячит лишь сладостное желание наконец-то кончить. В каком-то полузабытье трусь спиной о парня, думая, что таким образом ускорю процесс и с меня наконец-то снимут эту штуковину.
      Что удивительно, это действительно, вроде как, помогает. Чувствую, как мой член высвобождают из этого мучительного плена и на него ложится рука в кожаной перчатке. Хватает всего парочки резких движений, чтобы я резко выгнулся и вскинув голову, издал громкий, плаксивый стон, содрогаюсь всем телом и тону в сильнейшем чувстве удовольствия. Внутри буквально все переворачивается от этого ощущения, в животе вспыхивает чувство эйфории. Дрожу от крышесносного оргазма, после чего обмякаю в чужих руках и пытаюсь отдышаться.

      — Молодец, отлично постарался и заслужил награду, — чувствую ласковые поглаживания по бедру, а по спине пробегают мурашки от тихого голоса Дэма на самое ухо. — Но это еще не все.
      Последняя фраза прозвучала как гром. Что еще он задумал?!

      — Чего ты так напрягся? — смеется парень. — Ничего серьезного больше не случится, да и вообще остальное зависит от тебя, будешь самостоятельным мальчиком и сделаешь все сам.
      Не понимаю, о чем он говорит, но расслабляюсь, услышав, что ничего серьезнее того, что было сейчас, больше не будет. Повязку с меня наконец-то снимают. Трачу несколько секунд, чтобы сфокусировать застланный слезами взгляд и привыкнуть к ставшему чересчур яркому свету. Сразу же замечаю перед собой Келлермана. Тот стоит уже без пиджака, рукава рубашки закатаны до локтя и, как оказалось, моему демону чертовски идут подтяжки, которые не было видно из-за пиджака.
      Парень обходит меня и снимает фиксатор, наручники тоже. На запястьях остались следы, но это не так страшно по сравнению с тем, что вижу на своем животе. Из-за стека на нем остались красные полосы, такие же, я уверен, сейчас украшают мой зад и спину.
      Снимает так же ободок с ушками и поводок, но ошейник снимать не спешит. Не совсем понимаю, что меня ждет дальше, да и думать я сейчас совершенно не в состоянии, потому как все еще отхожу от оргазма. Ноги буквально сводит и, боюсь, если попробую встать, упаду обратно.

      — Это тоже уберем, — говорит парень и я чувствую, как хвост резко покидает мое тело. Тихо шиплю от острых ощущений, а внутри продолжает все гореть. Не успеваю привыкнуть к чувствую опустошенности, как в меня резко заставляют наклониться и встать на четвереньки.

      — Сейчас посмотрим на твою выдержку, — после этих слов чувствую, как в меня снова что-то пихают, по форме напоминает член, а потому сразу соображаю, что это вибратор. Догадываюсь, о какой выдержке идет речь.
      Дэм отходит и садится в кресло, которое стоит около окна, в руках у него оказывается телефон. Вопросительно смотрю, как он в нем роется и не понимаю, что должен делать, пока не ловлю на себе хитрый взгляд и не чувствую вибрацию. Сгибаюсь пополам и упираюсь руками в пол.

POV Дэмон

      Реакция следует незамедлительно, а ощущения, которые пронизывают тело Кёнига, я уверен, яркие.
      Откидываюсь на спинку кресла и меняю режим на более быстрый, даже отсюда слышу звук вибрации и вижу, что мой мальчик уже поплыл. Сидит с опущенной головой и тяжело дышит, а член тем временем снова в возбужденном состоянии.

      — Если кончишь, то будешь наказан, помнишь? — ответом становится короткий кивок старосты, тот приподнимается и умоляюще смотрит на меня. Что, неужели пытается разжалобить меня? Какое очарование, только вот ничего у него не выйдет. Я, честно, не собираюсь ничего с ним делать, если он вдруг кончит, просто решил припугнуть и посмотреть, как поведет себя парень в, казалось бы, безвыходной для него ситуации.       Откладываю телефон в сторону, но вибрацию не убираю, считаю, что она достаточно сильная, чтобы довести парня. Смотрю на того с улыбкой и опираюсь лицом на кулак.

      — Иди сюда, — подзываю и имею честь пронаблюдать, как на коленях Тэнэ пытается добраться до меня, при этом чувствуя, как внутри все горит, а оргазм вот-вот снова накроет с головой.
      Наконец-то парень добирается до меня и опирается руками на мои колени, а сверху кладет подбородок и смотрит снизу вверх и ждет какого-то разрешения. Поднимаю руку и глажу мягкие черные волосы, опускаю руку до подбородка, сжимаю его между пальцами и заставляю Кёнига поднять голову.

      — Чего же ты хочешь, котенок? — спрашиваю и пристально смотрю в горящие страстью глаза с расширившимися от возбуждения зрачками. — Скажи и получишь это.
      Тэнэ тяжело дышит, огонь в глазах становится ярче, сразу становится понятно, чего он так сильно желает. Наши желания, в общем-то, совпадают.

      — Хочу чтобы хозяин вошел в меня, — говорит это так сладко, что моя выдержка дает трещину. Руки начинают дрожать, но я все еще, что удивительно, терплю.

      — Ну что ж, — с усилием делаю свой голос твердым. — Залезай и делай все сам, я же уже говорил, что ты теперь самостоятельный мальчик.
      Огромных усилий стоит Кёнигу, чтобы подняться и вскарабкаться ко мне на колени. Заботливо придерживаю его за талию и даю время, чтобы устроиться по удобнее. Замечаю легкую растерянность в чужом взгляде. Парень будто не понимает, что делать дальше, смотрит на мою ширинку и просто сидит, периодически крутит бедрами, будто ищет положение поудобнее.
      Едва не бью себя по лбу, когда вспоминаю, что Тэнэ все еще с вибратором в заднице.

      — Ах, прости, котенок, — тихо смеюсь и завожу руку за спину старосты, опускаю ее к заду, касаюсь игрушки и мягко вытаскиваю ее. Парень вздрагивает и прижимается ко мне, опускает руки и нетерпеливо борется с пряжкой ремня. Откидываю игрушку в сторону и помогаю ему. Сам уже держусь с трудом и просто хочу выебать Кёнига. Хватит на сегодня игр, не дорос я еще до такой выдержки, чтобы смотреть на желающего меня парня и не дать ему то, чего он хочет.
      Тэнэ действительно все делает самостоятельно. Берет мой возбужденный член в руку и опускается на него, тут же издает сладкий стон и хватается двумя руками за мои плечи. Я же придерживаю его за бедра и едва успеваю сделать хоть что-то, как парень резко садится и принимает в себя полностью. Перед глазами все плывет, а я окончательно слетаю с тормозов и впиваюсь в бедра старосты пальцами, больше не даю ему делать все самому и просто насаживаю на свой член.
      Плотное и горячее кольцо мышц сжимает меня с такой силой, что, чувствую, финал наступит быстрее, чем я думал. Тэнэ так же как и я потерял все самообладание, только вот он уже разок кончил и все равно выглядит так, будто кроме меня и моего члена в его заднице для него больше ничего не существует. Чувствую себя точно так же. Вижу только Тэнэ, ощущаю, как он резко и мощно насаживается на меня, хочу оказаться ближе и резко подаюсь вперед, впиваясь зубами в его ключицы. Парень же прижимается ближе и всхлипывает, обнимая меня и зарываясь руками в волосы.

      — Блять… Блять… — стискиваю зубы и рычу, когда чувствую, что вот-вот кончу. Сжимаю старосту крепче в своих руках и вхожу в него с новой силой, глубоко и резко. Хватает парочки толчков, как парень вздрагивает, вскидывает голову и звонко стонет. Не сразу замечаю чужую сперму на своей рубашке, не до этого мне. Резко вхожу последний раз и уткнувшись лбом в чужое плечо, тихо мычу и спускаю прямо внутрь Кёнига. Тот обмякает в моих руках и обнимает за шею, я обнимаю его за талию и прижимаю к себе, не выходя.

      — Хорошо постарался, — выдыхаю с улыбкой и глажу парня по спине.
      Тот не спешит отвечать, все еще пытается отдышаться, как-никак устал он намного больше.

      — Дэм, — тихо зовет меня парень и медленно отстраняется, чтобы посмотреть на меня. — У тебя что, совсем похмелья нет?
      Удивленно вскидываю брови. Совершенно не ожидал такого вопроса, а потому не сразу нахожусь с ответом.

      — Есть, а что?

      — Так каким, скажи мне, образом, ты умудрился после вчерашнего устроить… такое? — Тэнэ хоть и устал, но смотрит на меня серьезно. Очень странный диалог после БДСМ-сессии, я ожидал немного другого, однако не могу не заметить, что ситуация забавная.

      — Честно, было нелегко, пришлось прямо тут себя в порядок приводить, — тихо смеюсь и начинаю гладить парня по пояснице. — Поэтому я рано уехал, ты еще спал.

      Кёниг ничего не отвечает, только коротко кивает и снова прижимается ко мне. Вижу, что очень устал, не скажу, что тоже, но морально я истощен, но, думаю, для первого раза я неплохо постарался.
      Беру засыпающего старосту под бедра и встаю вместе с ним на руках, протеста, к счастью, нет, а потому спокойно дохожу с ним до кровати и бережно укладываю. Сажусь рядом и глажу парня по волосам. Наклоняюсь и целую того в висок.

      — Сладких снов, котенок…

Диалог в темноте — Немецкий язык онлайн

11 декабря в Геологическом музее им. В. И. Вернадского прошла акция «Диалоги в темноте». Депутаты Государственной Думы, представители государственных структур и средств массовой информации, общественные деятели в полной темноте под руководством профессиональных незрячих тренеров выполняли различные задания.

Цель акции «Диалоги в темноте» — дать зрячим людям возможность прочувствовать окружающий мир, не видя его, — без света. Организаторы акции (в России это партия «Справедливая Россия» совместно с международной организацией Dialogues In The Dark и ведущим интернет-порталом для людей с инвалидностью dislife.ru) полагают, что полученный опыт поможет зрячим лучше понять потребности незрячих. Еще одна важная цель — привлечь максимальное внимание власти и общественности к проблемам инвалидов по зрению.

На входе участникам акции вручили трости, после чего они вошли в абсолютно темную комнату. На ощупь, по голосам, или касаясь спины впереди идущего человека, необходимо было найти стол и стулья. Участники справились с заданием и расселись по шесть человек вокруг круглого стола.

Прошло минут пять.

Что вы чувствуете? — обратился к участникам тренер.

Мне спокойно, абстрагировался от всего…

Мне некомфортно и страшно.

Как будто тучка закрыла свет.

Согревает мысль, что рядом люди.

Вокруг темно. Раздаются голоса из разных углов комнаты. Успокаивает мысль, что сидишь за столом, ощущая опору, и чувствуешь, слышишь людей рядом. Прошло всего несколько минут. А они, незрячие люди, живут в этой темноте не минуты, а часы, дни и годы.

Каждый человек реагирует на темноту по-разному, — отмечает тренер. — Для кого-то это стресс, страх, другим кажется, что они в невесомости, третьи ощущают спокойствие, четвертые не испытывают страх перед слепотой. Только один процент участников вообще не может вынести темноту. В любом случае на тренинге можно многое узнать о себе самом.

Такая ситуация подталкивает людей к диалогу, дает им возможность почувствовать себя в условиях людей с ограниченными возможностями, ощутить свою ценность и оценить помощь, принятую от незрячих людей.

Ощущения потрясающие. Но ты понимаешь, что через два часа включится свет, и ты вернешься к обычной жизни. А люди незрячие живут так всегда. И все, кто был со мной в темноте, сказали, что после такого тренинга они, увидев человека с тростью, подойдут и обязательно спросят, нужно ли ему чем-нибудь помочь, – отметил председатель партии «Справедливая Россия» Сергей Миронов.

Выполняя задания тренера, мы радовались маленьким успехам — например, когда получили говорящие часы с неправильным временем, мы смогли установить точное московское время, найдя правильную кнопку. Как это, — ощущать время, никогда в жизни не видя стрелки часов? При свете дня это дело одной секунды. В темноте же – целая стратегия. Или же — посчитать деньги, на ощупь определяя размер монет, чтобы элементарно купить хлеб в магазине.

По словам тренера, 75 % информации человек получает через зрительный контакт, визуальное видение. Одним из заданий стало чаепитие в темноте: сообща, группой шести человек, участники смогли организовать чай, не видя горячий чайник, чашку, в которую наливается кофе или чай.

И важно понимать, насколько важна для незрячих людей поддержка окружающих, тепло человека рядом.

Стало понятно, насколько тяжело сегодня таким людям оказаться без помощи, защиты и поддержки, без нашего тепла, – отметила депутат Госдумы Алла Кузьмина.
– Я для себя сегодня осознала, что такое доступная среда. Где бы ни оказался человек – ему должно быть комфортно. А это накладывает на нас, на законодателей, на государство особую ответственность за создание таких условий жизни для всех людей. Я считаю, что это мой долг.

А не хотите ли посетить со своим взрослеющим чадом один из самых необычных и интересных музеев Гамбурга, который называется «Диалог в темноте»? По сути, это, скорее, социальное мероприятие, потому что все экскурсоводы в музее… незрячие. «Диалог в темноте» является одним из наиболее популярных музеев города, поэтому непременно посетите его с ребенком. Возможно, после этой экскурсии он сможет задуматься о чем-то серьезном…

Чем отличается гамбургский музей «Диалог в темноте» от большинства своих «собратьев»? Прежде всего, тем, что в нем нет ни одного мало-мальски ценного экспоната. Более того, здесь нет вообще ни одной вещи, покоящейся под музейным стеклом. В первом же зале вас встретит кромешная тьма и… персональный незрячий гид. Именно на его голос вам предстоит ориентироваться в помещениях без света. Вы только задумайтесь, что вам предстоит провести в темноте незначительное время, а эти люди вот так живут всю свою жизнь!

Чтобы вам с ребенком было проще следовать за своим экскурсоводом, вы получите на входе тонкую палочку белого цвета — постоянного спутника слепых людей на улицах европейских городов.

За полтора часа, которые длится эта необычная экскурсия, гости музея знакомятся со своим гидом и слушают его интересные рассказы. Вы будете переходить из зала в зал, вас будет все также сопровождать абсолютная темнота и ненавязчивый голос незрячего экскурсовода, ставшего на время самым настоящим поводырем.

В каждом помещений вас ожидает новая эпоха развития Гамбурга, вы на ощупь познакомитесь с ее основными приметами. Так, на местном овощном рынке вы сможете осязать налитые фрукты и спелые овощи, а вас нос почувствует всю прелесть ароматных восточных специй или кофе. В другом зале вас будет ждать загадочный лес, шуршащий опавшими листьями и журчащий дикими ручьями. А есть комната, где вы сядете в лодку и ощутите на своем лице приятную прохладу речных брызг.

Не забывайте внимательно слушать своего гида, он подскажет вам, где находятся коварные ступеньки, о которые можно споткнуться, острые углы, рвущие одежду, и небольшие ямки.

Это увлекательное путешествие в страну слепых завершается неизменным разговором с экскурсоводом. Вы сможете задать ему любые интересующие вас вопросы, в том числе и спросить о его собственной жизни: как человек стал слепым, как он живет в постоянном мире темноты и многое другое. Местные незрячие гиды никогда не уходят от ответа, всегда рассказывают честно и откровенно даже о самом деликатном.

Кстати, если вы проголодаетесь, то сможете заглянуть в кафе при музее, в котором даже официанты — слепые. По этой причине в кафе вам не предложат горячие блюда, но съесть салат, пирожок и выпить стакан газировки или сока вы всегда сможете. Кстати, процесс приема пищи проходит тоже в полной темноте.

Поход в музей «Диалог в темноте» можно рассматривать не только как некий аттракцион, но еще это и прекрасная возможность развить в себе и вашем ребенке чувство толерантности и понимания других людей, которые ограничены в физических возможностях.

Боитесь ли вы темноты? Партнер проекта Bezgraniz Couture Тобиас Райзнер, организатор необычных бизнес-тренингов в России, считает, что точный ответ на этот вопрос можно получить, только испытав себя на практике. Об этом, а также о социальном предпринимательстве и трудоустройстве незрячих людей он рассказал в интервью корреспонденту +1 Алисе Орловой.

— Тобиас, вам удалось превратить ограничения незрячих людей в преимущества. Скажите, ваш проект — бизнес или благотворительность?

— Смысл тренинга «Диалоги в темноте» не в том, чтоб рассказать о людях, которые не видят. Наша идея в том, что это — стандартные тренинги, но в качестве тренеров мы привлекаем незрячих, так как они лучше всего выполняют эту работу и прекрасно ориентируются даже в полной темноте. Программу разработал Андреас Хайнеке, который запустил ее более чем в 30 странах. «Диалоги в темноте» — первый в мире проект, который совмещает в себе трудоустройство незрячих людей с бизнес-подходом. Наш проект занимается социальным предпринимательством, которое не стоит путать с благотворительностью.

— В чем же разница?

— У нас нет спонсоров, на проект мы тратим те деньги, которые зарабатываем. Благотворительность, филантропия и социальное предпринимательство — это три разные вещи. Благотворительность — вам дали денег, и вы кому-то помогли, причем обычно эта помощь оказывается лишь небольшой промежуток времени. Филантропия — вы создали социально-ориентированный проект, который существует на деньги спонсоров на долгосрочной основе. Социальное предпринимательство — особый вид деятельности, его смысл в том, что мы со своим проектом выходим на рынок и ищем тех, кто готов купить наш продукт. Это особый тип бизнеса. Всю нашу прибыль мы инвестируем в развитие проекта.

Бизнес-тренинг «Диалоги в темноте»
Фотография предоставлена ООО «Маркеткомпас»

— Как проходит ваш тренинг?

— Для нас с вами темнота — совершенно нестандартная ситуация, а для незрячего человека — обычная. Все коммуникации на тренинге — голосовые. Незрячий тренер дает и проверяет задания, подсказывает и направляет участников. Тренинг длится 3-8 часов, в нем две основные части. Около двух часов люди находятся в темноте, остальное время занимает индивидуальная и групповая рефлексия участников, извлечение выводов для своей практической деятельности. Глобально речь, конечно, не о карьерном росте, а о встрече с самим собой.

— В России с инвалидностью связано много предрассудков. Люди боятся обсуждать эту тему, «чтобы не накликать».

— Не только в России. Везде. Как вы думаете, каков процент людей, которые родились незрячими? 2%, а все остальные потеряли зрение в результате болезни, несчастного случая или в силу своего возраста. Эта статистика удивляет. Люди начинают понимать, что никто ни от чего не застрахован.

— А какие у вас требования к незрячим сотрудникам при приеме на работу?

— Главное — это квалификация, опыт работы в такой должности. Нам нужны люди, которые смогут общаться на равных с нашими клиентами, преимущественно менеджерами из различных компаний. Требуется высшее образование и деловые качества, необходимые хорошему бизнес-наставнику. Если сотрудник владеет иностранным языком, он может поехать в другую страну на стажировку.

«Диалоги в темноте»: участники и тренеры
Фотография предоставлена ООО «Маркеткомпас»

— Как превратить идею в успешный бизнес-проект? Поделитесь рецептом.

— Нужна идея и представление о том, как выстроить все процессы. Второе — у вас должен быть бизнес-план и понимание, как это можно монетизировать. И третье — нужна команда. А еще нужно набраться терпения. Скорее всего, реальность будет отличаться от вашего бизнес-плана.

— Такая ситуация только в нашей стране?

— Первые годы «Диалоги в темноте» не приносили прибыли. Нигде, не только в России. Иногда сам удивляюсь, как мы выжили? В России сегодня я вижу позитивную тенденцию, в последнее время было забронировано большое количество тренингов. Мы планируем запустить «Диалоги в тишине», с участием людей с нарушением слуха, «Диалоги со временем» с тренерами 70-92 лет, рассказывающими о том, что приносит нам возраст.

— Почему вы продолжаете этим заниматься?

— Всех денег не заработаешь. Когда я строю очередной бизнес, в том числе социальный, я получаю положительные эмоции и расту как личность. А еще я вижу заметные результаты от посещения тренингов, в том числе и в России. Это приводит меня в восторг. Это и есть награда.

Каковы ваши мысли по поводу принудительных тимбилдингов и бизнес-тренингов? Вы думаете, что они неуклюжи и лишь впустую тратят ваше время? Или они полезны и увеличивают мотивацию и производительность? Несомненно одно — почти все читатели знакомы со стандартами классических тренингов и тимбилдингов, такими как производственные практики, лекции, веревочные тренинги, кулинарные занятия. Но приходилось ли вам когда-либо надевать костюм для борцов сумо, симулировать зомби, общаться в стае волков, скакать верхом только ради создания атмосферы доверия в команде и узнавания ваших коллег? Скорее всего, нет. Ниже мы приводим несколько необычных и экстраординарных корпоративных мероприятий.

Диалог в темноте

В 1995 году немец Андреас Хайнеке придумал и создал проект «Диалоги в темноте». Профессор Хайнеке верит, что посредством проживания нескольких часов в жизни в качестве слепого можно разрушить стереотипное восприятие незрячих людей, воспитать к ним позитивное отношение и перевернуть свое сознание. С одной стороны, проект направлен на интеграцию слепых людей в общество, а с другой — знакомит зрячих с новыми ощущениями, которые дает темнота. Тренерами выступают инвалиды по зрению, а сам тренинг проходит в абсолютно темной комнате и длится несколько часов. В тимбилдинге могут участвовать от двух человек до нескольких десятков. В течение двух часов тренеры «Диалога в темноте» предлагают решить несколько заданий, разбив людей по группам. Группа — маленький аналог компании, где для успешного выполнения очень простого задания надо работать слаженно, грамотно: каждому выбрать себе роль (кто — лидер, кто — послушный исполнитель), действовать спокойно и быстро, договориться о стандартах, найти взаимопонимание. Эти общие слова, обычно транслирующиеся во всех компаниях как корпоративная культура, для команды людей, попадающих в темноту, оказываются на вес золота. Занятие, как правило, начинается с простейших заданий — определить размер комнаты, разделиться на команды, найти в темной комнате стол, занять стулья и так далее. Такой тренинг направлен на выявление лидерских качеств и сплочение команды, но может трансформироваться и под другие нужды. Например, сотрудникам, работающим с клиентами, темнота помогает научиться слушать, понимать собеседника по тому, каким образом он говорит, по мелодике его речи.

Люди против зомби

Корпоративная культура США переживает бум тренингов «Людей против зомби», которые в игровой манере представляют выживание от нападающих оживших трупов. Идея создания игры, которая в необычной манере воспитывает чувства сплоченности, возникла в университетском городке Goucher College у студентов Криса Вида и Брэда Сэппингтона. Они разрабатывают руководства и правила, а коммерческие фирмы по франшизе организовывают игры по всему миру. Такие тренинги популярны сегодня как в летних лагерях и школах, так и на военных базах. Роли зомби играют нанятые актеры, а сотрудники компании изображают уцелевшую группу людей, которым нужно исполнить различные миссии и выжить. Игроки, как правило, вооружены пушками с пеной, их цель состоит в том, чтобы поразить выстрелом игрока-зомби. Зомби разоружены и должны помечать «людей», чтобы утолить «голод», таким образом исключая их из игры. В итоге получается смесь пейнтбола и костюмированного представления.
Т. к. игроки должны работать в прекрасном единстве, чтобы перехитрить зомби, то такое занятие позволяет установить доверие и глубокие связи в команде, немедленно удаляя социальные границы. Как говорят создатели: «Зомби не дискриминируют вас ни по расовому, ни по гендерному признаку. Они просто жрут вас, если вы не умеете работать в команде». Игроки, когда-либо участвовавшие в «схватке с зомби», сообщают, что это самый незабываемый опыт выстраивания сотрудничества и кооперации в команде.

Борьба сумо

Несмотря на некоторые сомнения относительно эффективности, в Великобритании набирает популярность такой вид корпоративной активности, как борьба сумо. Для организации тренингов в виде сумо создано множество фирм, которые обеспечивают клиентов костюмами (комплект включает даже головной убор, который напоминает прическу сумоиста), ареной для борьбы дохе, компетентными судьями гедзи. Дополнительным антуражем служит аппарат, выпускающий дым, и японские саундтреки. Конечно, никакого пуризма в соблюдении правил ожидать не приходится. В тренингах, инсценирующих борьбу сумо, главное — веселье и забава, а не победа. Организаторы уверяют, что нет лучшего способа построить здоровые отношения с менеджером, чем опрокинуть его на землю, будучи одетым в толстый виниловый костюм, в то время как коллеги стоят вокруг и подбадривают.

Тренинг с волками

На Западе тимбилдинг при участии животных — давно уже не редкость. Не только лошади и ослы, но даже волки помогают людям стать командой.Джанет Нейджел — профессиональный зоолог и психолог. Работая с собаками, она поняла, что собаки и волки могут многому научить людей. «Отношения в стае волков очень похожи на человеческие, нам есть чему у них поучиться», — утверждает доктор Джанет Нейджел. Так, она запустила бизнес-тренинг по развитию лидерских качеств в природном заповеднике Шорфхайде в северо-восточной Германии.

Эти тренинги основаны на выводах психоаналитика и преподавателя Венского университета Рауля Шнайдера, заключающихся в том, что система человеческих отношений схожа с системой отношений в среде волков. В стае волков и в жизни людей можно выделить лидеров (альфа), ближайших претендентов на их место и одновременно их же защитников (бета), основную часть общества (гамма) и аутсайдеров (омега). Альфа-лидеров всегда характеризует подчеркнутое спокойствие и психологическое превосходство. Он должен заслужить свое положение и уметь всегда действовать в интересах стаи. Таким образом, в стае волков исключается давление, агрессия, но воспитываются очень теплые отношения между всеми особями. Этому и учат на тренинге.

Большой популярностью пользуются корпоративные тренинги, т. к. именно во время собраний больших компаний людей наблюдается много общего с волчьей стаей. Сначала общение с прирученными волками происходит в вольере, затем наблюдение за стаей диких волков осуществляется на территории заповедника. Таким образом, наблюдая за поведением стаи и вожаком изнутри и сравнивая его с офисной жизнью, сотрудники учатся улаживать конфликты, выстраивать здоровую коммуникацию в коллективе.

Тренинг верхом

Бизнес-семинары с лошадьми придумали супруги Кребс из Германии в 1996 году. Они проводят занятия в формате обучения верховой езде без коучей и тренеров. Именно лошади учат участников тренинга, как развивать лидерские качества, добиваться поставленных целей, принимать собственные слабые стороны и преодолевать препятствия. Герхард Кребс уверен, что работа с лошадьми заставляет людей чувствовать себя ответственными, уверенными в себе, развивает степень понимания всего происходящего. Именно это необходимо для развития лидерских навыков. Кроме того, лошади всегда объективны и искренни на 100 процентов. Им неважно, как называется ваша должность и сколько вы зарабатываете. Чтобы лошадь слушалась и выполняла команды, необходимо забыть о статусе, руководящем опыте, а довериться собственной интуиции, чтобы стать авторитетом. Таким образом, дрессировка, аллюр и галоп учат участников стать настоящими лидерами.

Вождение вслепую

Фирмы, предлагающие вождение с завязанными глазами, говорят, что это «уникальный способ решить сложные офисные проблемы в забавном и увлекательном пути». Организатор проверяют курс, планируют маршрут, предоставляют команде автомобиль, а водителю надевают повязку на глаза. Когда водитель, один из членов коллектива, полностью дезориентирован в пространстве, то его «глазами» становятся коллеги. Это хороший повод выяснить, насколько высок уровень доверия к коллегам, сидящим в данный момент за спиной, на которых теперь возложено руководство действиями, указание поворотов во время работы двигателя Общая цель: прийти к финишу первыми в назначенное время. Это задание главным образом нацелено на формирование способности работать совместно в команде.

Тренинг в Антарктиде

Интересные тренинги для своих сотрудников предлагают также крупные компании. Например, для своих лучших сотрудников компания Coca-Cola ежегодно проводит необычный бизнес-тренинг в Антарктиде. Тренинг проходит под руководством известного всему миру исследователя Роберта Свона. В 1986 году Свон стал первым человеком на Земле, который побывал в обеих крайних точках планеты — Северном и Южном полюсах. Один раз в год путешественник организует тренинг-экспедицию, в ходе которой в условиях борьбы за жизнь показывает участникам, что такое на самом деле работа в команде и как стать настоящим лидером.

В Израиле есть совершенно уникальный, замечательный Детский музей в Холоне. Там не обычные статичные экспозиции на какую-нибудь художественную или научную тему, а живые программы для посетителей разных возрастов, от ребятишек до взрослых людей.

Первой программой, в которой мы принимали участие в этом музее, был , я рассказывала об этом подробно. В августе 2015 года мы с детьми записались на программу «Диалог в темноте»
— и вот только сейчас я собралась рассказать о ней, но лучше, как говорится, поздно, чем очень поздно.

В музее проводятся три программы такого рода: «Диалог со временем», «Диалог в темноте» и «Приглашение в тишину»:

О программе из недр Интернета:

«Для выставки «Диалог в темноте» на территории музея возвели новый павильон, как думали ее организаторы, максимум на полгода, но успех выставки превзошел все ожидания. Идея создания экспозиции «Диалог в темноте» в Холоне появилась еще в 2003 году, когда коммерческий директор «Безека» Пнина Шенхав посетила подобную выставку, открывшуюся в Германии. Первоначальным инициатором международного проекта был доктор Андреас Хайнеке. Познакомившись со слепым журналистом одной из немецких радиостанций, Хайнеке открыл для себя незнакомый мир четырех обостренных чувств – слуха, осязания, обоняния и вкуса. Оказалось, что мир без красок и форм вовсе не так беден и ограничен, как кажется обыкновенным зрячим людям, особенно, если любить жизнь и обладать чувством юмора. «Диалог в темноте» – разработка Андреаса Хайнеке и немецкой фирмы «Консенс Коммуникейшенс». Благодаря слепому коллеге Хайнеке обратил внимание на частые неправильные представления зрячих о слепоте. Выставка «Диалог в темноте», действующая в Детском музее с июля 2004 года, позволяет познакомиться с тем миром, в котором живет слепой человек.

Выставка «Диалог в темноте», действующая в Детском музее с июля 2004 года, позволяет познакомиться с тем миром, в котором живет слепой человек. Это не совсем аттракцион и не совсем лабиринт: посетители выставки следуют по пятам за слепым проводником, который легко ориентируется в кромешной тьме. Идя на голос гида и сжимая в руках палочки-поводыри, посетители учатся распознавать шелест листвы, запах воды, автомобильные гудки, опознавать по форме и запаху фрукты и овощи на рыночных лотках. Павильон выставки состоит из нескольких залов, имитирующих реальные условия — улицы, парки, порт и даже столики кафе… Сами проводники называют эту выставку «щадящим маршрутом для начинающего слепого», ведь здесь не встретишь коварных неожиданностей, поджидающих слепых в реальном мире.

Стоимость проекта «Диалог в темноте» — около полумиллиона долларов. Более трех миллионов людей уже посетили выставку «Диалог в темноте» в ста городах 15 стран по всему миру. В Израиле же выставку посещает по 50.000 человек в небольших группах под руководством 25 слепых экскурсоводов».

Программа «Диалог в темноте» предназначена для посетителей в возрасте от 9 лет. Детей до 14 лет обязательно должен сопровождать взрослый. Продолжительность программы — около полутора часов.

Программа проходит в полной темноте и в постоянном контакте с гидом (незрячим), который в любой момент может прервать действие и вывести наружу тех, кому стало страшно, нехорошо, не по себе или просто захотелось уйти из темноты.

Флаер программы «Диалог в темноте»: «В полной темноте открываются глаза». В полной темноте происходит диалог между вами и вашими спутниками, у вас с самим собой — и в процессе него рушатся стереотипы и появляются новые ощущения и понимание происходящего вокруг.

Итак, мы приехали к началу программы в музей, и сели в небольшом холле ждать, пока соберется группа.

Нам объяснили, что нас будет вести гид, что надо делать все, что он скажет, не пытаться самостоятельно куда-нибудь уйти. Все получили тросточки, и нам объяснили, как ими пользоваться.

Фото из сети:

После чего мы зашли в полутемную комнату (чтобы не сразу попадать в кромешную тьму, а немного привыкнуть к полутьме), где нас ждала наша гид по имени Нина. Она-то и сказала нам то, что мы не осознали полностью сначала, а потом поняли — конечно, иначе и быть не может.

Она сказала нам, что никто не должен закрывать глаза, нет никаких повязок — идите и смотрите широко открытыми глазами. Темнота настолько полная, совсем не такая, как когда просто дома нету света, что нет никакой разницы, открыты глаза или закрыты.

Не хочу подробно описывать все залы, в которых проходили этапы программы (их было шесть или семь), чтобы не делать спойлер — вдруг кто-то из моих френдов туда соберется.

Но в двух словах: каждый зал посвящен иной теме, мы попадали в разные ситуации, где нам приходилось управляться с помощью осязания, обоняния, слуха — и совершенно без зрения. Мы побывали в шумном городе с интенсивным движением — и надо было перейти улицу не под колесами машины!, — на морской прогулке, в лесу, на рынке.

Как же купить овощи на рынке, не видя, что ты покупаешь? А вот так вот — и мне действительно попался несвежий помидор, в который я вляпалась руками. И прямо остановилась сраженная мыслью: а ведь слепые действительно не видят на рынке, какой помидор свежий, а какой с гнильцой — и берут в руки тот овощ, до которого зрячий побрезговал бы дотронуться.

Последний зал был кафетерием, где нам предложили в полной темноте заказать себе напитки и угощение, расплатиться — тоже в полной темноте, на ощупь, — и съесть и выпить купленное, желательно не облившись и не облив соседа. Не все так просто, как кажется!

И там же, за столиками в кафе, мы обсудили с Ниной то, что мы увидели, почувствовали, о чем узнали. Нина предложила задавать ей любые вопросы, и подробно рассказывала о своей жизни.

Вопросы действительно были любые — к примеру, кто-то спросил, как она режет себе овощи на салат, ведь она может порезаться? На что она ответила, что ее шанс порезаться такой же, как и у зрячего человека. Ведь и зрячие режутся направо и налево, несмотря на то, что видят глазами ножик, свои пальцы и овощи на доске. Ну а она чувствует пальцами, где край овоща и куда движется нож.

После кафетерия мы снова вошли в полутемную комнату, чтобы глаза привыкли понемногу к свету, и попрощались с чудесной Ниной.

Наши впечатления от «Диалога в темноте» были очень неожиданные: мы дико устали. Просто невероятно, я даже не могу вспомнить, от чего я еще так уставала. Ощущение было, что мы разгрузили вагон угля: не было сил двигаться, разговаривать, видеть что-то и кого-то, обсуждать. Хотелось обратно в темноту, и желательно еще и в тишину.

И только потом, по прошествии нескольких часов, мы стали обмениваться впечатлениями, рассказывать друг другу, что было непривычно, что было страшно, с чем справились лучше или хуже. И с удивлением как бы оглядывались вокруг себя: мы видим! Вот просто смотрим — и видим глазами. С этого дня ощущение того, что все вокруг видно, в цвете, в красках и во всех оттенках, стало для нас не само собой разумеющимся.

А еще я уже не в первый раз рассказала детям давнюю историю, которую мы все после посещения музея восприняли иначе, чем раньше. История следующая:

У моей сестры был в школе для медсестер курс на следующую тему: пациенты с нарушениями зрения, слуха и т.д. На этот курс приглашали лекторов-«гостей», людей не из числа преподавателей, которые вели занятие.

Это была первая лекция курса. Перед началом лекции у студентов был перерыв, все отдыхали, болтали.

В аудиторию вместе с постоянным лектором вошел высокий молодой человек, они разговаривали, стоя лицом к лицу. В руках что-то небольшое типа зонтика или тросточки. И только когда лектор помог парню взойти на кафедру, студенты поняли, что он слепой, и что именно он будет вести занятие. И конечно поняли, что за тема будет у этой лекции.

Он немного походил по кафедре, ощутил и запомнил пространство, быстро сориентировался в незнакомом месте — где стол, где ступеньки. Сложил свою тросточку.

Когда молодой человек подошел слишком близко к краю кафедры, студенты заволновались, стали знаками показывать своему постоянному лектору, что сейчас тот упадет! Но парень, казалось, прекрасно видел, где заканчивается площадка. И он начал свой рассказ.

Он родился в обычной семье, у него не было никаких проблем со здоровьем. Был вторым ребенком после старшей сестры.

И родители были уверены, что все в порядке, до тех пор, пока не пришли с ним на обычную проверку зрения в семилетнем возрасте. Врач-окулист обнаружил наследственное заболевание, мутацию. Выяснилось, что с этой мутацией неизбежна потеря зрения. Когда? Неизвестно. В один непрекрасный день.

И с этими новостями парень и его родители ушли домой продолжать жить. Каждый день, каждый час, каждую минуту он жил с ожиданием слепоты.

Парень вырос, пошел служить в армию, где специализировался на компьютерной технике. И в возрасте 24 лет он стал чувствовать сужение поля зрения. Пошел к врачу — и тот подтвердил, что процесс потери зрения начался. Он жил тогда один, без родителей и не был женат.

В течение недели парень полностью ослеп на оба глаза и абсолютно безвозвратно. И первые две недели без зрения он просто лежал дома и плакал. Как ему жить дальше? А потом он решил, что это не самое интересное занятие — лежать и плакать. Встал, и начал учиться жить заново: стал учиться ходить, узнавал заново свою квартиру.

Его отвели в организацию для слепых и слабовидящих, научили пользоваться тросточкой. В общем, быт как-то начал налаживаться. Но что делать с профессией? Его беда была в том, что он хотел стать учителем. Английский для него был вторым родным языком: бабушка живет в Индии, и он с ней говорил только по английски.

Парень решил попробовать поступить в педучилище. Поначалу его даже не хотели записывать, отказывались принимать документы. Он еле-еле смог уговорить комиссию в одном из педучилищ дать ему шанс попробовать. Не получится — он сам уйдет. Они согласились на эксперимент, и он начал учиться.

В течение всего курса он учился с отличием, закончил специализацию «английский язык». Когда началась практика, он очень боялся, что его не воспримут ученики — будут высмеивать.

Когда разыгрывали классы для специализации (а их выбирают рандомально), ему достался самый сложный возраст, 7-9 классы. И действительно, на первом уроке над ним смеялись, он слышал из всех углов класса хихиканье. Но со временем он нашел с ребятами общий язык, сумел заинтересовать их предметом, и за практику получил оценку 100 балов.

Во второй части лекции ему начали задавать вопросы о его повседневной жизни, и он на все подробно отвечал. У моей сестры создалось впечатление очень позитивного человека, оптимистичного и с юмором относящегося к своим сложностям. При разговоре у нее совершенно не было ощущения, что он слепой — так как все время парень поддерживает «связь глазами», как бы смотрит на собеседника.

Как он берет деньги из банкомата? Карточку узнает наощупь. Проверить сумму он не может, поэтому берет деньги и обращается к зрячим друзьям за помощью. Монеты узнает наощупь. Купюры — друзья помогают разложить по разным отделам кошелька купюры разного достоинства. Сдачу старается «оценить» наощупь, но мелкие монеты проверить сложно. Поэтому придерживается идеи, что если кому-то сильно хочется ограбить слепого — пусть ему будет на здоровье.

Встает утром по «говорящему» будильнику. Если вчера лег спать очень усталым, и сунул что-то не на свое место, то конечно утром найти эту вещь будет сложно. Начинает вспоминать поэтапно, где был и что держал в руках. Одевается с помощью «говорящего» прибора, который определяет цвета — это помогает ему подобрать одежду в тон.

Ходит в бассейн недалеко от дома. Ездит на учебу или на работу — он работает в Детском музее в Холоне гидом программы «Диалог в темноте». Является старшим группы в Детском музее, прошел стажировку за границей, и уже имеет право обучать новых гидов.

Рассказывал, что как-то с друзьями с работы они всей компанией пошли в кафе. Он заказал бутылку кока-колы, официант принес стеклянную бутылку. И он по весу определил, что она недолитая — чуть ли не полупустая. Подозвал официанта, переспросил, полная ли бутылка. Официант натурально оскорбился и накричал на него. Компания заплатила за недопитый-недоеденный заказ, встали и ушли. А когда пришли домой, то купили в супермаркете обычной кока-колы и напились вдоволь.

Очень тяжело в первый раз идти в какое-то незнакомое, новое место. Если с ним пройти там и подсказывать, где что, то на следующий день он уже сможет пройти там самостоятельно.

В ютьюбе я нашла ролик с посещения «Диалога в темноте» организованной группой. Ролик на иврите, но и без знания языка можно составить впечатление о том, что происходит в программе:

Страница не найдена | Курсы ораторского искусства и риторики

Здравствуйте, Елена и Артур! Не нашел формы для обратной связи на Вашем сайте, поэтому хочу дать обратную связь по тренингу (31.03 — 11.04.14) в такой форме:) Не знаю мог ли найти более подходящий потребностям и интересам в данном моменте времени тренинг. Тренинг полностью оправдал ожидания. Мне этот формат очень понравился, все три часа каждого из […]

Гладких Дарья

Обязательно оставить выступления с первого занятия. Понравилась увлекающая игровая форма заданий, подача теории: доступно, не скучно, с примерами и раздаточными материалами. Дружелюбная атмосфера. Реальный эффект. СПАСИБО!

Карышева Наталья

Понравилось буквально все! Все занятия проходили в увлекательной форме. Я получила огромное удовольствие как от общения с тренерами, так и от общения с сокурсниками. Артур и Елена учат не просто красиво и уверенно говорить, они дают гораздо больше, помогают взглянуть на себя со стороны. Спасибо Вам за увлекательный тренинг!

Екатерина

Понравилась доброжелательная, позитивная атмосфера. Получила море позитива, полезных для себя советов. Все замечательно. Хочу отметить хорошее оформление сайта, т.к. благодаря этому я из многих ораторских курсов пошла на этот. СПАСИБО!!!!!!

Алевтина

Понравилось ВСЕ!!! Обстановка дружелюбная, комфортная, позитивная. Понравилась подача материала, ведущий тренер, съемка на видеокамеру-очень была важна для меня. Все супер! Есть результат!

Татьяна

Понравилось безусловно все!!! Все занятия очень разнообразны. Много практики, что раскрепощает с первых занятий. Небольшие группы, что дает максимум заинтересованности к каждому. Что добавить: возможно добавить срок обучения, не хочется расставаться. Огромное спасибо за Ваш курс. Занятия настолько интересны, что не замечаешь усталости в конце рабочего дня и в прямом смысле сломя голову несешься получать […]

Медведев Михаил

Очень понравились занятия, хорошие упражнения как для развития себя, так и для поднятия настроения. Выходил с курсов очень воодушевленным, становилось легче общаться с людьми. Вообще: море хорошей энергии! Можно было бы добавить побольше занятий на разных концах Москвы. Дорога до Авиамоторной немного тяжела в связи с проведением ремонтных работ. Благодарю за занятия!

Архив биографии — Билл Фризелл

Ничего подобного не было выпущено Нэшвилл в апреле 1997 года . Записанный в Нэшвилле и спродюсированный Уэйном Хорвицем с участниками группы Union Station Эллисон Краусс — мандолинистом Адамом Стеффи и банджоистом Роном Блоком — в проекте также участвуют ее брат и басист Лайла Ловетта Виктор Краусс, великий добро Джерри Дуглас, вокалист Робин Холкомб. и Пэт Бергесон на губной гармошке. « Nashville , включающий акустические инструментальные народные мелодии с непредсказуемыми стилистическими акцентами, может похвастаться мечтательным и соблазнительным величием.Взаимодействие мандолины / добро / баса на бэк-гитаре кипит — сам Фризелл играет на медиаторах, струнах и, прежде всего, плывет, раскладывая жидкие тона, которые накладываются на мелодии, как дымка на болотистом озере без купания », — пишет LA Weekly. The Atlanta Journal — Конституция резюмировала это просто так: «Кивок Фризелла Нэшвиллу — это Американа в лучшем виде».

В январе 1998 года вышел следующий проект Фризелла Gone, Just Like A Train . На этом исключительно мелодичном и ритмично жизненно важном инструментальном сборнике Из оригинальных композиций к Фризеллу присоединились Виктор Краусс и Джим Келтнер, избранные звездные барабанщики Боба Дилана, Рай Кудера, Ти-Боуна Бернетта, Джорджа Харрисона, Джона Леннона и The Traveling Wilburys.The Rocket в Сиэтле писала, что «Frisell удалось собрать специальное супер-трио музыкантов из совершенно разного прошлого, и им удалось собрать машину колоссальных размеров: отчасти заостренный джаз, отчасти придорожный фолк-блюз, отчасти песчаный рок … Gone представляет Фризелла на вершине творчества. Он объединил в себе совершенно уникальное понимание огромного количества американской музыки. И все это упаковано в подарочную упаковку в скудную, невзрачную структуру трио, которая передает настоящий гений в миллионе направлений.Он летит с сияющей силой ». Альбом, спродюсированный Ли Таунсендом, оказался одним из самых знаменитых и популярных на сегодняшний день Фризелла.

Good Dog, Happy Man , до краев наполнены сияющими оригинальными композициями Фризелла . Вот он. воссоединился с ритм-секцией Gone Just Like a Train Виктора Краусса на басу и Джима Келтнера на барабанах, к которому присоединились Уэйн Хорвиц на органе Hammond B3, мультиинструменталист / слайд-гитарист Грег Лейс (известный по работе с Джони Митчелл, К. .Д. Лэнг, Эмми Лу Харрис, Бек и Джимми Дейл Гилмор и другие) плюс специальный гость Рай Кудер с традиционной народной песней «Shenendoah». Продюсер Ли Таунсенд, «Хороший пес», «Счастливый человек» празднует появление Фризелла как композитора, создавшего для себя жанр. The Philadelphia Inquirer писал: «12 потрясающе красивых оригиналов на Good Dog, Happy Man сопротивляются всем очевидным классификациям. Frisell годами делал неопределенное — создавая откровенную музыку из потрепанного аккомпанемента; находя жизненно важные контексты для джазовой импровизации, далекие от миров. бибоп; спрятать блестящие частички мелодии под прозрачной кружевной поверхностью.Frisell удается вызывать большие миры резкими одиночными нотами и зловещими устойчивыми тонами, создавая богато текстурированную атмосферу, которая одновременно занижена и бесспорна. Неважно, как вы это называете. «

» Билл Фризелл неизменно записывает такие великолепные записи, что гитариста можно было бы легко принять как должное. Это было бы печально, поскольку никто не преломляет вековую Америку через ультрасовременную призму с душевной, подвижной индивидуальностью Фризелла. С Good Dog, Happy Man , он написал одно из своих самых земных эссе.При поддержке ультра-модной группы Frisell создал оригиналы, чьи народные мелодии и высокие ритмы заставляют их казаться старыми друзьями в шикарной новой одежде ». — Billboard.

Сольный альбом Билла , Ghost Town был назван описанным как «угрюмая, артикулированная музыка — это веха в карьере настоящего новатора, очаровательного, как все, что он сделал, и прозрачное окно в его музу» CMJ. Вместе с продюсером Ли Таунсендом Фризелл создал звуковой гобелен, который вплетается и выходит из него. оригинальный материал и кавер-версии, некоторые записаны в несколько слоев, другие записаны соло.Согласно Billboard, « Ghost Town уже звучит как классика».

На нашумевшем компакт-диске Фризелла Blues Dream , выпущенном на Nonesuch в начале 2001 года, к новому квартету Грега Лейса, Дэвида Пилтча и Кенни Воллесена присоединяется роговая секция Рона Майлза (труба), Билли Дрюса (альт-саксофон). ) и Кертис Фаулкс (тромбон). Во многих смыслах он представляет собой кульминацию нитей, пронизывающих многие записи в каталоге Фризелла, сочетая домотканый лиризм Good Dog, Happy Man , Gone Just Like a Train и Nashville с оркестровыми тембрами . Квартет и расширенная тональная палитра и гармоническая изысканность, предоставленные более крупной группой (т.е. Самый сладкий пунш , This Land и Before We Be Born ). Произведенный Ли Таунсендом, он был описан как «Богатый эклектичный шедевр». Блэр Джексон, Mix Magazine.

Осенью 2001 года ознаменовался выпуском Nonesuch Билла Фризелла с Дэйвом Холландом и Элвином Джонсом , на котором к Биллу присоединились две легенды джаза, которые интерпретировали ряд наиболее устойчивых композиций из его песенника, а также песни Генри Маничини. «Moon River» и «Hard Times» Стивена Фостера в другом наборе, произведенном Таунсендом.«Холланд и Джонс хорошо относятся к фолк-материалу, дополняя необычное обаяние и безошибочный вкус гитариста их мускулистым авторитетом». Рекламный щит.

The Willies — это характерно неподражаемый и современный взгляд Фризелла на блюграсс и кантри-блюз с Дэнни Барнсом (из «Плохой печени») на банджо и гитаре и Китом Лоу (известным по работе с Фионой Эппл, Дэвидом Сильвианом, Келли. Джо Фелпс и Уэйн Хорвиц) на бас-гитаре. Произведенный Ли Таунсенд и выпущенный в июне 2002 года на лейбле Nonesuch, материал состоит из таких традиционных песен, как «Cluck Old Hen», «John Hardy», «Single Girl», «Sugar Baby», «Blackberry Blossom», «Sitting on». Вершина мира »,« Спокойной ночи, Ирэн »,« Холодное, холодное сердце »и ряд оригинальных композиций Фризелла.Джон Крэтчли в «The Wire» описал это следующим образом: «Это музыка, которую, как вам кажется, вы знаете, но никогда не слышали раньше, как некое заветное воспоминание о событии, которое еще не произошло. музыкальных жестов, но все же удается выстроить сложный слой за замысловатым слоем в проявление культурного безвременья — это композиция высочайшего порядка, маскирующаяся под бессвязную прогулку на заднем крыльце ».

Встречи Фризелла с такими малийскими музыкантами, как певец и гитарист Бубакар Траоре и перкуссионист Сидики Камара, игравший со многими из самых известных исполнителей Мали, побудили его продолжить изучение общих черт музыки африканских и американских корней.Его номинированный на Грэмми релиз 2003 года Nonesuch, The Intercontinentals , спродюсированный Ли Таунсендом, свидетельствует об этих импульсах. В конце 2001 года Фризелл собрал интригующий квартет с бразильским композитором, певцом, гитаристом и перкуссионистом Винисиусом Кантуариа, греко-македонским музыкантом Христосом Говетасом (уд, бузуки и вокал) и Камара Мали (ударные и вокал). Дебютные концерты на фестивале Earshot в Сиэтле произвели настоящий фурор. Downbeat описал музыку группы как обладающую «тонкой паутиной гитарных переплетений, колеблющейся инерцией, плотной текстурой и ритмической настойчивостью.Вскоре группа была расширена за счет Грега Лейса (педаль из стали и различных слайд-гитар) и Дженни Шейнман (скрипка). Материал на альбоме состоит из композиций Фризелла и песен Бубакара Траоре, Кантуарии, Жилберто Хиля и Говетаса. альбом, который сочетает в себе собственный бренд американской музыки Фризелла и его безошибочный импровизационный стиль с влиянием бразильского, греческого и малийского звучания. The Washington Post назвала его «замечательным достижением — гибридом, который каким-то образом уважает и превосходит используемые стили….. с каким-то приземленным, расслабленным чувством — это кантри из глобальной деревни ». Post

Frisell’s 2004 Nonesuch release , Unspeakable , с его давней ритм-секцией Тони Шерра и Кенни Воллесена как а также перкуссионист Дон Алиас, аранжировки валторны Стивена Бернштейна и струнные сочинения Фризелла для 858 струн Дженни Шейнман, Эйвинда Канга и Хэнка Робертса — это «возвращение к старой дружбе, которая насчитывает 20 лет: партнерство с продюсером Хэлом Виллнером.Взяв за отправную точку фрагменты малоизвестных виниловых пластинок, дуэт пересекает ландшафт, который проходит почти галлюцинаторно через множество стилей ». — Billboard. The Observer описывает это так:« Гениальный 53-летний гитарист обнимает джазовый пост-рок, ближайшим ориентиром которого является электрический Майлз Дэвис. Это многотекстурный, многоцветный диск, на котором Фризелл никогда не жертвует своей безупречной техникой или пренебрегает глубинной структурой своих песен, но и никогда не видит, чтобы он забыл повеселиться.«И Sunday Independent сказала об этом следующее: Unspeakable излучает такой авторитет, который может дать только абсолютная уверенность в главенстве мелодии и ощущения в музыке». В 2005 году он получил премию Грэмми за лучшую запись современного джаза.

East / West — двойной концертный компакт-диск с двумя рабочими трио Фризелла . «West» включает трио Билла с Виктором Крауссом и Кенни Воллесеном и был записан в Yoshi’s в Окленде.«Восток» представляет другое рабочее трио Фризелла с Тони Шерром и Кенни Воллесеном. Он был записан в Village Vanguard в Нью-Йорке. Дальний Восток / Дальний Запад предлагает дополнительный материал этих двух трио, доступных только в формате для скачивания. Спродюсированный Ли Таунсендом Salon.com описал это следующим образом.

«Эти два трио сильно различаются. В целом трио Краусса работает путем накопления и стремится завораживать, в то время как трио Scherr работает намного ближе к традиционному джазу… Воллесон, по сути грув-гитарист в трио Краусс (и чудовищно хороший), становится интерактивным, импровизирующим присутствием в трио Шерра… В обоих случаях Фризелл — это чудо… Для любого скептика современный джаз, это должно быть обязательным для прослушивания … одного из лучших в его карьере ».

Его альбом, Билл Фризелл, Рон Картер, Пол Мотиан (Nonesuch), результат сотрудничества с двумя музыкантами, которых Билл считает быть истинными наставниками и вдохновителями , представляет собой личную веху для него.All About Jazz описал ее как «Великолепная сдержанная встреча умов, эта запись воплощает прекрасные, тонкие импровизации трех самых знаковых исполнителей современности».

History, Mystery , номинирован на премию Грэмми в категории «Лучший инструментальный джаз» и включает октет струнных, валторн и ритм-секцию с некоторыми из его ближайших музыкальных соавторов, он исследует более полную палитру композиционных цветов и тембров, чем любой, для которого ранее писал Frisell.«Весь альбом является еще одним свидетельством того, что этот человек находится в самом эпицентре современной американской музыки». — BBC.

Disfarmer — это давние коллеги Грег Лейс, Дженни Шейнман и Виктор Краусс, вдохновленный фотографом Майком Дисфармером.«Фризелл великолепен, и альбом движется вместе с целями, как великолепная, просторная эпопея. Он полон звуков, которые предлагают декорации и персонажей, в том числе таинственного эксцентрика, вдохновившего его на запись». — The Houston Chronicle

После 22 лет плодотворных отношений с Nonesuch Records конца 80-х, Frisell начал новую захватывающую главу с Savoy Label Group . Для своего первого альбома для лейбла Beautiful Dreamers включает трио Эйвинда Канга на альте и Руди Ройстона на барабанах.Материал состоит из нескольких оригиналов Frisell, а также интерпретаций таких классических песен, как «It’s Nobody’s Fault But Mine», «Tea for Two», «Goin ‘Out of My Head», «Keep on the Sunnyside» и вдохновляющего исполнения песни Бенни Гудман «Горн Бенни». «Эта пластинка на самом деле не столько похожа на джаз, сколько на захватывающую, эмоционально резонирующую, свободную от жанров музыку. Конечно, она местами колеблется, и есть пламенная импровизация. Но после десятилетий такого смелого и необычного пути, может быть, Фризелл заслуживает своего собственного жанра.Как насчет ‘friz’? «Financial Times (Лондон).

Второй альбом Фризелла для Savoy Jazz , Sign of Life , с его квартетом 858 с участием Дженни Шейнман (скрипка), Эйвинда Канга (альт) и Хэнка Робертса ( виолончель) находит, что он исследует динамику камерной группы и взаимодействие на наборе оригинального материала Фризелла в цельном сочетании всей композиции и импровизации. «Из многих семей музыкантов, которые питают музыку Фризелла, Квартет 858 является одним из самых удовлетворительных. еще меньше всего зафиксировано.Так что извлеките максимум из этой бесконечно разнообразной, великолепно изобретательной музыки … Прежде всего, эта музыка сохраняет то классическое чувство меланхолического оптимизма Frisell … и в ее скромности и щедрости стоит больше гордости и чем музыка, которая развлекается и хвастается «. Jazzwise (Великобритания)

В 2011 году Фризелл собрал проверенный ансамбль , состоящий из Грега Лейса (гитары), Дженни Шейнман (скрипка), Тони Шерра (бас) и Кенни Воллесена (ударные), чтобы записать свой взгляд на классические песни Джона. Леннон.Работа над проектом велась давно — можно вспомнить, как он впервые услышал «Битлз» в 13 лет. Перенесемся на несколько десятилетий вперед, и Фризелла попросили поставить спектакль в честь Леннона. специального мероприятия в Париже. Аранжировки и интерпретации были реализованы в этом проекте на All We Are Saying … (Savoy Jazz) «Это великолепный гимн искусству совместной игры, который Леннон, несомненно, одобрил бы». — The Independent (Лондон)

Дебютный релиз Фризелла для OKeh / Sony Masterworks , Биг-Сюр, включающий музыку по заказу Монтерейского джазового фестиваля и сочиненную на ранчо Глен-Девен в Биг-Суре, для струнных, гитары и барабанов в В состав квинтета вошли давние музыкальные соратники Дженни Шейнман, Эйвинд Канг, Хэнк Робертс и Руди Ройстон.»Как следует из названия, Big Sur — это крутая береговая линия Калифорнии, которая тянется к югу от полуострова Монтерей, со звуком, который часто привлекает внимание величественности, эта работа, похожая на люкс, пытается вызвать ощущение, ощущение места … Звучание этих произведений убедительно наводит на мысль о румянце открытия, связанном с более крупной целью … Что поражает в Big Sur , так это его решительная сила мелодии, наряду с его проницательным распределением ресурсов.Недавние группы Фризелла: его 858 Quartet, по сути, струнный ансамбль, и Beautiful Dreamers, более стойкое пост-боп-трио. … это не альбом, который вообще зависает от игры на гитаре, получая больше смысла от камерных действий. Главное — это общая картина, и, как обычно, заслуга Ли Таунсенда, давнего продюсера г-на Фризелла ».…. Нью-Йорк Таймс.

Всегда в поисках возможностей «окопаться в поисках того, откуда я», Frisell номинирован на премию «Грэмми» GUITAR IN THE SPACE AGE! , это дань уважения вдохновляющей популярной музыке в годы его становления, созданной после рождения гитары Fender Telecaster (1951 год, в год рождения самого Фризелла), которая, как он вспоминает, «меня очень увлекла». вверх «о своем любимом инструменте.Фризелл и его товарищи по группе изучают материал о выпуске Okeh / Sony Masterworks, связанный с The Beach Boys, Junior Wells, Pete Seeger, The Byrds, Duane Eddy, The Ventures, The Kinks, Chet Atkins, Link Wray, Speedy West и Джимми Брайантом, Астронавты, Мерл Трэвис, Джонни Смит и другие, а также оригинальный материал Фризелла. Jazz Times описывает альбом как «потрясающий скачок воображения, предлагающий свежий взгляд на фирменные гитарные звуки, которые до сих пор находят отклик в поп-культуре.»»

«Frisell имеет большой опыт воплощения высокой концепции в скромную упаковку. Его давно называют одним из самых самобытных и оригинальных гитаристов-импровизаторов нашего времени, он также заработал репутацию за то, что выявлял тематические связи с его музыкой … Недавно он черпал вдохновение в портретной фотографии Майка Дисфармера в сельской местности. и Великое наводнение в Миссисипи 1927 года… Есть причина, по которой Джаз в Линкольн-центре заставил его запрограммировать серию под названием «Корни Американы».»New York Times

Третий альбом Фризелла для Okeh / Sony номинирован на премию Грэмми When You Wish Upon a Star , проект, который зародился в Линкольн-центре во время двухлетнего назначения Билла в качестве приглашенного куратора проекта Lincoln Center’s Roots of Американская серия. В нем Фризелл с вокалисткой Петрой Хаден, Эйвиндом Кангом (альт), Томасом Морганом (бас) и Руди Ройстоном (ударные) исполняют аранжировки и интерпретации Фризелла музыки из кино и телевидения. «Альбом, который, с присущим ему разнообразием и исполненный звездной группой, впервые в составе которой присутствует вокалист, считается не только одним из лучших альбомов гитариста за последние годы, но и одной из его лучших записей. Когда-либо.«All About Jazz

Small Town , дуэтный альбом Фризелла 2017 года с басистом Томасом Морганом был записан в достаточно уютной и почтенной Village Vanguard в Нью-Йорке и выпущен на ECM Records, а второй том выйдет в 2019 году». Билл Фризелл — наш величайший из ныне живущих джаз-гитарист. Томас Морган — самый одаренный басист, вступивший в джаз в новом тысячелетии. В минималистском дуэте Small Town блестящее, завораживающее звучание Фризелла и его смелые творческие акты очевидны.»

Сольный альбом Билла Music IS , был выпущен в 2018 году на OKeh / Sony Music Masterworks. Записан на студии Flora Recording and Playback Такера Мартина в Портленде и спродюсирован Ли Таунсендом, все композиции на Music. IS были написаны Фризеллом, некоторые из них были совершенно новыми, другие представляют собой сольные адаптации уже ставших классическими оригинальных композиций, которые он ранее записал. Music IS сосредоточен на рассказывании музыкальных историй с оригинальной и неподражаемой точки зрения Фризелла.Некоторые интерпретации являются обнаженными, открытыми и по-настоящему сольными, в то время как другие более оркестрованы за счет наложения слоев и использования беспрецедентного подхода Фризелла к циклическому воспроизведению. Конечным результатом является Frisell в его наиболее дистиллированной и полностью реализованной форме. «Больше, чем многие из его бесспорно знаковых записей, исключительная Music IS заслуживает рассмотрения и как высшая точка карьеры, и как шедевр сольной гитары». — All About Jazz

HARMONY — дебютный альбом Фризелла на лейбле Blue Note Records, выпущенный в 2019 году и спродюсированный Ли Таунсендом.The New York Times описывает альбом следующим образом: «Выдающийся гитарист импровизирует дымными завитками мелодии, привлекая влияние классической джазовой гитары в палитру, основанную на ранней американской народной музыке. Он был известным руководителем группы с 1980-х годов, но никогда не выпускал альбомов для Blue Note Records, самого прославленного джазового лейбла. Это изменится с HARMONY, где Фризелл играет тлеющие оригинальные композиции вместе с несколькими каверами вместе с вокалисткой Петрой Хейден, виолончелистом Хэнком Робертсом и гитаристом и басистом Люком Бергманом.»

Когда Канзас стал штатом

Весна 1961 г. (том 27, № 1), страницы 1-21
Переписано Джимом Шитцем; оцифровано с разрешения
Канзасское историческое общество.
ПРИМЕЧАНИЕ. Цифры в скобках относятся к концевым сноскам к этому тексту.

Облака зловеще нависали над Соединенными Штатами в январе 1861 года. По прошествии 85 лет Союз казался на грани распада из-за неприятного вопроса рабства.Бряцание саблей южные сенаторы не сделали ничего, чтобы облегчить ситуацию, и люди с натертыми нервами продолжали прыгать друг на друга в залах конгресса из-за этой идеологической проблемы, которая существовала дольше, чем сама нация.

В Канзасе ближайшее будущее казалось таким же мрачным, как и прошлое. Мало того, что эта территория была ареной шестилетней борьбы, идентичной той, которая вскоре охватила всю страну, но голод, бедность и бедствия все еще противостояли ее пионерам.Территория была в разгаре сильной засухи, которая принесла вагон за вагоном припасов от сочувствующих и более удачливых друзей и родственников с Востока. Засуха привела к дефициту денег и низкой занятости. Отчаяние было уделом многих стойких душ.

Затем, в темноте холодного январского утра, пришли новости, обрадовавшие сердце почти каждого канзанца; будущее казалось менее мрачным, настроение взлетело, а надежды возродились. Канзас был признан 34-м штатом Союза.

Какими бы радостными ни были новости, это не было неожиданностью. Четыре года Канзанс пытался написать конституцию, согласно которой территория могла бы быть признана государством. Инструменты, нарисованные в Топике, Лекомптоне и Ливенворте, не сработали по разным причинам, но основной из них, конечно же, было рабство против свободы. Четвертая конституция была написана в Виандотте в 1859 году, а закон о приеме был внесен в конгресс в следующем году. Хотя законопроект прошел в палате представителей, южный блок сената смог его похоронить.В декабре законопроект Канзаса был поднят на втором заседании, а в январе 1861 года, после того как сенаторы выходящих штатов начали снимать свою кандидатуру, он, наконец, был принят обеими палатами. Президент Джеймс Бьюкенен подписал закон 29 января.

Излишне озабоченные редакторы Топики начали объявлять о приеме после того, как законопроект был принят сенатом 21 января. Газета Topeka Tribune от 26 января 1861 года сообщила:

KANSAS A STATE.

Из следующего послания в Leavenworth Times [будет] видно, что наши надежды наконец оправдались, и Канзас признал яркое, новое, чтобы украсить славное созвездие:

ST.ЛУИ, 21 января, 23:00.

Дж. К. БАРТЛЕТ: — Законопроект Канзаса был принят Сенатом с поправкой Fitch, касающейся судебной системы, 36 голосами против 16.

МАККИ И РЫБАК.

Нет никаких сомнений в успехе законопроекта в Палате представителей.
Губернатор Робинсон теперь может созвать законодателей нашего штата, смазать колеса правительства и «мы все прокатимся».
«В Dixie Land мы встанем на нашу позицию -»
Дальнейшее ликование отложено до следующей недели.

В Государственном реестре Топика появилась новость от того же дня в колонке, озаглавленной «Канзас признан».

Второй и более общий раунд ликования прошел на территории после того, как 28 января был принят закон штата Канзас. Первым, кто объявил новость на этот раз, был Leavenworth Conservative, , учрежденный всего двумя днями ранее. Телеграмма, объявляющая прохождение дома, была отправлена ​​делегатом Конгресса Канзаса Маркусом Дж.Пэррот — Абелю Картеру Уайлдеру, председателю республиканского центрального комитета Канзаса, чей брат, Дэниел Вебстер Уайлдер, был редактором «Консервативной партии ». Так получилось, что в течение часа, к четырем часам утра 29 января 1861 года, этот новичок на журналистской сцене Канзаса захватил всех своих авторитетных современников. К сожалению, никаких копий знаменитого экземпляра Conservative не существует. Однако следующее регулярное издание газеты увековечило его успех:

КАНЗАС В СОЮЗЕ !!

МЫ БУДЕМ БОРЬБАТЬ ЗА СОЮЗ.

Новости о приеме Канзаса, объявленные вчера КОНСЕРВАТИВОМ — а только КОНСЕРВАТИВАМИ, ни одна другая газета в Канзасе не имела новостей, — были самыми важными, когда-либо доходившими до наших границ. . .

КАНЗАС ДОПУСКАЕТСЯ!

ПРИЕМ НОВОСТИ!

Вчера утром КОНСЕРВАТИВ объявил жителям Ливенворта долгожданную и славную весть о принятии Канзасского билля.Новости разлетелись как лесной пожар. Казалось, что люди забыли обо всех других соображениях и объединили свое сердце и руку в выражении всеобщей радости. На каждом углу можно было увидеть толпы восторженных людей, которые приветствовали всеобщее веселье. Рано утром многие члены коллегии адвокатов встретили главного судью [Томаса] Юинга и судью [Уильяма К.] Макдауэлла, поздравили их и провели с ними час необыкновенного веселья. Около полудня старый Кикапу [историческая пушка, ныне находящаяся в музее Канзасского исторического общества] в присутствии радостной толпы громовым голосом направил приветствие теперь братскому штату Миссури.День был отдан всеобщему веселью. Те, кто придерживается странного мнения о том, что жители Канзаса не хотят, чтобы их допускали, были бы поражены вчерашними демонстрациями. Тогда ура ШТАТУ КАНЗАС! Наши дни испытательного срока были долгими и утомительными, но мы верим, что будущее, в которое мы вступаем, в достаточной мере компенсирует опасности и тяжелые испытания прошлого. . . .

Полковник Слау, лейтенант. Губернатор Слау (если он был избран) вчера был замечен в компании с одним из кандидатов от Демократической партии в Верховный суд, консультирующим относительно возможного пересчета голосов для государственных служащих в соответствии с Конституцией Вайандот. .Излишне говорить, что судьей квази был некий Стинсон.

ГОСУДАРСТВЕННЫЙ КАЗНАЧЕЙ.

Избранный государственный казначей был замечен вскоре после того, как были получены новости о допуске, сидящим на ящике для боеприпасов орудия Kickapoo. Создав впечатление, что государственные сокровища (и некоторые территориальные облигации) находятся в сундуке, некоторые государственные чиновники, решившие захватить пушку, сундук и сокровища, устроили демонстрацию с целью распределения их содержимого в качестве авансового жалованья.Своевременное спасение казначея и пушки стражей Щитов во главе с доблестным капитаном предотвратило ненадлежащее использование государственных средств. Это иллюстрирует необходимость эффективной военной организации.

ОСОБЫЕ ЭФФЕКТЫ ПРИЕМ НОВОСТИ.

Видный член судебной власти этого государства и генерал (?) Территориальной военной организации были замечены на Верхней Эспланаде в течение пятнадцати минут после получения новостей, стоя на головах в акте . Что это значит? Есть ли среди нас секретная организация?

ВЛИЯНИЕ ПРИЕМА.

Мы с большим уважением относимся к пословице: «Всему свое время» и т. Д. Вчера мы с болью заметили, как несколько джентльменов с высоким социальным положением, джентльменов, которые занимают или будут занимать, по избирательному праву своих соотечественников, высокие официальные должности в новом государстве, гуляющих (или пытающихся) по улицам нашего города в государстве. опьянения. — Это действительно печально.

ПОЗВОЛИТЕ НАМ РАДОВАТЬСЯ!

Теперь, когда Канзас принят, давайте все уподобимся — надежда и надежда на все времена. Забудем приграничные войны, бурю и тяжелые времена. Наступает новая эра, и те, кто претерпел лишения первооткрывателя, могут датировать это прекращением ужасов, неуверенности и лишений и с уверенностью ожидать того времени, когда они пожнут свою награду.

С самой прекрасной землей и небом (что, как мы надеемся, еще может доказать) наш объединенный и славный Союз, кто может предсказать будущее богатство, процветание и величие этого, нашего свободного штата Канзас?

ПОЗВОЛЯЕМ ВСЕМ РАДОВАТЬСЯ!

В бедах Канзаса была создана та великая партия, которая на последних национальных выборах дала стране президента.Наше положение как поле битвы, на котором решалась новая проблема рабства, дало нам известность, к которой последующие события развили нашу пригодность. Перед нами — новым народом — эмигрантами и воинами удачи — возник самый важный вопрос, который когда-либо волновал американский народ. Мы встретили проблему. История Канзаса даже сейчас занимает видное место в анналах страны. Репетировать историю борьбы между рабством и свободой на этой Территории было бы всего лишь пересказом истории, знакомой всему цивилизованному миру.Сейчас не время и не место для такой истории.

Избрание Линкольна, каким бы славным оно ни было, было, по нашей оценке, гораздо менее важным и решающим, чем признание Канзаса. Против нашего преданного народа выступила вся сила рабства. Изобретательность сторонников рабства была приложена к максимуму, чтобы помешать признанному выражению воли народа Свободного государства Канзаса. Когда все ресурсы были исчерпаны, настойчивые мужественные усилия и божественное мужество нашего народа наконец взяли верх, и славная награда, столь доблестно заработанная, была вручена нам неохотно.И все же мы принимаем благо — принимаем его с благодарностью и спешим занять свое место в качестве свободного государства в славной Конфедерации. Зная, как и мы, ресурсы нашего государства, а также мужество и стойкость нашего народа, мы чувствуем, что это присоединение поможет восполнить пробел, оставленный выходящими государствами.

Наши люди испытывают неизменную любовь к Союзу, искренне верят ему и доверяют ему. — Эта любовь и вера выросли до мозга костей — они выдержали испытание дезертирством и даже угнетением; но он как никогда силен и уверен в себе.Мы передаем им привет братским государствам, и, если когда-нибудь придет время, когда Союз и Конституция должны призвать защитников, мы обещаем веру и сильную руку этого храброго народа, который ради институтов, которые они любили, до сих пор топтали точилку угнетения и выходили из испытания невредимым с честью.

Затем нашим братьям-республиканцам в Канзасе мы посылаем одно радостное приветствие — республиканцам повсюду мы передаем такое же радостное приветствие.Достигнут великий кульминационный триумф республиканизма. Канзас был принят. [1]

Сводная газета Ливенворта, Herald, , представила на мгновение реалистичный взгляд на допуск в своем выпуске от 30 января 1861 г .:

Радость по поводу знаменательного события была довольно бурной, но отнюдь не всеобщей. Основными участниками были избранные государственные служащие и лица, не обремененные налогами. Если бы граждан Канзаса лишили политической предвзятости в этом вопросе, они скоро поймут, что наше признание ставит нас в ситуацию, похожую на человека, который купил слона и обеднел, удовлетворив огромную пасть чудовищного зверя.Правительство штата добавляет к нашим расходам около четырехсот тысяч долларов в первый год и, конечно же, должно быть увеличено в виде дополнительных налогов. Но дело сделано, и «бесполезно беспокоиться о пролитом молоке».

Редактор Leavenworth Daily Times, , 30 января 1861 года, начал величественно:

Долгая агония закончилась. Мечта лет осуществлена. Справедливость, запоздалая, но неизменно определенная, была отнесена к этому народу, и эта почва, которую [они] выбрали в качестве своего наследия, заключена в заколдованный круг государственного суверенитета, отчетливого и все же взаимного.Голубое поле на нашем национальном флаге должно быть украшено другой звездой, блеск шара которой, как мы предсказываем, будет соперничать с прекраснейшим из созвездий. Разыгран последний акт драмы, начавшийся кровью и продолжившийся насилием, и занавес упал на счастливое завершение, долгожданное и долгое время откладываемое.

Мы верим, что наша история как государства может быть столь же блестящей, сколь тяжелыми и усугублялись борьба и испытания нашего Территориального положения.В таком случае Канзас останется в истории будущего без равных.

Мы полагаем, что, когда официальная информация о допуске государства достигнет надлежащих властей, функции наших территориальных должностных лиц и нынешнего Законодательного собрания прекратятся. Желая всем безопасных и скорейшего возвращения в свои дома и очаги, мы присоединяемся к ним в тосте за самого молодого из тридцати четырех человек.

Упоминание о территориальном законодательном органе, заседавшем тогда в Лоуренсе, было двоякой насмешкой.Канзанс не только хотел видеть конец этого территориального органа, чтобы его можно было заменить законодательным собранием штата, но и потому, что его обвиняли в том, что он был особенно поглощен принятием неважных частных законопроектов в ущерб более существенным общественным потребностям. Лоуренс корреспондент газеты Atchison Freedom’s Champion, , 2 февраля 1861 года, подвел итоги:

Законодательное собрание пока что делало очень мало, в основном потому, что нечего было делать.Все были объединены и развелись. У каждого ручья есть свой зафрахтованный мост, у каждого ручья — свой паром, у каждого города — свой колледж и университет, предоставленные каким-то предыдущим собранием; реальные интересы страны были настолько запутаны абсурдным и дерзким законодательством, что всякая надежда на выход при нынешней системе вещей тщетна.

30 января корреспондент газеты «Топика Трибьюн » Лоуренс написал, что «Законодательное собрание территории с точки зрения возможностей — это способный орган.. . . [Есть] много веселья в этих самых благородных. Дикси слышно в любое время ». [2]

Но наиболее показательное описание этого последнего территориального законодательного органа было сделано пером корреспондента Leavenworth Conservative :

ЛОУРЕНС ПЕРЕПИСКА.

ЛОУРЕНС, КАНЗАС, 29 января 1861 г.

Появление посыльного с надписью «КОНСЕРВАТИВ», содержащей сведения о признании Канзаса, вызвало ярость возбуждения, которую трудно себе представить, а тем более описать.Торговцы порохом Лоуренса немедленно начали подписку на закупку необходимых материалов, с помощью которых можно было бы заглушить давно подавляемую радость людей, и пока я пишу, из регионов за мутным Кау доносятся глубокие эхом псов войны.

Джентльмены, у которых не было топоров, приветствовали членов и офицеров широкой улыбкой восторга, изображая шутливую пантомиму, прижав руку к горлу, показывая, что голова вот-вот упадет согласно неизбежному закону изменчивости.Представители третьего дома, чьи мелочи все еще были в напряжении, с сомнением покачали головами и надеялись, что лучшее еще впереди; они думали об устричных ужинах и шампанском, а также о ненужных расходах, чтобы смазать законодательные нормы, и горевали о пустых казначействах, опустошенных карманах и неудовлетворенном желании. Несчастные мужья, надеясь на освобождение от ненавистных уз девственной плевы, страдали огромным удлинением лица: учредители городов и паромов, будущие профессора литературных и научных учреждений становились подавленными и угрюмыми.Вся социальная сцена варьировалась от серьезной до веселой, от веселой до суровой.

Губернатор [территориальный губернатор Джордж М. Биб], долгое время подавленный заботами о государстве, казалось, с удовольствием приветствовал его предстоящее освобождение от ярких, но одиноких удовольствий своего высокого положения и размышлял о своем спуске в ряды простых людей. с неподдельным удовлетворением.

«Обмен» в доме Элдриджа звучал странно со странным сочетанием звуков; серьезные и почтенные сеньоры подошли к бару и выпили; комнаты наверху и внизу звучали взрывами смеха и поздравлений, и толпа казалась праздничной и ликующей, за исключением того места, где некоторые несчастные демократические чиновники бродили сквозь толпу, как осужденные призраки, по берегам Стигийского ручья, глядя на поля, с которых они навсегда Исключенный.

К сожалению, Совет закрылся в полдень до 10 часов утра, но палата предусмотрела дневное заседание. С беспрецедентной для этой сессии пунктуальностью участники были на своих местах в определенное время и приступили к работе с рвением, свидетельствовавшим об искренности их убеждений в том, что у них мало времени. Никаких ассигнований на оплату труда клерков помощников не предусматривалось, а легкая риторика прошедшей недели перегружала календарь незавершенными неделями.За «мошенничеством с облигациями», как за плотиной, счета накапливались до тех пор, пока давление не стало угрожать всем, что было перед ним, если препятствие однажды уступит место.

Вестибюль был переполнен до отказа. На плите, на скамьях, на выступах окон, глядя через плечи, под руки и между голов, вглядывалась густая масса нетерпеливых и мучительно выжидательных лиц, каждое из которых надеялось, что по какой-то счастливой случайности его любимый план может быть даже сейчас достиг. В комнате было тесно, как в бутылке; ни глоток свежего воздуха, ни унция кислорода не оживили ужасную атмосферу; было душно, зловоние было невыносимым; окна пахли темной тифозной влагой, и когда Спикер призвал Палату к порядку и объявил, что кворум присутствует, по крайней мере половина членов вскочила на ноги с одним ужасным криком «МР.ДОКЛАДЧИК »с единодушием, столь же поразительным, сколь и оглушающим. Двадцать рук, протянутых с листами шелестящей бумаги, угрожали этому невинному, но невозмутимому чиновнику. С улыбающимся хладнокровием и похвальной твердостью он держал власть над всем, что, казалось, было крушение материи и крушение миров в малом масштабе …

ПОТОМ. — Палата прервалась на вечернее заседание после затяжных дебатов.

Есть признаки того, что ночь не будет очень благоприятной для медитации или размышлений.Симптомы необычайно сильны. В Элдридже будет «прыжок», и ожидается веселое времяпрепровождение.

«Черт возьми, — сказал мне сегодня вечером один из демократических чиновников, с меланхолическим выражением лица и серией восклицаний, скорее насильственных, чем вежливых, — Канзас не следовало допускать в течение десяти лет». [3]

Жители Лоуренса, штаб-квартиры Свободного государства Канзаса, ликовали победе. Лоуренс Республиканец , 31 января 1861 г., почти крикнул:

СЛАВНЫЙ ИНТЕЛЛЕКТ!

КАНЗАС В СОЮЗЕ !!

Мы получили прекрасную новость о том, что Канзас принят в Союз! Законопроект Канзаса был принят Палатой представителей с поправкой Fitch в отношении судебной системы вчера.Следующая депеша была отправлена ​​на адрес Leavenworth Conservative :

ВАШИНГТОН, 28 января 1861 г.

А. К. УИЛДЕР: — Законопроект штата с поправкой к суду, внесенной агентством Fitch, был принят Палатой представителей.

МАРКУС Дж. Попугай.

Кто-то дал нам экземпляр Conservative, , и, не дожидаясь вопроса, кому мы должны, мы поспешили в офис и передали его в руки наших типографов.Он был отправлен сюда владельцами этой газеты экспресс-почтой примерно за пять часов до почтового отправления.

Мы слышим ликующие новости, громко объявляемые на улицах, и звуки «будоражащего дух барабана» предупреждают нас, что «бессмертные Стаббсы» прославляют это событие. Всем привет! Мы снова граждане Соединенных Штатов — партнеры «Слава Колумбии», «Янки Дудл», звезд и полос, Декларации независимости и Четвертого июля!

ЮБИЛЕЙ НОЧИ ВТОРНИКА — СТАРЫЙ САКРАМЕНТО.

Вчера, когда пришло известие о приеме Канзаса, весь наш город был в восторге. Мужчины бегали с места на место, возвещая радостные вести. Аплодисменты, музыка и всевозможные ликования были слышны повсюду на наших улицах. К капитану [Томасу] Бикертону немедленно была отправлена ​​делегация для того знаменитого старинного изделия, Sacramento [историческая пушка, ныне хранящаяся в Университете Канзаса], и она была доставлена ​​в город после наступления темноты, и примерно в двенадцать часов было выпущено тридцать четыре орудия. часы, которые обновляются сегодня утром на восходе солнца.- Долгожданное событие, окончательное торжество Свободы, было достигнуто, и никогда в истории Канзаса наш народ не испытывал такого ликования. . . .

KANSAS A STATE.

Два дня назад Лоуренс был потрясен объявлением о приеме Канзаса в Союз. Она так долго была девственной территорией, что мы опасались участи всех перезрелых дев; но так как некоторые женщины, подобно фруктам, сладки прямо перед тем, как начать разлагаться, Канзас в зрелом возрасте был более привлекательным, чем в юности.После долгого выдвижения своей кандидатуры она сформировала союз — союз, к несчастью или горе, с диссонирующими и враждующими государствами. Она встанет на сторону тех сестер, которые верны Конституции, и присоединится к их призыву к недовольным, сначала в нежных тонах любви, а затем, если потребуется, в суровом голосе войны. .

Но нам не подобает вызывать ужасающие видения на свадебный пир — смешивать звуки печали с вашим радостным эпиталамием.Пусть люди кричат ​​до звонка велкинцев; пусть женщины улыбаются, пока прерии не расцветут, а птицы не поют, как будто сейчас не зима.

Немного времени, и Чарльз Робинсон принимает свои официальные одежды с большим авторитетом, чем когда-либо был губернатор со времен, когда Исайя спел свою хвалебную песнь над вступлением юного Езекии. Он вступает в должность, одобренную голосами «самых мудрых, смелых и чистейших людей под солнцем». Мы верим, что он стоит во главе нескончаемой колонны губернаторов Канзаса.После долгих лет страданий под деспотизмом демократической администрации; после долгой серии оскорблений и злоупотреблений со стороны делегированных губернаторов Канзас стал свободным, и у него есть главный магистрат по ее собственному выбору. Да будет Он для всех нас, как столп огненный ночью и как столп облачный днем.

Хотя Канзас самый молодой, она ни в коем случае не самая слабая из штатов. Она окрепла от защиты себя и от долгой борьбы с Господом в молитве.Она научила рабство бояться своих объятий больше, чем испанская протестантка — служанки инквизиции; и когда она будет говорить своим суверенным голосом дома и в Национальном Сенате, измена будет отмечена болезненным оттенком страха.

Жители Канзаса консервативны, но если у кого-то под нашей широкой эгидой есть повод для раздражения, так это члены нового штата. Это те, чьи права были нарушены, чьи интересы игнорировались, чья человечность оскорблена, но они больше всего любят Союз и Конституцию.Итак, если мы преданы федеральному правительству — если после всех наших злоупотреблений мы все еще любим его, сможем ли мы подчиниться его свержению людьми, которые никогда не чувствовали себя плохо или знали оскорбления? Нет! сто тысяч раз, нет! ибо таков ответ каждого человека в Канзасе.

Год мира и изобилия удовлетворит наши личные нужды и обеспечит поддержку казначейства государства. Когда это будет сделано, мы выйдем к жизни под более благоприятным покровительством, чем когда-либо возникло какое-либо из наших братских государств — с более красивой страной, более плодородной почвой, более чистым миром и более умным, патриотичным и смелым люди.

Наше государство: длина дней в правой руке ее, а в левой — богатство и честь; пусть ее пути будут приятными, и все ее пути будут мирными.

В Лекомптоне, территориальной столице и неофициальной штаб-квартире фракции Прославерство, эта новость была принята с отставкой. 31 января 1861 г. газета Lecompton Kansas National Democrat прокомментировала:

KANSAS ПРИНИМАЕТСЯ В КАЧЕСТВЕ ГОСУДАРСТВА.

Сообщается, с очевидным авторитетом, что поправка Сената к законопроекту о Канзасе была согласована в Палате представителей в прошлый понедельник.Когда президент подпишет закон, что он, несомненно, сделает, мы станем одним из штатов Союза. Канзас входит в состав Союза в критический момент, , но все будет хорошо, если тем самым придет конец политической мануфактуре Капитолия под названием Страдающий Канзас против нынешней администрации. Надеемся и на другое благо. . . .

В другом центре деятельности Свободного государства, Джон А. Мартин, редактор Atchison Freedom’s Champion, написал некролог территории 2 февраля 1861 года:

УМЕР.

О хронической никчемности, 28-го числа, в доме своего отца в Вашингтоне, ребенок «К.Т.» в возрасте шести лет. Его отцом был пресловутый суверенитет скваттеров, а матерью — печально известное отделение рабства. Ребенок был сиротой в течение некоторого времени, его отец был убит на выборах 1857 года, а его мать убита в ноябре прошлого года людьми, возглавляемыми неким А. Линкольном. Мир его гривам.

Вышеупомянутое объявление будет с удовлетворением прочитано людьми этого конкретного раздела, но без особого удивления, потому что, как «К.Т. «какое-то время был безнадежным инвалидом, его внезапная кончина ожидалась». К. Т. «жил в беде и умер нищим. Он был известен своими рейдами в Миссури и законами о разводе; процветал благодаря страхам Монтгомери и засухе; его драгоценностями были страх и возмущение Уильямса, хмурость и глупость Биби; он жил на губернаторах. , которого он пережевал без соли и перца, и федеральных судей, которых он проглотил без глотка; он отправил Пирса в безвестную отставку, а Бьюкенена — в печально известную дурную репутацию; его дело убило его крестного отца Дугласа и четвертовало его крестную мать Демократию; он был любимцем Миссури и ненавистью Массачусетса; подобно Измаилу, его рука была против всех, и каждая рука была против него; он стал презираемым и ушел из жизни опозоренным.

Его место занимает молодежь из Канзаса. По общему мнению, его преемник — хорошее яйцо; держит нос чистым; не стыдно зарабатывать себе на жизнь трудом; заклинания окрашенного персонажа с одной буквой g; одет в звезды и полосы и увенчан американской птицей; носит сердце на рукаве за друга и несет свой кольт с взведенным курком для врага; может читать Декларацию, не переставая произносить жесткие слова, и считает, что Конституция не означает рабство, когда в ней говорится о справедливости; идет его куча на майора Андерсона и капитана.Монтгомери и думает, что Сьюард и Старый Эйб — это мозги и центр вселенной; воображает, что Тихоокеанская железная дорога — хорошая идея и что Барнум является владельцем «Что это такое»; хотел бы коснуться носком сапога фалды Сецессиона, но не опозорился бы, пиная Биглера и Пугла; думает, что дис-профсоюзы — дураки, но знает, что такие тупые лица; считает, что Нью-Йорк мог бы продолжить существование Эмпайр-Стейт, если бы Канзас не был принят; любит мужественность и не любит прятаться и уклоняться; предполагает Mt.Считается, что на гусе так же здорово, как Банкер-Хилл, и в Старом Зале Конституции так же много тыкв, как Фаньёль; без показухи носит свои брюки в сапогах и без страха защищает права Человечества; курит трубку и верит в Тома Джефферсона; любит Гарабальди и ненавидит людей, которые верят, что правительство должно платить по счетам Бога за национальные грехи; заглушает битву вдали, когда Старый Бен Уэйд произносит свои забавные слова, и презрительно скручивает губу, когда Джо Лейн свистит в свисток; никогда не оскорбляет и не принимает; имеет щипок Джона Хикмана и лук-нож Поттера; и не знаю ничего, что помешало бы ему стать таким же большим, как любой из них.Это КАНЗАС.

Первые известия о кончине «К.Т.» был получен во вторник утром от Достопочтенного. Роберт Грэхэм из этого города, который сейчас находится в Вашингтоне. Но вскоре после этого мы получили следующую депешу от полковника А. К. Уайлдера:

ЛИВЕНВОРТ, 29 января

г.

ДЖОН А. МАРТИН, эсквайр: — Канзас был принят вчера с поправкой Fitch. Сегодня мы стреляем из 50 орудий.

А. С. Уайлдер.

Новость быстро распространилась, и все лица светились радостью.За исключением кое-где старого сторонника рабства Лекомптона, англичанина Билла Сецессиониста, мы не видели человека, который не обрадовался бы такой долгожданной информации.

Один восторженный юноша хотел, чтобы мы дали ему крестик, чтобы он сильно напился и угостил всех его друзей. У нас не было четких или ярких воспоминаний о том, что мы были благословлены таким количеством валюты США с тех пор, как наступили друты, и поэтому были вынуждены умолять его не лечить. Другой кроткий, но несколько порывистый мальчик хотел знать, не лучше ли ему проделать дыру во льду и укрыться от миссурийца в Миссури, и потребовались все наши силы убеждения, чтобы убедить его, что было бы неправильно пробивать дырку. друг, но лучше оставить его целым.Третий юноша, заявивший, что чувствует себя так, будто его назначили министром дыхания Гриттена или Извичских Сандландов, чего он не знал, хотел, чтобы мы купили бочонок ухмылки Бэгера, чтобы он мог стать очень худощавым и пустым. громко для Conandot Wystitution, Kree Fansas, Sill Beward и Labe Linkum. Мы мягко намекнули нашему восторженному другу, что он сам бочонок светлого пива, когда он сразу же захотел, чтобы мы выпили его. Мы были вынуждены отказаться удовлетворить его вежливую просьбу, после чего его внезапно охватило сильнейшее упадок сил, и мы сообщили нам, что он не осмеливался шикать непт или кот и говорил на различных других мертвых и готтентотских языках.Четвертый человек хотел, чтобы мы сказали ему, не сможет ли Канзас одолеть Россию и добавить в придачу две, три или дюжину второстепенных сил. Мы выглядели недоверчивыми, после чего он сообщил нам, что примет контракт при уведомлении за пять дней, когда мы спустимся. И они пошли по кругу. Все были охвачены сильным приступом рукопожатия, и движение рукоятки помпы решительно контролировалось в течение двух или трех часов.

Поистине, у жителей Канзаса есть повод для радости. Для них это реализация шестилетней тревожной надежды; прекращение борьбы за свободу Канзаса, начавшуюся с принятием законопроекта о Небраске в 1854 году, и завершившуюся триумфом Свободной рабочей силы при признании нашего суверенного государства 28 января 1861 года.Кто из друзей Свободного Канзаса; кто из мужчин, которые помогли сделать ее Свободной; Кто из людей, которые стояли за ее дело сквозь мрак и тьму, пока она не вышла к свету и победе, мог не радоваться? Кто мог бы помочь в восторге от СВОБОДНОГО ШТАТА КАНЗАС?

В Эмпории, тогда небольшом приграничном городке, который не играл особой роли в борьбе между свободным государством и сторонниками рабства, известие было получено таким образом:

ДОПУСК КАНЗАСА.

Последние разведданные из Вашингтона не оставляют никаких сомнений в том, что ничего, кроме подписи президента, не требуется, чтобы дать Канзасу давно отсроченные права в качестве независимого члена Конфедерации штатов, даже если она еще не заняла свое место в созвездие, как

«Другое утро,
Воскресший в полдень ».

Среди отвлекающих факторов измены и восстания, сомнений в добре, предзнаменований пугающих и ошибочных уступок робких и колеблющихся этот последний акт нашей великой политической драмы полон утешения и надежды и имеет своеобразное и вдохновляющее значение.Этим основатели республики получили новое оправдание; их принципы были вновь утверждены в эпоху вырождения, и созданная ими великая конституционная ткань была заново посвящена всеобщей свободе и прогрессу расы. Особенно в этот период, когда руки изменников поднимаются на священные алтари отцов; когда опасные доктрины рождаются за один день, и даже усилия верующих подавляются деморализующим потоком необычных и неожиданных опасностей, — это зрелище, представленное жителями Канзаса, достойно высшей похвалы.Подвергаясь всем соблазнам тирании, уговорам власти, угрозам и оружию деспотизма рабства, в период, наиболее угнетающий надежды на свободу, люди Канзаса проявляют героические качества соблюдение общих прав человека и поддержка этих прав путем использования мирных средств защиты, гарантированных Конституцией. Если воображаемая несправедливость Юга оправдывает прибегание к грабежу и измене, а также все ужасы гражданской и братоубийственной войны, тем более повторные и продолжительные злодеяния, совершаемые в отношении многострадального народа этой несчастной страны.За эту стойкость к злу и за противодействие злу мир является нашим должником, и история подтвердит наши претензии на успешное внедрение урока о том, что никакая сила, которую может применить Тирания, никогда не сможет подчинить себе верных поклонников Свободы, защищенных законом. .

Размышления о будущем преждевременны, но не напрасны. С территорией большей, чем у некоторых из самых могущественных правительств древнего мира; почва, плодородие и доброта которой не имеют себе равных от моря до моря; климат, который дает энергию здоровым, силу больным и дает простор для всех продуктов умеренной зоны; поверхность, открывающая доступ для железных дорог, и граница одной из величайших естественных магистралей земли, вполне разумно ожидать, что Канзас скоро займет видное положение, о котором предвещают каждое предзнаменование сердец ее сыновей.Она протягивает факел свободы тихоокеанскому склону и приветствует день

.

«Когда нет алтаря, можно найти
На чем не загорится ее слава! «[4]

В белом облаке, сол. Миллер, чье кислотное перо почти постоянно прижигало Демократическую партию (и все остальное, что вызывало его гнев), рассматривал признание как возможность топтать демократов республиканской пятой справедливости. В своем Kansas Chief, 31 января 1861 г. он сказал:

ПЕРЕГРУЗКА.- Было бы неплохо, если бы демократы в сенате США, демонстрируя свою неприязнь к Канзасу, переусердствовали. Они откладывали законопроект неделя за неделей, с начала заседания; и когда они все же приняли его, они остановились на поправке, цель которой заключалась в том, чтобы навязывать судью Петтит ее гражданам на всю жизнь. Но ряд южных штатов отделились, сократив демократическое большинство в Сенате; и примерно в то время, когда Палата представителей приняла поправку Сената, Луизиана ушла.Ее сенаторы, вероятно, сняли свои кандидатуры до этого, оставив республиканца в Сенате. Теперь, если Бьюкенен подпишет законопроект Канзаса, следующим шагом, вероятно, будет назначение Петита. Но республиканцы будут иметь возможность — (и должны воспользоваться этой властью, просто в качестве возмездия за подлость демократии по отношению к Канзасу) — отклонить это назначение. Когда Линкольн входит в Белый дом, он может назначить судью, приемлемого для жителей Канзаса, а Сенат на специальной сессии может подтвердить это назначение.Какая это была бы хорошая шутка, помимо того, что это оправданная процедура!

Редактор Миллер объяснил поправку Fitch:

КАНЗАСКАЯ ПОПРАВКА. — Поправка сенатора Fitch к законопроекту о Канзасе, о которой мы так много слышали, просто делает Канзас судебным округом. Многие полагают, что это обеспечит отказ Палаты представителей. Если республиканцы задержат прием Канзаса из-за этого, это будет нарушением желаний подавляющего большинства ее граждан.Поправка ни в коем случае не является достаточным основанием для того, чтобы республиканцы возражали против нашего принятия, хотя без поправки она была бы гораздо более приемлемой. Возражение возникает из-за вероятности того, что Джон Петтит будет назначен судьей, и эту должность он будет занимать пожизненно или при хорошем поведении. Как политика, жители Канзаса презирают Петтита; но как юрист члены коллегии адвокатов говорят, что у него мало начальников. Канзас так долго заставляли ждать, что она обрадуется вступлению в Союз, даже если это удовольствие должно быть приправлено судьей Петтитом.

Ниже по течению реки Миссури от Белого Облака, но все еще в округе Донифан, редактор газеты Elwood Free Press разделял антидемократические настроения Сола. Миллер. 2 февраля 1861 г. он написал:

СОСТОЯНИЕ КАНЗАС.

Мы рады сообщить нашим читателям, что БЕСПЛАТНАЯ ПРЕССА издается в штате Канзас — мы переехали в Америку.

Палата представителей согласилась с поправкой Сената, и Канзас перестал быть территорией.Нам от всей души жаль бедных дьяволов, живущих на Территориях! Мы жили в одном один раз четыре года — больше так не делай.

История территории Канзас и связанные с ней осложнения займут большое место в истории Соединенных Штатов с 1854 по 1861 год.

Граждане Канзаса! Демократическая партия выступила против вашего допуска к последнему — Дуглас был единственным, кто голосовал за него. Юг, только что болтавший о выполнении конституционных гарантий и новых гарантий, твердо, за исключением Криттендена, проголосовал против нашего признания.Предположим, что Канзас был рабом, а не свободным, и республиканцы проголосовали так, или четверть из них, не было бы крика предателей и их сторонников с севера и юга — насколько святым был бы ужас каждого человека. «патриот» к югу от линии Мейсона и Диксона, и все демократы и консерваторы к северу от этой линии.

Но мы живем и можем позволить себе забыть и простить. . . .

В округе Джефферсон эта новость едва ли попала в выпуск от 30 января 1861 года Oskaloosa Independent:

.

ГРАД! ДА ГЛАВНЫЕ!

ВЕРОЯТНО ПРИНЯТО В КАНЗАС!

ПОЧТИ В СОЮЗЕ.- Закон о приеме в Канзасе был принят Сенатом 21-го числа. Голосование было таким, чтобы гарантировать наше досрочное вступление, даже в случае президентского вето. . . .

ПОСЛЕДНИЕ. Мы узнали из частного источника, что вчера в три часа (вторник) в Ливенворте была получена телеграмма, в которой объявлялось, что Канзас принят в Союз в качестве суверенного штата. У нас нет подробностей, а также нет времени или места для более подробного уведомления на этой неделе.

Демократ Форт-Скотт , 2 февраля 1861 г., считал, что новое республиканское правительство штата по крайней мере сотрет повод для дальнейшего насилия в Канзасе:

КАНЗАС ДОПУСКАЕТСЯ.

Поправка Сената к законопроекту о допуске в Канзас была принята Палатой представителей 28 июля, и теперь Канзас является штатом. Как только прокламация президента, объявляющая об этом официально, будет получена губернатором Робинсоном, правительство штата вступит в должность; но мы понимаем, что Законодательное собрание не будет созвано до 1 мая.

Теперь, когда у нас есть правительство штата, полностью в руках республиканской партии; наша уездная организация под их контролем; и наших федеральных чиновников, которые собираются назначить из своих рядов, не может быть никакого оправдания будущим вспышкам на том основании, что их враги контролируют суды.Мы верим в твердость и разум губернатора Робинсона, который верит, что акты беззакония получат более суровый упрек в его руках, чем когда-либо осуществлялись федеральными властями.

Расходы правительства штата в течение первых двух или трех лет будут очень обременительными для нашего народа; но мы верим, что при нынешнем беспорядке в наших национальных делах это будет к лучшему.

На Востоке New York Tribune писала о Канзасе так:

Вчера палата представителей приняла законопроект Сената о приеме Канзаса, который, таким образом, становится тридцать четвертым штатом Союза и девятнадцатым Свободным штатом.Этот акт не только своевременно добавляет к Конфедерации здорового и преданного члена, незапятнанного пагубной чумой рабства, но и воздает справедливое, хотя и запоздалое правосудие по отношению к штату, который в течение пяти лет страдал от большего зла и бесчинства со стороны федеральной власти, чем все рабовладельческие штаты. вместе выстояли с начала правления правительства, даже если их собственный крик о мнимом угнетении можно признать вполне обоснованным. Нынешнее поколение слишком близко к этим событиям, чтобы увидеть их в истинных масштабах, но в будущем, в беспристрастной истории, попытки навязать рабство Канзасу и нарушения закона, порядка, личных и политических прав, которые были совершены в этой попытке, войдут в число самых возмутительных и вопиющих актов тирании в анналах человечества.[5]

Третья серия торжеств и редакционных статей последовала за подписанием законопроекта президентом Бьюкененом. Консерватор Ливенворта , , однако, очевидно, израсходовал свои силы на второе празднование, 31 января, он просто заявил:

КАНЗАС БИЛЛ ПОДПИСАН!

В КОНСЕРВАТИВ поздно вечером пришла следующая специальная депеша:

Законопроект о Канзасе получил подпись президента.Мистер Конвей появился на полу дома и принял присягу.

ВАШИНГТОН, 30 января

г.

Leavenworth Herald был несколько более радостным, чем в предыдущем раунде. 1 февраля 1861 года было сказано:

.

КАНЗАС НА ВСЕХ СТОРОНАХ.

Президент подписал свое имя на законопроекте о приеме, и теперь мы — штат Канзас. Мы горды, если не сказать ликующие! Остается рассмотреть только один вопрос — , когда мы отделимся? Глядя на пейзаж этим утром, мы обнаружили, что вид очень похож на тот, когда Канзас был территорией.Та же старая затертая льдом река — те же холмистые прерии — форт вдалеке — Пилот Кноб и Южный Ливенворт — все было там, как будто нас не пустили. Но наиболее уязвимыми были люди. Некоторые из них внезапно превратились из пигментных граждан в тяжеловесных государственных сановников. Судьи были толстыми, как блохи, секретари были видны невооруженным глазом. Судьи по наследству до некоторой степени преобладали, а законодатели были наркотиком на рынке.Каждое тело «облачено в арсенал» только что сформировавшейся решимости — табак больше не должен употребляться — виски больше не будет — порок и аморальность — в большой скидке. Ура штату Канзас!

При Лоуренсе территориальный законодательный орган находился в затруднительном положении. Был ли это все еще юридически учрежденный орган? Будут ли принятые им законы обязательными для штата Канзас? И, что, может быть, более важно, будут ли платить законодателям? Корреспондент Emporia News, , 2 февраля 1861 г., написал эту депешу:

КАНЗАС ДОПУСКАЕТСЯ!

ЛОУРЕНС, янв.31, 1861.

Сегодняшняя газета Leavenworth Daily Conservative получила специальную депешу из Вашингтона, информирующую нас о том, что президент подписал закон о допуске Канзаса. Эта новость вызывает у нас большой ажиотаж. Все в восторге от штата Канзас.

С момента получения новостей о том, что законопроект Канзаса с поправкой Сената прошел два дня назад в Палату представителей, две ветви Законодательного собрания территории проводили по три заседания в день и в спешке принимали участие в рассмотрении большого количества законопроектов.Однако почти каждый из этих законопроектов носит частный характер. . . .

Главный вопрос сейчас заключается в том, имеют ли какие-либо из актов, принятых территориальным законодательным собранием после подписания президентом Канзасского законопроекта, какую-либо силу. Биби сказал, что они не будут получать зарплату с того момента, как нас примут. Члены обычно утверждают, что их тело является юридическим, пока губернатор не получит официальную информацию о факте нашего приема. Обе ветви Законодательного собрания, вероятно, откроются завтра или на следующий день.

Beebe больше не существует. Пусть скоро наступит день, когда обо всех кандидатах от Демократической партии можно будет сказать как можно больше.

Ура штату Канзас! Да здравствует она! Она пережила много невзгод, и пусть доброе Провидение подарит ей и ее благородному и свободолюбивому народу благополучное будущее. . . .

Корреспондент Leavenworth Conservative от 2 февраля написал:

ЛОУРЕНС, янв.31 января 1861 г.

Законодательное собрание умирает тяжело. Его действие сегодня было спазматическим и судорожным; он корчится под последним телеграфным заявлением в КОНСЕРВАТИВе о том, что президент подписал Канзасский законопроект. Агония неопределенного отчаяния охватила оба департамента, и счета были внесены в счет приостановления действия правил с удивительной быстротой. Законодательство носило в основном частный характер, и в результате некоего таинственного процесса нижняя палата стала настолько деморализованной, что около дюжины законопроектов о разводе были удовлетворены без обсуждения.. . .

Республиканец Лоуренс , , 7 февраля 1861 г., сообщая о заседаниях законодательного собрания, сказал: «От губернатора было получено сообщение с различными законопроектами, которые он вернул без своей подписи на том основании, что он не желал их больше признавать. как юридическое лицо «. Это произошло 1 февраля.

г.

Последний территориальный законодательный орган Канзаса испустил свой последний вздох 2 февраля, оставив после себя физический архив из 35 страниц общих законов и 68 страниц частных законов.В число последних входило 20 разводов. Sol. Миллер писал, что представители его округа добрались до дома, «выглядя весьма респектабельно, учитывая толпу, с которой они были связаны, и бизнес, которым они занимались» [6], в то время как демократ Форт-Скотт заявил, что «главная цель заседания похоже, [было] обеспечение их суточных и пробега … «. [7]

Что касается приема, Lecompton Kansas National Democrat, 7 февраля, сменил свое прежнее выражение смирения на снисходительность:

KANSAS A STATE.- Никто не может не заметить, что признание Канзаса в качестве штата вызывает большой интерес у жителей страны. Наши братья по республиканской школе, в том числе редакторы канзасских журналов, находятся на пике прославления. «Мы сделали это!» «мы победили!» «слава нам! нам!» отправляется через хост в отличной манере. Нам нравится видеть наших друзей счастливыми, если снег глубокий. Наши друзья-демократы из Свободного Государства тоже претендуют на долю всеобщего ликования и рады проявлению доброй воли.Мы говорим взбодриться! хорошее настроение! Канзас — это штат !! Но мы, ведущие партийные журналы, выступающие за рабство, — как восторженный Little Atchison Champion называет нас в позднем выпуске — полностью оставлены в тени. Лекомптон потерпел неудачу! Территориальное правительство потерпело неудачу — и мы тоже присоединяемся к хору! Мы рады, что Канзас — это штат, и мы хотим, чтобы это молодое потомство Союза мыло лицо, причесывалось и надевало чистую одежду, чтобы нам не было стыдно за наш маленький штат, когда она идет на встречу с ее большие, умные и хорошо одетые сестры.

А что сказал Джон Мартин из «маленького» Atchison Freedom’s Champion ?

ГОСУДАРСТВО КАНЗАС!

Как это выглядит? Не всем это нравится? Разве каждому не станет лучше, когда он это напишет вместо этого маленького, мелочного, подлого, непристойного крадущегося, ползания «К.Т.»? Ура нам, нам самим! Ура новой звезде! И трижды три снова для НОВОГО ШТАТА КАНЗАС !! [8]

В Оскалуза Independent, , который ранее упоминал о допуске лишь вскользь, развил свои мысли до такой степени, что потребовалось два выпуска, чтобы выразить все, что он считал необходимым.Первая из статей появилась 6 февраля 1861 года:

KANSAS A STATE

Приемный колокол получил подпись президента, а Канзас — суверенное государство, стоящее наравне со своими сестрами в Конфедерации. . . .

Канзас, хотя и самый молодой, отнюдь не менее важный из братства Штатов. Ее центральное географическое положение сразу же даст ей влияние в советах нации, которого никогда не было ни в одном другом новом государстве; и быстрое освоение ее природных ресурсов, неуклонный и растущий рост населения, открытие эффективной системы бесплатных школ, создание мануфактур и надлежащее и разумное поощрение внутренних улучшений через несколько лет дадут ей место среди первых государств Союза.

Очень скоро защитникам жизненно важных интересов молодого государства будет предложено приступить к выполнению обязанностей, возложенных на их несколько должностей. Через несколько недель соберется законодательный орган, на который возложены серьезные обязанности. В числе первых и наиболее важных дел, которые им предстоит решить, будут выборы двух сенаторов, которые будут представлять народ этого содружества в Сенате Соединенных Штатов. Излишне говорить, что самые мудрые, самые проницательные и вместе с тем самые благоразумные из выдающихся людей Канзаса должны быть выбраны для того, чтобы занять эти высокие посты чести и доверия; благо нации и государства в равной степени требует, чтобы наши сенаторы были лучшими государственными деятелями, которые у нас есть.Мы не будем сейчас предлагать отдавать предпочтение каким-либо лицам на посты сенаторов, поскольку мы считаем, что объединенная мудрость Сената штата и Палаты представителей выберет тех людей, которые лучше всего подходят для заполнения этих постов.

После выборов сенаторов Законодательное собрание принимает и вводит в действие тщательную, либеральную, но экономичную систему статутных законов. Хотя следует старательно избегать высоких налогов и большого государственного долга, бесплатные школы, сельскохозяйственные, механические и производственные интересы, а также разумная система железных дорог и другие внутренние улучшения должны получить либеральную поддержку со стороны правительства штата.Правильное распоряжение общественными землями должно производиться в интересах государства, а не распоряжаться таким образом, чтобы пополнять сундуки отдельных лиц золотом, которое должно пополнять государственную казну.

Обладая преимуществом истории и опыта других штатов, предшествовавших Канзасу, наши законодатели должны разработать систему государственного управления и принять свод законов намного раньше, чем любой из ее предшественников; тем самым дав ей импульс к будущему величию и влиянию, не имеющему себе равных в истории нации.

Вторая статья Independent появилась 13 февраля 1861 г .:

KANSAS A STATE

Задолго до того, как это достигнет наших читателей, они услышат радостную информацию о том, что Канзас является штатом в Союзе. Долгое время и несправедливо сдерживаемая махинациями политических демагогов, она, наконец, одержала победу и сегодня составляет тридцать четвертое государство в Конфедерации и добавит тридцать четвертую звезду к нашему национальному знамени 4 июля и позже. следующий.

В дальнейшем у нашего народа не будет федеральных губернаторов, судей или других должностных лиц, которые могли бы вмешиваться в их местные дела или создавать препятствия на пути к процветанию нашего государства.

Мы не намерены повторять прошлые обиды Канзаса; теперь они стали предметом истории, и мы надеемся, что они станут полезным уроком для будущих поколений, и что их параллели никогда не будут известны в будущем развитии нашего прогресса как нации.Пусть прошлое останется в прошлом, и пусть вспоминают его только как предупреждение и руководство на будущее.

Мы надеемся, что наш Законодательный орган изберет двух хороших людей, которые будут представлять нас в Сенате Соединенных Штатов — не простых сторонников, , но людей понимающих и государственных деятелей, подобных способностям и взглядам. Они должны быть людьми, если могут противостоять гигантским интеллектам этого тела; и мы не хотели бы, чтобы характер нашего молодого государства был унижен мужчинами, которые отстаивают ее доброе имя и права в высшем совещательном органе, известном в соответствии с конституцией.Дайте нам двух хороших мужчин. Несомненно, они у нас есть — да, их десятки.

У Канзаса теперь есть собственное будущее. Ее судьба в ее руках. Если ею руководят мудрые советы, она скоро станет одной из первых в братстве государств, поскольку ее природные преимущества многочисленны, ее ресурсы безграничны, ее климат — тот, который привлекает поселенцев, а ее почва неисчерпаема.

Пусть ее люди будут мудры в выборе правителей и рассудительны в управлении внутренней политикой.

Когда новости пришли примерно в третий раз, Emporia приветствовала Канзас и Союз. Газета News от 2 февраля 1861 г. сообщила:

Мы получили долгожданную информацию о том, что Канзас признан. Палата представителей согласилась с поправкой Сената 28-го числа. Президент подписал закон, и теперь мы граждане Соединенных Штатов. Радостная новость была получена здесь в четверг днем, и вскоре была доведена до всех слышащих грохотом «большой пушки».«Был выпущен национальный салют из тридцати четырех орудий — по одному для каждого штата и« тигр »для Канзаса. В настоящее время у нас нет места для расширенных замечаний, и мы дадим нашим читателям возможность прославлять результат» в своих Свой путь. «

На Манхэттене Western Kansas Express, 2 февраля 1861 года, сказал:

КАНЗАС СУВЕРЕННОЕ ГОСУДАРСТВО !!!

НАШ ЗАПИСЬ ПОДПИСАНО ПРЕЗИДЕНТОМ.

HON M.F. КОНВЕЙ ПРИНЯЛ КАК ПРЕДСТАВИТЕЛЬ КАНЗАСА НА КОНГРЕССЕ !!!

Следующая депеша была отправлена ​​в Ежедневный консерватор Ливенворта от 30 января 900 г., Вашингтон.

«Канзасский законопроект получил подпись президента. Мистер Конвей появился на полу в палате и принял присягу».

Наконец-то великая победа, ради которой жители Канзаса вели столько тяжелых битв против рабской власти, потерпели столько актов несправедливости от руки коррумпированной и мстительной администрации и подверглись стольким жертвам и лишениям, — это, наконец, победил! Мы СВОБОДНОЕ и Суверенное государство !! Член великого американского Союза !!! Новая Звезда в славном Знамени самого благородного, самого свободного и лучшего правительства в мире, несмотря на предательство южных пожирателей огня и постановления об отделении их штатов!

Граждане Канзаса! Радуемся знаменательному событию! Если Союз и Конституция нашей страны сейчас находятся под угрозой разрушения из-за мощного заговора, давайте будем благодарны Богу за то, что мы были приняты в Союз вовремя, чтобы сотрудничать в защите святости его законов, навязывая им честь своего флага, наказывая тех предателей, которые его попирали, и неприкосновенность своей Федеральной конституции, провозглашая ее снова, если необходимо, во всех частях Соединенных Штатов и защищая ее. во что бы то ни стало, как высший закон страны !! Чтобы заслужить процветание и успех как государство, давайте торжественно поклянемся на алтаре нашего девственного Содружества, что мы всегда будем верны КОНСТИТУЦИИ и СОЮЗУ нашей любимой страны!

Жители Манхэттена тихо и организованно отпраздновали вступление Канзаса.Газета Express, 2 февраля 1861 г., описала их встречу:

ОБЩЕСТВЕННОЕ РАДОВАНИЕ.

Рано утром в пятницу, 1 февраля, жители Манхэттена собрались в ярко освещенной ратуше, чтобы с чувством радости приветствовать сообщение о нашем вступлении в Федеральный союз в качестве суверенного государства. Заседание было открыто г-ном К. Ф. де Вивальди [редактор газеты Express ], и по предложению судья Пайфер был вызван к Председателю, а Джеймс Хамфри назначен секретарем.

Объявив цель встречи, Председатель представил Достопочтенного. С. Д. Хьюстон, избранный сенатор от 4-го округа. Мистер Хьюстон перечислил несколько преимуществ, которые мы должны извлечь из нашего признания, и указал сквозь нынешнюю мрачность на благополучное будущее. Уходя на пенсию, громко призвали преподобного мистера Полсона, и, когда он выступил вперед, он заметил, что давний конфликт между свободой и рабством в Канзасе теперь навсегда улажен. Грязный заговор, начатый отменой Миссурийского компромисса и введением в действие уловки Канзас-Небраска, чтобы закрепить в этом прекрасном государстве темные отталкивающие черты рабства, явно потерпел неудачу.Г-н Полсон вступил в становление и мужественное отстаивание права и обязанности министров возвысить свой голос против политического беззакония и жестко упрекнул этот снисходительный класс политиков, которые считают, что министерская функция и патриотизм несовместимы.

Впоследствии к собранию обратились г-н К. Ф. де Вивальди, г-н Фокс, преподобный К. Э. Блад и другие. Затем трижды приветствовали новый штат Канзас, после чего собрание было закрыто.

Государственный рекорд Топика , , одна из газет, открывших первый раунд празднования государственности объявлением о приеме после принятия законопроекта сенатом, казалось, помнит этот факт, когда 2 февраля 1861 года сообщалось:

КАНЗАС ДОПУСКАЕТСЯ.

Наконец-то мы получили возможность сообщить нашим читателям, что отрадные сведения о том, что Канзас действительно признаются.. . .

КОНСТИТУЦИЯ.

Поскольку Конституция Виандотта теперь является живым инструментом — основным законом штата Канзас, который все почувствуют новый интерес к чтению, на этой неделе мы отдаем большую часть нашего пространства для его переиздания. В нем воплощены надежды и чаяния жителей Канзаса. Он стал их представителем — воплощением их мудрости и их способности к самоуправлению в Национальном рекорде.Рожденный раздором и угнетением, он выступает, чтобы оправдать свой народ от клеветы продажности, в которой государственные деятели обвинили их с помощью конкурирующего, но ненавистного инструмента, и продемонстрировать свою непоколебимую преданность под искушениями, которые редко выпадают на долю людей. к непреходящим принципам свободы почвы, свободного труда и свободы слова. Он будет стоять в будущем как гордый памятник первой значительной победы девятнадцатого века, свободы над рабством в равной расе, и будет почитаться миллионами, которым суждено в недалеком будущем людям этого великого народа. долина Североамериканского континента, как начало новой блестящей эры в американской политике, когда свобода вместо рабства будет главенствующим гением наших институтов — демократия на троне, а человек в абстрактном смысле будет облечен в равенство, а его признана и подтверждена высшая природа.

The Topeka Tribune, 2 февраля 1861 г., следовала общей линии мысли о свободном государстве, но добавила параграфы, восхваляющие достоинства и славную историю новой, хотя и предположительно временной столицы Канзаса:

ГОСУДАРСТВО КАНЗАС!
«ВСЕМ ПРИВЕТСТВУЮЩИЙ СФЕРА !!»
ДАВАЙТЕ СТАРИНУЮ ПУШКУ ГОВОРИТЬ.
DO RE ME FA SOL LA SI DO !!
Канзасский законопроект.
ПРОШЕЛ СЕНАТ — ДОМ DITTO!
ПОДПИСАНО ПРЕЗИДЕНТОМ!
ДАВАЙТЕ ВСЕМ РАДОВАТЬСЯ !!

Нет больше никаких сомнений в отношении нашего приема.Гвоздь зажат. Канзас сегодня является суверенным штатом Американского Союза. . . .

Наконец-то на нашу молитву был дан ответ. Канзас больше не является футбольным мячом для партийных демагогов и беспринципных политиков — приманкой для кита — и его народ больше не будет заставлять танцевать и играть на скрипке, чтобы продвигать дело коррумпированного, амбициозного и изобретательного класса политических претендентов. . Мы в Союзе, в Союзе, за Союз; и, более того, не надо возвращаться к какому-либо источнику политического влияния или благосклонности за пределами наших собственных границ.За это благородство боролись благородно, и оно было получено простым проявлением справедливости — за это дорого заплатили. Давайте воздадим хвалу самим себе, обретем надежду, мужество и возобновим наши обеты преданности нашей славной стране, нашему принятому государству, нашим заветным домам и очагам. Пусть наши мечты о грядущем процветании и величии осуществятся, а наше будущее окажется таким же прекрасным и мирным, как наше прошлое было мрачным и омраченным печалью.

Мы в TOPEKA приветствуем новости с особым чувством интереса и гордости.ТОПЕКА — СТОЛИЦА КАНЗАСА. Ее история совпадает с историей территории — с делом политической свободы в результате печальной кульминации долгого и ожесточенного межпартийного конфликта; ее имя в прошлом было связано с историей и борьбой за Свободное государство Канзас, и благодаря этому оно приобрело знаменитость, уступающую только имени самой Канзас. Именно здесь, начиная с 19 сентября 1855 года, проходил первый съезд свободных граждан Канзаса, на котором рассматривался вопрос о принятии эффективных мер во имя нашей суверенной свободы и свободы как народа, и от чьего величественно возникли обсуждения этого прекрасного, но грозного сооружения — того памятника праву и справедливости, вокруг которого так решительно сплотились правители земли этих прекрасных прерий — первой государственной организации Канзаса.Именно здесь, во 2 октября 1855 г., был созван Конвент с целью разработки конституции зарождающегося государства, и именно здесь в следующем марте собралось Законодательное собрание в соответствии с его положениями, и принял свод законов для правительства своего народа. Именно здесь, 4 июля 1956 года, тот же законодательный орган собрался, чтобы убедить его отложить заседание, и где, ровно в полдень, в присутствии трех тысяч человек, при перекличке членов. , он был разогнан штыком полковником.Самнер во главе правительственных войск, действующих под руководством президента Пирса.

Топика для Канзаса — это то же самое, что Филадельфия с ее континентальным конгрессом для колоний. Ее имя было девизом «во времена, когда испытывали человеческие души», и сегодня ее влияние, помимо соображений политики или выгоды, ощущается в каждом тихом уголке и уголке территории. Тем не менее, она может оказывать влияние по более веским причинам. Превосходство ее естественных и приобретенных преимуществ, главным и наиболее важным соображением которой является ее почти точное центральное расположение, обеспечило ей место правительства в соответствии с Конституцией Виандотта, акт справедливости и мудрости, который не должен подвергаться сомнению ее истинными врагами. .Город был основан в декабре 54-го, и сегодня, благодаря красоте местоположения, населения, зданий, общественных и частных, почтовых, экспресс и сценических мероприятий, типографий, коммерческого и производственного процветания, художественного и механического развития. , общепромышленные занятия, религиозные и образовательные привилегии, богатство, утонченность и интеллект сравнимы с любым городом на Западе. Вот вам и Топика. Ее гражданские почести могут быть потеряны только тогда, когда по результатам голосования жителей штата большинство голосов отдано за другую местность.

Новость о приеме была воспринята нашими гражданами как нельзя лучше. Старая пушка донесла радостную весть до жителей страны, весь город радовался, и царило общее веселье.

Маркус Пэррот прибыл в Лоуренс 8 февраля с официальным уведомлением избранного губернатора Чарльза Робинсона о том, что Канзас был принят. 9 февраля Калеб С. Пратт, клерк округа Дуглас, принес присягу первого губернатора штата.Первым официальным актом Робинсона был созыв законодательного собрания на встречу 26 марта в Топике.

Вскоре в новую столицу Канзаса проникли слухи, что новый губернатор посетит ее 12 февраля, чтобы получить себе резиденцию и организовать инаугурацию правительства штата. В суматохе жители Топики приготовились к встрече со своим лидером, но результаты ее неутешительны. The Topeka Tribune, , 16 февраля 1861 года, рассказала юмористическую историю:

ВЕРНОСТЬ ТОПЕКИ КОРОНЕ

В нашем городе дошли новости о намерении его превосходительства губернатора РОБИНСОНА посетить столицу во вторник в прошлый вторник, и были спешно предприняты приготовления к встрече с ним, что стало поводом.Отряд был вызван в реквизицию и оседлал экипаж, и в сопровождении кавалерийского эскорта, численностью около двадцати пяти или тридцати человек, двинулся маршем на восток, по дороге Лоуренса, с намерением идти до встречи. губернатора, когда его формально проводят в город. Они выехали из города в полном порядке, оркестр играл в национальном стиле (несмотря на то, что Южная Конфедерация — наоборот), и наши граждане начали собираться, чтобы быть рядом и принять участие в публичной демонстрации, когда губернатор должен прибыть.Долго и терпеливо они ждали, чтобы поприветствовать храброго и храброго старого солдата — того, кто стоял на первом месте в рядах свободного государства в 56-м и предпочитал длительное заключение в «большой политической тюрьме» в Лекомптоне, а не отклоняться от своих убеждений. причинить или скомпрометировать его честь — мы говорим, долго они ждали; наступили сумерки, было видно или слышно приближение кавалькады, ожидание было на цыпочках, трепетание сердец — еще несколько мгновений, и все будут иметь удовольствие отдать честь — приветствовать первого губернатора штата Нью-Йорк г. Канзас! — пушка изрыгнула «громовым тоном» — когда группа вошла, было произведено три выстрела, НО ГУБЕРНАТОРА! Несмотря на большое разочарование, с философской радостью его перенесли те, кто был на земле, и три восторженных возгласа приветствовали губернатора Робинсона, когда люди разошлись.Мы были рады видеть людей, которые всего через несколько месяцев прежде всего порочили характер и мотивы г-на Робинсона, проявляли особую активность в оказании почтения нынешнему чиновнику.

Однако губернатор на следующий день [13 февраля] нас посетил. . . .

26 марта в Топике собрался первый законодательный орган штата. Таким образом, после долгой, а иногда и кровопролитной борьбы, родился штат Канзас, который отправился в путешествие в историю.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Leavenworth Conservative , 30 января 1861 г.
2. Topeka Tribune , 2 февраля 1861 г.
3. Ливенворт Консервативный , 31 января 1861 г.
4. Emporia News , 2 февраля 1861 г.
5. Белое Облако Канзас-Чиф , 14 февраля 1861 г.
6. Там же. , 7 февраля 1861 г.
7. 9 февраля 1861 г.
8. 2 февраля 1861 г.

Почему лидеры сбиваются с пути

В последние месяцы несколько лидеров высокого уровня загадочным образом сбились с пути. Доминик Стросс-Кан, бывший глава Международного валютного фонда и ведущий французский политик, был привлечен к уголовной ответственности за сексуальное насилие. Перед этим Дэвид Сокол, который, по слухам, является преемником Уоррена Баффета, был вынужден уйти в отставку из-за торговли акциями Lubrizol, прежде чем рекомендовать Berkshire Hathaway приобрести компанию. Примеры изобилуют другими недавними сбоями:

  • Генеральный директор Hewlett-Packard Марк Херд подал в отставку за представление ложных отчетов о расходах, касающихся его отношений с подрядчиком.
  • Сенатор США Джон Энсин (R-NV) ушел в отставку после того, как скрыл внебрачную связь денежными выплатами.
  • Ли Б. Фаркас, бывший председатель правления гигантской ипотечной компании Taylor, Bean & Whitaker, в апреле был признан виновным в участии в одной из крупнейших схем мошенничества с банками в американской истории.

Эти талантливые руководители добились больших успехов в своих областях и на пике своей карьеры. Это делает их поведение особенно запутанным, вызывая вопросы о том, что заставило их заблудиться:

  • Почему лидеры, известные своей честностью и лидерством, занимаются неэтичной деятельностью?
  • Почему они рискуют большой карьерой и безупречной репутацией ради таких эфемерных достижений?
  • Они думают, что их не поймают, или считают, что их высокий статус ставит их выше закона?
  • Был ли это первый раз, когда они сделали что-то неуместное, или они годами катались по скользкой дорожке?

В этих непрекращающихся разоблачениях СМИ, политики и широкая общественность часто характеризуют этих лидеров как плохих людей, даже называя их злыми.Упрощенные представления о добре и зле только омрачают наше понимание того, почему хорошие лидеры сбиваются с пути и как это может случиться с любым из нас.

Лидеры, сбившиеся с пути, не обязательно плохие люди; скорее, они теряют свои моральные устои, часто поддаваясь соблазнам на своем пути. Очень немногие люди берут на себя руководящие роли, чтобы обманывать или творить зло, но все мы способны совершать поступки, о которых глубоко сожалеем, если мы не остаемся на земле.

Саморефлексия: путь к развитию лидерства

Прежде чем кто-либо возьмет на себя роль лидера, он должен спросить себя: « Почему я хочу быть лидером?» и «Какова цель моего руководства?» Эти вопросы просто задать, но на поиск реальных ответов могут уйти десятилетия.Если честные ответы — власть, престиж и деньги, лидеры рискуют полагаться на внешнее удовлетворение. Нет ничего плохого в желании этих внешних символов, если они сочетаются с более глубоким желанием служить чему-то большему, чем он сам.

Лидеры, целью которых является стремление к власти над другими, неограниченному богатству или славе, которая приходит с успехом, обычно обращаются к другим, чтобы получить удовлетворение, и часто кажутся эгоистичными и эгоистичными. Они начинают верить собственной прессе.Как руководители организаций, они в конечном итоге полагают, что без них организация не сможет добиться успеха.

Ловушка лидерства

В то время как большинство людей ценят справедливую компенсацию за свои достижения, немногие лидеры начинают искать только деньги, власть и престиж. Попутно поощрения — бонусные чеки, газетные статьи, льготы и повышение стоимости акций — подпитывают растущее желание большего.

Это вызывает глубокое желание продолжать, часто движимое желанием преодолеть нарциссические раны с детства.Часто это желание бывает настолько сильным, что лидеры нарушают этические стандарты, которые ранее определяли их поведение, что может быть странным и даже незаконным.

Очень немногие люди становятся лидерами, чтобы обманывать или творить зло.

Как сказал журналу Fortune председатель Novartis Даниэль Васелла (HBS PMD 57), «для многих из нас идея стать успешным менеджером — вести компанию от пика до пика, ежеквартально доставлять товары — опьяняет. образец празднования, ведущий к вере, ведущий к искажению.Когда вы добиваетесь хороших результатов … вас, как правило, празднуют, и вы начинаете верить, что фигура в центре всего этого тоста с шампанским — это вы сами ».

Когда лидеры сосредотачиваются на внешнем удовлетворении вместо внутреннего удовлетворения, они теряют основу. Часто они отвергают честного критика, говорящего властям правду. Вместо этого они окружают себя подхалимами, которые говорят им то, что они хотят услышать. Со временем они не могут вести честный диалог; другие учатся не противопоставлять их реальности.

Темная сторона лидерства

Многие лидеры достигают вершины, навязывая свою волю другим, даже уничтожая людей, стоящих на их пути. Когда они достигают вершины, они могут бояться, что другие пытаются сбить их с пьедестала. Иногда у них развивается комплекс самозванца, вызванный глубокой неуверенностью в том, что они недостаточно хороши и могут быть разоблачены.

Чтобы доказать, что они не самозванцы, они так стремятся к совершенству, что неспособны признать свои ошибки.Столкнувшись с ними, они убеждают себя и других, что эти проблемы не являются ни их виной, ни их ответственностью. Или они ищут козлов отпущения, виноватых в своих проблемах. Используя свою силу, харизму и коммуникативные навыки, они заставляют людей принимать эти искажения, в результате чего целые организации теряют связь с реальностью.

На этой стадии лидеры уязвимы для совершения серьезных ошибок, таких как нарушение закона или риск для существования своих организаций.Их искажения убеждают их, что они не делают ничего плохого, или они рационализируют, что их отклонения приемлемы для достижения большего блага.

Во время финансового кризиса генеральный директор Lehman Ричард Фулд отказался признать, что Lehman был недостаточно капитализирован. Его отрицание превратило неверные оценки баланса в катастрофу для всей финансовой системы. Фулд настойчиво отвергал совет искать дополнительный капитал, обманывая себя, полагая, что федеральное правительство его выручит. Когда разразился кризис, у него не было других вариантов, кроме банкротства.

Наверху одиноко, потому что лидеры знают, что в конечном итоге они несут ответственность за жизни и состояния людей. Если они потерпят неудачу, многие серьезно пострадают. Они часто отрицают бремя и одиночество, становясь неспособными смотреть в лицо реальности. Они отключают свой внутренний голос, потому что ему слишком больно противостоять или даже признавать; однако это может появиться в их снах, когда они пытаются разрешить конфликты, которые возникают у них в голове.

Между тем их трудовая жизнь и личная жизнь выходят из равновесия.Они теряют связь с самыми близкими людьми — супругами, детьми и лучшими друзьями — или придерживаются их точки зрения. В конце концов, они теряют способность логически мыслить о важных вопросах.

Лидерство, ориентированное на ценности

Лидерство — это тяжелая работа. Невозможно избежать постоянных проблем, связанных с ответственностью за людей, организации, результаты и неопределенности в окружающей среде. Лидеры, которые продвигаются вверх, имеют больше свободы в управлении своей судьбой, но также испытывают повышенное давление и соблазнение.

Лидеры могут избежать этих ловушек, посвятив себя личному развитию, которое развивает свой внутренний компас, или Истинный Север. Это требует переосмысления их лидерства с героев на слуг людей, которых они возглавляют . Этот процесс требует размышлений и самоанализа, потому что многие люди берут на себя руководящие роли в ответ на потребности своего эго. Это позволяет им перейти от поиска внешнего удовлетворения к поиску внутреннего удовлетворения путем внесения значимого вклада через свое лидерство.

Поддержание равновесия в условиях стресса требует дисциплины. Некоторые люди практикуют медитацию или йогу, чтобы снять стресс, в то время как другие находят утешение в молитвах, длительных пробежках или прогулках. Третьи находят облегчение в смехе, музыке, телевидении, спортивных состязаниях и чтении. Их выбор не имеет значения, если они снимают стресс и позволяют им ясно думать о работе и личных проблемах.

Система поддержки лидерства, ориентированного на ценности

Реальность такова, что люди не могут оставаться на земле сами по себе.Лидеры зависят от самых близких им людей, чтобы оставаться в центре внимания. Им следует искать людей, которые оказывают на них глубокое влияние, и оставаться с ними на связи. Часто их супруг или партнер знает их лучше всего. Их не впечатляют титулы, престиж или накопление богатства; вместо этого они опасаются, что эти внешние символы могут стать причиной потери аутентичности.

Супруги и партнеры не могут нести всю эту ношу. Нам нужны наставники, которые будут консультировать нас при принятии трудных решений. Надежные наставники абсолютно честны и откровенны с нами, определяют реальность и разрабатывают планы действий.

Кроме того, бесценны такие интимные группы поддержки, как группы «Истинный Север», с которыми люди могут поделиться своим жизненным опытом, надеждами, страхами и проблемами. Члены нашей Группы Истинного Севера не впечатлены внешним успехом, но достаточно заботятся о нас как о людях и лидерах, чтобы противостоять нам, когда мы не честны с самими собой.

Как сенатор энсин сказал своим коллегам-сенаторам в прощальной речи в мае: «Когда кто-то занимает руководящую должность, существует реальная опасность попасть в шумиху вокруг этого статуса… Окружите себя людьми, которые будут честны с ними. о том, какие вы есть на самом деле и кем вы становитесь, а затем заставьте их пообещать не сдерживаться … от того, чтобы сказать вам правду.»

Законопроект о внесении поправок в

приговоров (шорох скота) — первое чтение

законопроект о внесении поправок (шорох скота)

первое чтение

ИЭН МакКелви (That National Sencing — Rangitīkei move) Шорох домашнего скота). Законопроект о внесении поправок сейчас читается впервые. Я назначаю Комитет по первичному производству для рассмотрения законопроекта.

Г-н спикер — или госпожа вице-спикер; у нас есть и то, и другое — цель этого законопроекта состоит в том, чтобы внести поправки в Закон о наказаниях 2002 года, чтобы удержать людей от участия в угоне скота, указав это как отягчающий фактор при вынесении приговора.Я собираюсь начать этот вечер с того, что мне очень хотелось бы выставить счет с большим количеством зубов, чем у этого.

ЗАМЕСТИТЕЛЬ ДОКЛАДЧИКА : Извините, что прерываю члена, но могут ли те, кто покидает Дом, просто немного помолчать и уважать. Спасибо.

ИЭН МАККЕЛВИ : Благодарю вас, госпожа заместитель спикера. Я просто подумал, что это неинтересно. Я бы очень хотел представить законопроект с большим количеством зубцов, чем этот, но я чувствовал, что, возможно, было бы трудно добиться всеобщего принятия более жесткой позиции, которую, как я думаю, этот законопроект достигнет — я имею в виду всеобщее принятие.Я надеюсь, что это станет частью обсуждения на этапе выбора комитета, поскольку, как я полагаю, представленные материалы укажут на проблемы, с которыми особенно сталкиваются те фермеры, которые живут в более отдаленных частях нашей прекрасной страны, и на трудности получения обвинительного приговора за растрату скота. .

Обычно существует два типа шороха домашнего скота: первый, когда странное животное режут для морозильной камеры, что на первый взгляд кажется довольно безобидным, но, тем не менее, стоит значительных денег; а другой, организованный и хорошо организованный, заключается в вывозе запасов с фермы и, по сути, их отмывании через якобы законный бизнес.

Кража домашнего скота, определяемая как кража домашнего скота с ферм или собственности, в последние годы стала более распространенной и, как было установлено — или, по оценкам, — обходится фермерскому сообществу более чем в 120 миллионов долларов в год в прошлом году. Сейчас ягненок стоит более 150 долларов, это, вероятно, намного больше. Итак, вы видите, что это проблема, но она не только экономическая, как я попытаюсь проиллюстрировать чуть позже. По словам федеративных фермеров, «эта деятельность представляет собой угрозу не только для фермерских хозяйств, но и создает риски для безопасности людей в более изолированных сельских районах Новой Зеландии, поскольку часто грабители вооружены и оснащены довольно сложными инструментами, чтобы помочь им.«

Я не знаю, многие ли из нас в этом доме знают, каково это быть разбуженным среди ночи выстрелами в непосредственной близости от вашего дома. Этот дом может быть в нескольких километрах от ближайшего соседа. окно только для того, чтобы увидеть огни транспортных средств, только что появляющиеся из-за холма, чтобы выйти не только для того, чтобы найти кусочки вашей овцы, оленя, бычка или свиньи, лежащие в загоне с лучшими порезами, унесенными по дороге — это если вам повезет .Если вам не повезет, вы можете обнаружить, что грузовик выехал по дороге, и этот грузовик также может состоять из ульев или кур-несушек, что, конечно, поднимает другую тему для избранного комитета: что есть на самом деле покрыты как домашний скот.Раньше домашний скот было легко идентифицировать. Это уже не так. Я могу вам сказать, что это немного пугает, очень раздражает, и, конечно же, это кража по любым меркам — провести инвентаризацию посреди ночи.

Также можно найти пропавшую собаку, застреленную лошадь — это недавно случилось в моем родном городе, животных, растерзанных угонщиками, и порезанных заборы. Это расстраивает, а иногда и разрушительно для семей и отдельных лиц. Связь также может быть найдена между умышленным посягательством; браконьерство, которое может включать изъятие или убийство диких оленей, форели, кроликов и диких птиц без разрешения; общее воровство из хозяйственных построек, которые находятся за забором и воротами фермы; и сток шуршит.Я использую в этом контексте заборы и ворота фермы, потому что считаю преступление кражи инвентаря ничем не отличным от кражи со взломом, которая, скорее всего, была бы обвинением, если бы человека преследовали за то, что он украл что-то из городской собственности или сарая. Это будет темой, которую избранный комитет рассмотрит в подходящее время.

Я подумал, что стоит процитировать отрывок из нашего далекого прошлого, и он взят из книги Джорджианы Андерсен « Призраки Отаго », в которой говорится: «Да, он был замешан в какой-то шорохе, которая пошла не так, и пастух получил убит.Он находится в тюрьме Эрроутауна, но послезавтра его отправят в Данидин. Он должен быть повешен в следующую пятницу. «Люси сказала.» Я подумала, что вам может понравиться шанс … бросить тухлые яйца в его камеру или что-то в этом роде, прежде чем они заберут его «.

Я ничего не предлагаю и не защищаю ничего подобного. для современных браконьеров и грабителей, но это интересное напоминание о нашем далеком прошлом, о том, насколько серьезно было воспринято это преступление, и о самых разных — я полагаю — приговорах, которые мы сейчас выносим за очень похожие виды преступлений.Люди, которые совершают эти преступления, обычно — это люди с определенными навыками, хорошей физической подготовкой и люди с энергией, потому что вам нужно иметь энергию, чтобы гнать скот вокруг холмов посреди ночи, и вам нужно немного самоотверженности.

Итак, я хочу сказать, что не думаю, что посадить их в тюрьму — это ответ, потому что эти люди полезны и часто обладают большими способностями. Так что я думаю, что было бы действительно неплохо найти другой способ наказать этих людей за преступление — ну, да, полагаю, за преступления, которые они совершают.В конце концов, как я уже сказал, для совершения этих злодеяний требуется энергия, и эти люди с энергией находят применение повсюду. Эти люди также часто испытывают чувство приключений и даже напоминают мне о моих студенческих днях и о странных приключениях, связанных с садоводством на сумеречном рынке, о которых мои сокурсники часто рассказывали по ночам.

Я бы хотел, чтобы специальный комитет присмотрелся к судам и назначил уникальные наказания за эти преступления, но это, конечно, может быть слишком большим шагом. По этой причине мне хотелось бы видеть полномочия, аналогичные тем, которые включены в Закон о рыболовстве и Законе о контроле над дикими животными, которые давали или могли бы дать властям право захватывать инструменты, используемые для совершения этих преступлений.Однако я решил оставить этот вариант на усмотрение специального комитета. Я уверен, что если законопроект пройдет в первом чтении, ряд представлений будет получен только по этому поводу.

Статистика, такая как она есть, убедительно доказывает необходимость ужесточения этого законодательства. И я говорю «такие, какие они есть», поскольку, к сожалению, полиция перестала собирать статистику по этому типу преступлений в 2014 году — это одна из самых веских причин для переезда, как и у меня, чтобы дать им больше инструментов для судебного преследования преуспеют и будут побуждены более решительно следить за этими преступлениями.

В Новой Зеландии выращивается скот на сумму более 20 миллиардов долларов, и ежегодно воруют или угоняют около 120 миллионов долларов. По данным опроса фермеров 2016 года, у 26 процентов респондентов были украденные товары. За последние пять лет о 41% из них было сообщено в полицию, по 44% было проведено дополнительное расследование, а 4% из них закончились явкой в ​​суд. Это интересная статистика сама по себе.

Как я уже сказал, 2014 год был последним годом, когда полиция собирала статистические данные, и в этом году было зарегистрировано 215 случаев краж скота на сумму более 1000 долларов; 22 были решены.Всего в 2014 году было зарегистрировано 653 дела, и 50 были привлечены к уголовной ответственности или раскрыты — это не очень хороший показатель, но существуют значительные трудности в борьбе с этим типом преступлений. Это преступление очень сложно выявить, и очень сложно выявить людей, которые его совершают. Настоящая причина этого — и это также причина, по которой вы можете спросить, почему в Новой Зеландии украдено так много домашнего скота, а о большей части этого даже не сообщается, — заключается в том, что изолированная местность, на которой мы часто занимаемся сельским хозяйством, является очень сложной частью Новой Зеландии. Зеландия, чтобы либо идентифицировать людей, которые причастны к этим преступлениям, либо, по сути, понять, что товар пропал без вести в течение довольно долгого времени после того, как они пропали.Это не потому, что фермеры пренебрегают своим скотом; это просто из-за сложного характера бизнеса, которым мы занимаемся.

Одной из других серьезных трудностей с торговлей товаром является идентификация украденных животных и доказательство того, что они действительно были украдены или что они есть, без соответствующих документов или идентификация. Возможность идентификации будет значительно улучшена по мере совершенствования наших методов отслеживания животных, и это может произойти быстро, если повезет, но я действительно думаю, что важно, чтобы у нас были хорошие методы и процессы отслеживания, и это поможет в этом случае. или это конкретное преступление.

В одном из самых масштабных случаев в истории Новой Зеландии было украдено 1 400 ягнят на сумму около 120 000 долларов. Их украли за одну ночь, и, как я объяснял ранее, вы можете спросить, как это могло произойти, но это может случиться довольно легко в изолированной сельской местности Новой Зеландии. В то же время я возвращаюсь к своей точке зрения, что эти люди должны иметь немного энергии, немного навыков и, откровенно говоря, немного таланта. Их гораздо лучше использовать в качестве пастырей, чем делать то, что они делают, но, тем не менее, так и происходит.Также совсем недавно был случай в Кентербери с большим количеством коров, которые, я полагаю, пропали без вести, но на самом деле, по сути, это то же самое, что шелест.

Итак, это преступление очень сложно обнаружить. Полиции сложно преследовать это преступление, и чем больше стимулов мы можем дать полиции для судебного преследования, тем больше возможностей мы можем предоставить судам, на мой взгляд, для их необязательного наказания — как я уже сказал, я не думаю, запереть их — это ответ. Так что я надеюсь, что в результате сегодняшних дебатов избранный комитет получит возможность учесть все эти факторы по мере продвижения этого законопроекта.

Итак, госпожа заместитель спикера, спасибо за возможность представить этот законопроект в первом чтении в Палату представителей, и я с интересом выслушаю дальнейшее обсуждение сегодня вечером.

Послушайте подкаст «1619» из The New York Times

Николь Ханна-Джонс

Здесь тихо. Чайки. Солнце теплое, но не слишком влажное. На самом деле это отличный день для рыбалки, поэтому воняет.

adizah eghan

Чем он пахнет?

Николь Ханна-Джонс

Пахнет мертвой рыбой.Пахнет водой.

adizah eghan

Что сейчас происходит у вас в голове?

Николь Ханна-Джонс

Не знаю, думаю, через что они прошли.

Не знаю. Мне просто очень интересно, что это было, на что это было похоже.

Говорят, наш народ родился на воде.

Когда это произошло, никто точно сказать не может. Возможно, это было на второй или третьей неделе, но наверняка на четвертой, когда они не видели своей земли или какой-либо другой земли столько дней, что потеряли счет.Это было после того, как страх превратился в отчаяние, а отчаяние — в смирение, и смирение, наконец, уступило место разрешению.

Тогда они знали, что больше не будут обнимать своих бабушек, или смеяться с кузеном во время его свадьбы, или тихонько петь своему ребенку, чтобы он уснул теми же колыбельными, которые когда-то пели им их матери.

Бирюзовая вечность Атлантического океана так разорвала их, что казалось, что ничего раньше не существовало, что все, что они когда-либо знали, просто исчезло с лица земли.

Некоторые не выдержали реализации. Они перепрыгнули через стены деревянных кораблей, чтобы в последний раз проплыть со своими предками.

Другие отказывались есть, зажимая рты до тех пор, пока их сердца не отказались.

Но в удушающем корпусе корабля под названием Белый Лев, направлявшегося туда, куда они не знали, те, кто отказался умереть, поняли, что мужчины и женщины, прикованные рядом с ними в темноте, больше не чужие. Они были выкованы в травме. Их сделали черными те, кто считал себя белыми.

И куда они направились, черный равнялся «рабу». Итак, это были их люди теперь.

adizah eghan

Что здесь произошло?

Николь Ханна-Джонс

Я имею в виду, мы действительно многого не знаем. Пиратский корабль по имени Белый Лев плывет здесь в бухту, и им нужно было продать что-нибудь ценное, чтобы получить припасы, чтобы проделать остаток пути. И они торговали от 20 до 30 африканцев, и это было в этом месте, как бы иронично называемом Point Comfort, где начинается рабство в британских североамериканских колониях, которые впоследствии стали Соединенными Штатами.

[музыка]
Николь Ханна-Джонс

Из журнала «Нью-Йорк Таймс», меня зовут Николь Ханна-Джонс. Это «1619 год».

архивная запись (динамик 1)

С Днем святого Валентина, Николь. Это кассета для Николь.

запись в архиве (динамик 2)

Привет, дорогая. Как дела? Извините, пока я принимаю эту палку от рака.

архивная запись (динамик 1)

Это О.K.

Николь Ханна-Джонс

Когда я был ребенком, мой папа всегда развевал флаг перед нашим двором. Наш дом находится на угловом участке, а во дворе прямо в углу было вот такое — я не могу сказать, какой он был. В то время он всегда казался мне очень высоким. Там был очень высокий алюминиевый флагшток. Мои родители не зарабатывали много денег, поэтому в нашем доме всегда были сколы краски, и всегда было что-то в доме, что было в беспорядке.Знаете, трава выглядела взлохмаченной или перила на лестнице отваливались, но флаг всегда был нетронутым. Как только он начинал показывать хоть малейшие лохмотья, мой папа заменял флаг новым новым флагом. Он никогда не позволил бы развеваться рваному флагу. И я этого не понимал. Я не знала других чернокожих детей, чьи родители развевали флаг во дворе своего дома. Я знаю много белых людей, которые носили флаги, много белых людей, которые носили флаги.

[музыка]
николь ханна-джонс

Мой отец родился на ферме издольщиков в Гринвуде, штат Миссисипи, где его семья собирала хлопок на тех же хлопковых полях, которые порабощали людей не так давно.В этом округе, округе Лефлор в Миссисипи, линчевали больше чернокожих, чем в любом другом округе Миссисипи, а в Миссисипи линчевали больше чернокожих, чем в любом другом штате страны. Так что это было ужасно жестокое и тяжелое место для жизни.

Мама моего отца бежала с Юга, как и миллионы других чернокожих людей во время Великого переселения народов, и приехала на север, в Ватерлоо, и нашла многие из тех препятствий, которые она пыталась преодолеть. Ей пришлось купить дом на черной стороне города.Для нее было недоступно большинство рабочих мест, поэтому она убирала дома белых людей. Мой отец ходил в отдельные школы.

И в молодом возрасте мой отец пошел в армию, чтобы выбраться из бедности, но также и по причинам, по которым так много чернокожих вступает в армию, а именно, он надеялся, что если он послужит своей стране, то его страна может наконец увидеть в нем американца.

Ему нравилось служить в армии. Он находился в Германии, очень быстро освоил немецкий язык. Он был такой умный.Он любил говорить о том времени. Это был период, когда ему довелось увидеть то, что обычно не видел бедный черный ребенок, родившийся в Миссисипи.

Но армия недолго стала выходом для моего отца. Его упустили из-за возможностей, и мой отец работал только в сфере обслуживания. Он работал продавцом в круглосуточном магазине или водителем автобуса. И из-за этого большой нетронутый американский флаг, развевающийся перед нашим двором, меня очень смущал. И я не понимал, почему он так сильно любил страну, которая его явно не любила.

Я чувствовал себя так всю школу. Я больше не выступал за государственный гимн. Я перестал произносить клятву верности. И действительно, на протяжении большей части моей взрослой жизни — я имею в виду, ясно знаю, что я американец. Я тут родился. Все члены семьи на протяжении поколений, которых я знаю, родились здесь, но я никогда не чувствовал, что могу полностью утверждать, что я американец.

Но только когда я действительно начал исследовать, читать и думать об этом проекте, мое собственное мышление начало меняться, и я понял, что мой отец понимал вещи, о которых я никогда не знал.

Теперь я впервые понимаю, почему мой отец так гордился тем, что поднял этот флаг.

архивная запись (фонтан Хьюз)

Меня зовут Фонтан Хьюз.

Я родился в Шарлоттсвилле, Вирджиния.

Мой дед принадлежал Томасу Джефферсону. Моему дедушке было 115 лет, когда он умер, а сейчас мне 101 год.

В те времена, когда я был мальчишкой, мы были рабами. Мы принадлежали людям. Они продают нас, как лошадей, коров, свиней и тому подобное, у них есть аукционная скамья.Поместите вас на скамейку запасных и сделайте ставки на вас так же, как на крупный рогатый скот.

Но все же я не люблю об этом говорить, потому что это заставляет людей чувствовать себя плохо.

Николь Ханна-Джонс

Так что вы вроде как должны поставить себя на сцену. Сейчас июнь 1776 года, и Томасу Джефферсону, в очень молодом возрасте 33 года, было поручено составить документ, который объявит миру, почему британские североамериканские колонии, 13 колоний, хотят отделиться. из Британской империи.Он едет в Филадельфию, снимает две комнаты на окраине города у реки и садится за проект того, что мы все теперь знаем как Декларацию независимости.

архивная запись (Джон Ф. Кеннеди)

Когда в ходе человеческих событий одному народу становится необходимо распустить политические банды, которые связали их с другим, и взять власть в свои руки —

nikole hannah-jones

Итак, он сидит за переносным письменным столом из красного дерева, который он носит с собой, и вытаскивает немного бумаги и очень красивое гусиное перо.И он начинает писать эти слова, которые почти каждый американец может прочитать наизусть.

архивная запись (Джордж Буш)

Декларация независимости, мы придерживаемся этих правд —

архивная запись

Мы храним эти —

архивная запись (Джордж Буш)

— быть самоочевидным.

архивная запись (Билл Клинтон)

Мы считаем —

архивная запись

— очевидна.

архивная запись (Билл Клинтон)

— эти истины самоочевидны —

архивная запись (Джордж Буш)

— что все люди созданы равными.

архивная запись

— что все мужчины созданы равными.

архивная запись (Билл Клинтон)

— что все мужчины созданы равными.

архивная запись

— что все мужчины созданы равными.

Николь Ханна-Джонс

Они стали одними из самых известных слов в английском языке.

архивная запись 1

То, что они наделены их создателем определенными —

архивная запись 2

— определенными неотъемлемыми правами, среди которых —

архивная запись 3

— что Среди них life —

архивная запись 4

— life —

архивная запись 5

— liberty —

архивная запись 6

— liberty —

архивная запись 7 9

— и стремление к счастью.

в архиве запись 8

— и погоня за счастьем.

архивная запись (Барак Обама)

Жизнь, свобода и стремление к счастью — вот что делает нас уникальными. Вот что делает нас сильными — общие ценности, которыми мы все дорожим.

nikole hannah-jones

Но большинство американцев не знают, что, когда он пишет эти высокие слова для освобождения, он привел с собой одного из многих порабощенных людей, которыми он владел, чтобы служить ему и чтобы ему было комфортно.Этот порабощенный человек был подростком, а этот подросток был сводным братом жены Томаса Джефферсона. Это означает, что тесть Томаса Джефферсона имел детей от одной из женщин, которых он поработил. Так что на самом деле он был зятем Томаса Джефферсона. И поэтому, когда он пишет эти идеалы, он знает, что они не применимы даже к членам его собственной семьи.

Итак, 150 лет прошло с тех пор, как тех первых африканцев продали в Вирджинию, и рабство в Америке выглядит совсем иначе, чем рабство, которое они испытали.Порабощенное население выросло с 20 до 500 000 человек. Сейчас порабощена пятая часть населения.

Он вырос из условного учреждения, в котором некоторые из первых 20 человек смогли стать свободными по прошествии определенного времени, в учреждение, в котором рождаются чернокожие. Они умирают в нем. И они передают этот статус своим детям. Теперь у вас есть поколения чернокожих, которые никогда не знали дня свободы и никогда не узнают дня свободы.

И все же, когда современники Томаса Джефферсона публично говорят о том, почему колонистам нужно быть свободными от Англии, они называют себя рабами, рабами короля Англии.И поэтому в газетах колонистов критикуют за эту очевидную двуличность со стороны тех, кто не верит, что им следует отделиться от Британской империи. Один из них пишет: «Как получается, что мы слышим самые громкие вопли о свободе от погонщиков негров?» Другой пишет Бенджамину Франклину и говорит, что, возможно, вам стоит спросить людей, которые на самом деле порабощены, что такое рабство.

Томас Джефферсон, конечно, глубоко осознает лицемерие и осознает критику лицемерия.Поэтому, когда он готовит декларацию, он включает в себя отрывок, в котором он фактически обвиняет короля Англии в введении рабства в колониях. Он называет рабство преступлением и говорит, что это преступление совершил король Англии, но это не наша вина. Это было не по нашей вине. Это всего лишь еще один поступок, который сделал король Англии, чтобы нас обидеть. Поэтому он приносит этот документ Континентальному конгрессу, и вскоре делегаты из Каролины и Джорджии взглянут на этот язык о рабстве.И можно представить, они сказали, что, черт возьми, ты делаешь? И они говорят, что не могут подписать этот документ, пока остается отрывок о рабстве. И вот он поражен, и 13 колоний подписывают декларацию, и декларация выходит в мир без упоминания рабства вообще, и мы начинаем Войну за независимость.

[музыка]
николь ханна-джонс

Каким-то чудом этим 13 разрозненным колониям удалось победить одну из самых могущественных империй в мире, и мы стали новой нацией.Итак, колонисты собираются и пытаются придумать язык, который они собираются создать в основополагающем документе, который мы, конечно же, называем Конституцией. Но теперь у них есть проблема.

Они пытались оставить старую страну, которая, по их мнению, противоречила свободе, и создать новую, которая, по их мнению, будет определяться свободой. Это была страна, которая должна была быть основана на правах личности, на правительстве народа, народа и народа, но это также было место, в котором в то время все еще существовал институт рабства.

Итак, у колонистов есть выбор. Собираются ли они стать страной своих идеалов, идеалов, которые они воплощали на бумаге, страной, основанной на идее, что все люди созданы равными? И если они собирались стать этой страной, то им пришлось бы отменить институт рабства. Или они собирались обвенчаться с институтом рабства, потому что они так сильно зависели от богатства, которое им создавалось? И в этом случае они действительно не могут написать документ, который хотят написать.И поэтому они решают, что они собираются попытаться сделать это обоими способами, и вносят это противоречие прямо в Конституцию, кодифицируя и защищая институт рабства, но никогда не упоминая это слово. Итак, они написали, возможно, самую радикальную конституцию в мире, и с самого начала знали, что собираются нарушить ее самые важные принципы.

Эту новую страну называют демократией, но еще не так.

[музыка]
fountain hughes

И иногда вы говорите: «Мне интересно, станем ли мы когда-нибудь свободными».

Я попрошу Господа освободить нас. Мы будем петь. И однажды я когда-нибудь достигну небес? И однажды я буду летать?

И они пели это около часа. Постепенно — о, я сейчас слышу, как они поют, но я не могу повторить это, как в те дни. Когда-нибудь, когда я не охриплю, я смогу спеть для тебя, но сейчас я слишком охрип.

О, если бы я мог — я бы хотел спеть это для вас.

Николь Ханна-Джонс

14 августа 1862 года Авраам Линкольн приглашает пятерых свободных чернокожих в Белый дом на встречу. Они являются частью черной элиты Вашингтона, округ Колумбия, и он хочет с ними поговорить.

Гражданская война продолжается уже около года, и Авраам Линкольн обеспокоен тем, что война идет плохо. А поскольку дела идут не очень хорошо, он чувствует, что ему, возможно, придется сделать что-то радикальное.Он рассматривает возможность сделать этот очень радикальный шаг по освобождению всех порабощенных людей, которые находятся в государствах Конфедерации, и он думает о том, чтобы сделать это как военную тактику, понимая, что, если он отнимет рабочую силу Юга, это может нанести им вред или нанести ущерб. по крайней мере, угроза этого заставит их остаться в Союзе. Но он также обеспокоен тем, что может означать внезапное освобождение четырех миллионов порабощенных людей и каковы могут быть последствия этого.

Могу представить, что эти пятеро выдающихся людей очень рады получить приглашение Линкольна.Они аболиционисты. Они оказывали давление на Линкольна, чтобы тот отменил рабство. Но когда они прибывают туда, их приветствуют президент Линкольн и еще один мужчина. Его зовут Джеймс Митчелл. Теперь Джеймс Митчелл — новый сотрудник. Он всего пару дней в Белом доме. А его работа — новая работа, и она называется комиссаром по эмиграции. Теперь это эмиграция с буквой «е», что означает, что его работа заключалась не в том, чтобы помочь людям въехать в страну, а в том, чтобы помочь людям покинуть ее. Согласно документам, в которых рассказывается о том, что произошло в тот день, Линкольн не теряет времени даром.Он говорит людям, что получил от Конгресса средства для отправки чернокожих, когда они будут освобождены, в какую-то другую страну. А потом Линкольн сказал: «Мы с вами разные расы. … Ваша раса очень сильно страдает, многие из них, живя среди нас, в то время как наша раса страдает от вашего присутствия. Одним словом, — сказал он, — мы страдаем с обеих сторон ».

Нас учат думать об Аврааме Линкольне как об великом освободителе, и он им был. Но правда в том, что, как и многие белые американцы, он был против рабства, потому что это был жестокий и несправедливый институт, противоречащий идеалам этой нации, но он также был против политического и социального равенства черных.Как он сказал в речи, которую он произнес в 1853 году, он считал чернокожих, цитирую, «неприятным присутствием», и что они несовместимы с демократией, которая была разработана для белых. Как он сказал в своей речи: «Освободить их и сделать их политически и социально равными нам? Мои собственные чувства не признают этого, и если бы мои чувства признали это, мы хорошо знаем, что большая часть белых людей не признает этого ».

[музыка]
Николь Ханна-Джонс

Когда эти пятеро чернокожих стояли в Белом доме, мне интересно, каково это должно быть.Эти люди боролись за освобождение миллионов и ждали этого момента только для того, чтобы им сказали, что как только они получат свободу, их попросят покинуть страну, где они родились. И что еще хуже, Линкольн говорит им, что это их вина, что страна вообще ведет гражданскую войну. Он говорит: «Хотя многие люди, сражающиеся с той или иной стороны, не заботятся о вас так или иначе … без института рабства и цветной расы в качестве основы война не могла бы существовать.Вот почему, сказал президент, «поэтому нам обоим лучше разлучиться».

Итак, Линкольн заканчивает встречу, и один из мужчин говорит ему, что они вернутся и рассмотрят его предложение. Затем Линкольн говорит им: «Не торопитесь. Совершенно не торопиться. После этой встречи эти люди дали понять, что не заинтересованы в том, чтобы принять предложение Линкольна покинуть страну их рождения. Есть цитата другой группы черных аболиционистов, которая действительно суммирует то, что чувствовало большинство чернокожих американцев, и эта цитата гласит: «Это наш дом, а это наша страна.Под ним лежат кости наших отцов. Здесь мы родились, и здесь мы умрем ».

После всего, через что прошли чернокожие американцы в этой стране, то, что они не сразу воспользовались предложением Линкольна, уехали в другое место и начали все сначала, действительно является поразительным свидетельством их веры в американские идеалы. Решив остаться, черные говорили, что это наша страна. Мы американцы, и мы действительно будем работать, чтобы воплотить эти основополагающие идеалы в реальность.

И в последующие годы, после окончания Гражданской войны, начался очень короткий период под названием Реконструкция.

[музыка]
николь ханна-джонс

Вы видите, как бывшие порабощенные подталкивают своих белых союзников в Конгрессе к изменению наших учредительных документов и фактическому разрешению этих спекшихся противоречий. поправки приняты. И, конечно же, поправки — это то, как мы меняем нашу Конституцию.

Итак, конечно, самая первая поправка, которую они должны принять, — это 13-я поправка, отменяющая институт рабства.И что интересно, это фактически первый раз, когда слово рабство упоминается в Конституции, в поправке, которая окончательно отменяет его. Они принимают 14-ю поправку, а 14-я поправка гарантирует, что все порабощенные люди, наконец, станут гражданами страны своего рождения. Это также впервые гарантирует, что законы не могут относиться к людям по-разному в зависимости от их расы. Это называется положением о равной защите, и оно будет использоваться снова и снова, вплоть до настоящего момента, чтобы гарантировать, что ко всем американцам относятся как к равным гражданам.

И, наконец, они принимают 15-ю поправку, которая, вероятно, является самой важной поправкой, когда мы рассматриваем, какой должна быть демократия. 15-я поправка гарантирует право голоса независимо от вашей расы. В то время в него не входили женщины, но он определенно подготовил почву, и он впервые гарантировал, что независимо от того, родились ли вы человеком, который был порабощен, был ли вы белым или черным, у вас был право осуществлять свой голос в этой демократии.

[музыка]
Николь Ханна-Джонс

Единственная причина, по которой мы увидели все эти успехи на Юге, заключалась в том, что там находились федеральные войска, и эти федеральные войска сдерживали насилие белых южан, которые были мне неинтересно видеть эти достижения. Все это изменилось после президентских выборов 1876 года. Это были оспариваемые выборы, и Резерфорд Б. Хейс является кандидатом от республиканцев. И помните, тогда республиканцы были прогрессивной партией, и они были партией Линкольна, которая работала над принятием всего этого прогрессивного законодательства.Но Резерфорд Б. Хейс действительно хочет победить на этих выборах, и поэтому он заключает сделку с демократами в Конгрессе, что, если они отдадут ему свои голоса выборщиков, он выведет федеральные войска с Юга и положит конец Реконструкции. Итак, он заключает сделку, и войска уходят, и мы сразу видим, как белые южане проводят кампанию, чтобы заставить чернокожих вернуться в положение, в котором они находились до Реконструкции.

Подавление черной жизни в течение следующих пяти десятилетий будет настолько разрушительным, что оно станет известно как Великий Надир, второе рабство.

fountain hughes

Сказать по правде, когда я думаю о сегодняшнем дне, я не знаю, как я живу. Я самый старый из ныне живущих, кого знаю. Но все же я благодарен Господу. Цветные люди свободны. Мы должны быть очень благодарны. Если бы я подумал, что когда-нибудь снова стану рабом, я бы взял ружье и сразу покончил с этим, потому что ты всего лишь собака. Ты не вещь, а собака.

архивная запись

День дней для Америки и ее союзников.Толпы перед Белым домом ждут объявления.

архивная запись (harry s. Truman)

Сегодня днем ​​я получил сообщение от правительства Японии, в котором говорится о безоговорочной капитуляции Японии.

запись в архиве

Репортеры спешат передать новости тревожному миру и начать торжества по всей стране. Радость безгранична.

Николь Ханна-Джонс

Февраль 1946 года, молодой негр сидит в автобусе и смотрит, как сосны Джорджии пролетают мимо окон.Он едет к жене и, вероятно, очень взволнован, потому что уехал на войну и очень давно ее не видел. Он сражался за эту страну во время Второй мировой войны, и как раз в тот день его с честью уволили за службу. Но он черный человек, который возвращается на юг Джима Кроу.

заархивированная запись 1

Вы никогда не сможете взбить этих птиц, если не будете держать себя и их отдельно.

архивная запись 2

Вся проблема этого интеграционного бизнеса в том, что он, вероятно, закончится социальным смешением.

архивная запись 3

Но сказать мне, что я даже не имею права сражаться, чтобы защитить белую расу —

архивная запись 4

Мы собираемся поддерживать сегрегированные школы в Дикси.

запись в архиве 5

Ну, я думаю, их цель — смешанные браки и уравнивание с белыми.

запись в архиве 6

Вы должны разделять белый и черный цвета.

Николь Ханна-Джонс

История того, что произошло в тот день, будет рассказана по всей стране.

запись в архиве (Орсон Уэллс)

Доброе утро. Это говорит Орсон Уэллс. Я хочу зачитать вам письменные показания.

Николь Ханна-Джонс

Это была история, которая фактически изменила ход истории.

архивная запись (Орсон Уэллс)

I, Isaac Woodard Jr., будучи должным образом поклявшимся свергнуть и заявить следующее, что мне 27 лет, я ветеран армии Соединенных Штатов, прослужил 15 месяцев в южной части Тихого океана и заработал одну боевую звезду. Меня с честью уволили 12 февраля 1942 года.

николь ханна-джонс

Он едет на автобусе через Джорджию.

архивная запись (Орсон Уэллс)

В часе езды от Атланты водитель автобуса остановился у небольшой аптеки.

Николь Ханна-Джонс

Он хочет выйти и воспользоваться туалетом.

архивная запись (Орсон Уэллс)

Он остановился. Я спросил его, есть ли у него время подождать меня, пока я не смогу сходить в туалет. Он выругался и сказал «нет». Когда он проклял меня, я проклял его в ответ. Когда автобус доехал до —

Николь Ханна-Джонс

Водитель автобуса расстраивается из-за него. У них есть небольшой спор. Вудард не особо об этом думает. Он идет в ванную, бежит обратно к автобусу, а автобус продолжает движение.Но затем, через несколько миль по дороге, автобус останавливается, водитель автобуса выходит из автобуса, а затем звонит и говорит Вударду, что ему тоже нужно выйти из автобуса. Итак, Вудард выходит из автобуса и прежде, чем он успевает произнести хоть слово —

архивная запись (Орсон Уэллс)

Когда автобус доехал до Айкена, он вышел и пошел за полицией. Они не дали мне возможности объяснить. Полицейский ударил меня билли по голове и сказал, чтобы я заткнулась.

Николь Ханна-Джонс

Полицейский ударил его по голове.

архивная запись (orson wellles)

— левой рукой и скрутил ее за спину. Я подумал, что он пытается заставить меня сопротивляться. Я не сопротивлялся ему. Он спросил меня, выписали ли я, и я ответил утвердительно. Когда я сказал «да», тогда он начал бить меня билли по макушке. После этого я схватил его билли и вырвал его у него из рук. Другой полицейский подошел, бросил в меня пистолет и сказал, чтобы я бросил билли, иначе он бросит меня, поэтому я бросил билли.После того, как я уронил Билли, второй полицейский приставил ко мне пистолет, а другой бил меня.

Николь Ханна-Джонс

И удары продолжаются, и они продолжаются, до такой степени, что Вудард теряет сознание.

Вудард все еще носит свою свежую армейскую форму. Его выписали всего несколькими часами ранее. Когда он приходит в себя, он в тюрьме.

архивная запись (orson wellles)

Я проснулся на следующее утро и ничего не увидел.

Николь Ханна-Джонс

Этот полицейский так сильно избил его, что он больше никогда не увидит.

Итак, избиение Вударда не было чем-то необычным. Вторая мировая война сделала именно то, чего опасались многие белые люди: однажды черным людям разрешили воевать в армии, а когда они уехали за границу и испытали на себе, что значит не жить при системе расового апартеида, то это будет когда они вернутся, будет намного сложнее их контролировать.Считалось, что чернокожие мужчины в униформе чрезмерно горды. Таким образом, эти люди, которые служили своей стране, которые вернулись домой, гордо одетые в униформу, чтобы продемонстрировать свое служение своей стране, обнаружат, что это фактически сделало их мишенью самого жестокого насилия. Но что было необычным, так это то, что произошло потом. Дело Вударда было подобрано N.A.A.C.P., и они взяли его на экскурсию. Его фотографируют. Эти фотографии рассылаются в газеты и на сбор средств, где они говорят, посмотрите, что случилось с этим человеком, который служил своей стране.Именно эта искра в конечном итоге определяет среди миллионов чернокожих, что хватит.

И это в значительной степени рассматривается как одна из искр современного движения за гражданские права.

архивная запись (Мартин Лютер Кинг мл.)

К нам приезжают люди со всей страны. Я подозреваю, что у нас будет —

николь ханна-джонс

Второе устойчивое движение чернокожих, пытающихся обеспечить равные права перед законом и равное место в этой демократии.

архивная запись 1

В первые недели февраля 1960 года демонстрации, получившие название «сидячая забастовка», взорвались по всему Югу.

архивная запись 2

Молодые негры маршировали с плакатами, раздавали литературу и пытались посидеть за столиками.

архивная запись 3

Я думаю, честно говоря, многие из нас не осознавали, насколько важным будет наше движение.

архивная запись 4

Официальная реакция была быстрой и суровой.

запись в архиве 5

Не вините взломщика из Джорджии в своих несправедливостях. Правительство несет ответственность за несправедливость. Правительство может положить конец этой несправедливости.

запись в архиве (Мартин Лютер Кинг мл.)

Как долго? Недолго. Потому что дуга моральной вселенной длинна, но склоняется к справедливости.Слава! Аллилуйя! Слава! Аллилуйя!

николь ханна-джонс

И в 1968 году, через 350 лет после введения первых порабощенных африканцев в колонии —

архивная запись (Линдон Б. Джонсон)

Этот Закон о гражданских правах является вызов всем нам.

Николь Ханна-Джонс

— Конгресс принимает последний из великих законов о гражданских правах.

архивная запись (линдон б.Джонсон)

— работать в наших общинах и штатах, в наших домах и в наших сердцах —

Николь Ханна-Джонс

Это положит конец правовой дискриминации по признаку расы во всех аспектах американской жизни .

архивная запись (Линдон Б. Джонсон)

— чтобы устранить последние остатки несправедливости в нашей любимой стране.

Николь Ханна-Джонс

Мы часто думаем о движении за гражданские права как о движении за права чернокожих, но движение за гражданские права никогда не касалось только прав чернокожих.Речь шла о воплощении идеалов Конституции в единое целое. Итак, если вы посмотрите на законы, рожденные черным сопротивлением, эти законы гарантируют права всем американцам.

архивная запись

Этот опыт, который пережили чернокожие американцы, не остался незамеченным для остальной Америки.

nikole hannah-jones

Я имею в виду, практически любую другую борьбу за права, которую мы видели —

архивная запись

Теперь мы боролись за общественные места, дрались 10 лет назад с черными.Неужели нам придется начинать все сначала с женщинами?

николь ханна-джонс

Права инвалидов, права геев, права женщин —

архивная запись (Джордж Буш)

Эти люди с ограниченными возможностями по-прежнему являются жертвами сегрегации и дискриминации.

Николь Ханна-Джонс

— все это результат усилий чернокожих, борющихся за гражданские права.

архивная запись

— равноправные.Равные права на работу, на уважение, на то, чтобы тебя не считали куском мяса.

архивная запись (Джордж Буш)

Ни один американец никогда больше не будет лишен своей основной гарантии жизни, свободы и стремления к счастью.

архивная запись 1

Торжества вспыхнули на ступенях Верховного суда.

архивная запись 2

Одно из самых важных решений в области гражданских прав.Верховный суд признал, что у американцев-геев и лесбиянок есть конституционное —

архивная запись 3

— право на вступление в брак. Большинство нашло свое оправдание в 14-й поправке, написанной после гражданской войны, чтобы предоставить равную защиту по закону освобожденным рабам.

Николь Ханна-Джонс

Итак, мы выросли, чтобы думать о 1776 году как о начале нашей демократии, но когда этот корабль прибывает на горизонте в Пойнт Комфорт в 1619 году, это решение колонистов о покупке этой группы от 20 до 30 человек, это тоже было началом.И на самом деле именно те самые люди, которым было отказано в гражданстве в их собственной стране, которым было отказано в защите, предусмотренной нашими учредительными документами, будут бороться изо всех сил и наиболее успешно, чтобы претворить эти идеалы в реальность не только для себя, но и для всех американцев. Именно чернокожие стали совершенствователями этой демократии.

Когда я был ребенком — наверное, в пятом или шестом классе. Наш учитель дал нам задание. Это был класс социальных исследований, и мы изучали разные места, откуда пришли люди, и это был ее способ рассказать историю великого американского плавильного котла.Поэтому она посоветовала всем нам исследовать нашу исконную землю и написать небольшой отчет о ней, а затем нарисовать флаг. Я помню, как смотрел и смотрел в глаза другой черной девушке, которая была в классе, потому что у нас действительно не было родовой земли, о которой мы знали. Из-за рабства мы не знали, откуда пришли в Африку. У нас не было конкретной страны. Можно сказать, что мы со всего континента, но даже в этом случае африканского флага не существует. И поэтому я помню, как я подошел к глобусу за столом моего учителя — он был на оконном стекле в левой части класса — и повернул его к континенту Африки и просто выбрал случайную африканскую страну.

Итак, я вернулся к своему столу, нарисовал случайный флаг африканской страны и написал об этом отчет. И мне стало стыдно. Мне было стыдно, во-первых, потому что я лгал, но мне также было стыдно, потому что я чувствовал, что у меня должна быть какая-то другая страна, и что все другие дети могут проследить свои корни в другом месте, а я мог проследить свои корни только в стране, которая поработили нас.

Теперь я хочу, чтобы я мог вернуться и поговорить со своим молодым собой и сказать ей, что ей не следует стыдиться, что это ее родовой дом, что она должна гордиться тем, что она американка, как ее отец, и что она должна смело и гордо нарисовать эти звезды и полосы и объявить эту страну своей.

Стеклянный замок: воспоминания

% PDF-1.6
%
562 0 объект
>
эндобдж
564 0 объект
> / Шрифт >>> / Поля [] >>
эндобдж
565 0 объект
> поток
application / pdf

  • Jeannette Walls
  • Стеклянный замок: воспоминания
  • 2010-08-14T15: 33: 33-04: 00Writer2012-04-17T10: 18: 30-07: 002012-04-17T10: 18: 30-07: 00OpenOffice.org 3.1uuid: 46498af3-2b2e-40fb-abcb- dfcaba975154uuid: 6100599c-1239-4d08-b46a-f3a4478291c0

    конечный поток
    эндобдж
    541 0 объект
    >
    эндобдж
    561 0 объект
    >
    эндобдж
    560 0 объект
    >
    эндобдж
    559 0 объект
    >
    эндобдж
    554 0 объект
    >
    эндобдж
    546 0 объект
    >
    эндобдж
    549 0 объект
    >
    эндобдж
    547 0 объект
    >
    эндобдж
    544 0 объект
    >
    эндобдж
    548 0 объект
    > поток
    x] A 9L & F פ ucw

    Повеселитесь в Вайоминге: любой может прокатиться по тропам, как настоящий ковбой, в долине реки Грос-Вентр

    Breadcrumb Trail Links

    1. Travel

    Долина реки Гро-Вентр и ее гусекрыл ранчо дарит посетителям смесь адреналина и простых удовольствий.

    Автор статьи:

    Washington Post Эммет Розенфельд / The Washington Post

    Отзывы и рекомендации объективны, а продукты выбираются независимо.Postmedia может получать партнерскую комиссию за покупки, сделанные по ссылкам на этой странице.

    Содержание статьи

    «Я тоже ненавижу бегать рысью», — без тени иронии сказал наш спорщик Джеймс.

    Объявление

    Это объявление еще не загружено, но ваша статья продолжается ниже.

    Содержание статьи

    Он наполовину обернулся в своем седле, чтобы побудить меня к ковбою, несмотря на то, что у меня болит спина, и каким-то образом сохранял эту позу без видимого дискомфорта на протяжении большей части четырехчасовой поездки по тропе Вайоминга Gros Ventre. Долина реки.Мы были гостями на соседнем ранчо «Гусиное крыло».

    Примерно в восьмидесяти километрах к югу, зазубренные серые скалы Титона время от времени появлялись в поле зрения между более пологими изгибами усыпанных шалфеем предгорий, по которым мы ехали. Гранд Тетон возвышался над другими, покрытый снегом. Эти величественные пики — первая особенность окружающей среды, которую вы замечаете при высадке самолета в Джексоне, они такие четкие на расстоянии, как если бы они были у вас под рукой. Второе — это сам воздух: тоже кристально чистый, без намека на влажность.

    Объявление

    Это объявление еще не загружено, но ваша статья продолжается ниже.

    Содержание статьи

    Поездка от шумного Джексона до нашего ранчо около Келли, штат Вайоминг, заняла час и 15 минут, последнюю треть по проселочным грунтовым дорогам, которые, как нам сказали, становятся непроходимыми в зимние месяцы. Тогда в начале августа они уже дребезжали.

    Ранчо Гусьвинг

    Франсуа, французский владелец ранчо, был грубым, но отличным хозяином.За десятилетия, которые он владел ранчо, он превратил его из нескольких ветхих построек в уютный комплекс, сосредоточенный на хорошо оборудованном гостевом домике с беседкой и бассейном. Рядом с домиком был небольшой красивый пруд и пышные лужайки, где можно было бросить подковы или просто полюбоваться захватывающими видами. На территории было разбросано 10 гостевых домиков и несколько хозяйственных построек и мест для занятий — подумайте о том, чтобы бросать топор в куски бревен и катать лошадей пилой возле типи.

    Объявление

    Это объявление еще не загружено, но ваша статья продолжается ниже.

    Содержание статьи

    Я никогда не забуду поездку, которую мы совершили в тот первый день. По дороге домой резко упала температура, и холодный дождь хлестал нам по лицу. Лошади заткнули уши и поплелись по ветру; наши руки онемело цеплялись за поводья. Наш веселый гид Дарби крикнула сквозь вой: «Если тебе не нравится погода, подожди 10 минут!» Конечно же, в тот вечер мы наслаждались напитками на палубе, наблюдая за закатом.

    В середине недели, измученные седлом, мы решили отдохнуть от жизни на ранчо и поехать в Джексон на день. Летом мы в полной мере воспользовались горнолыжным городком, наполнившись рафтингом по реке Снейк, альпийской горкой на горе Снежный король и ночью на родео перед тем, как отправиться обратно в Гусьвинг. Моя мама заменила историческую пешеходную экскурсию на рафтинг и осталась с чувством трепета перед первыми поселенцами, которые выковали город из дикой местности, которая тогда, как и сейчас, могла видеть 20 метров снега зимой.

    Объявление

    Это объявление еще не загружено, но ваша статья продолжается ниже.

    Содержание статьи

    Одним из удовольствий «Гуськрыла» была ловля дикой форели нахлыстом — начиная с поездки на UTV по изрезанным колеями дорогам, чтобы найти места, отмеченные Франсуа на карте. И эти пятна были дурацкими.

    1. Семь незаметных мест для семейного путешествия

    2. Эти микроавтобусы, превращенные в жилые дома, поднимают автомобильный кемпинг на новый уровень

    3. Уроки, извлеченные из шестимесячного похода по Аппалачской тропе

    В первый день я наткнулся на приток Гро-Вентра, называемый Фиш-Крик, и после второго заброса в бурлящую лужу под скоплением валунов получилась энергичная 30-сантиметровая ручная форель.Это был первый из множества, и все на больших аппетитных мушках-аттракторах, форель, которую редко ловят под углом, не могла устоять. Эта рыбалка была не совсем для новичков: она требовала дальних забросов до хвоста водоемов с большим количеством тощей воды между ними. Но как только я взломал код, я попал в рай для рыболовов.

    Объявление

    Это объявление еще не загружено, но ваша статья продолжается ниже.

    Содержание статьи

    Во время пикника у костра в нашу последнюю ночь, когда солнце красило облака позади него, а лошади ржали вдалеке, один из ковбоев, Уэйн, рассказывал сказки о Билле Коди и некоторых менее известных, но столь же красочных символы.Это сделало путешествие незабываемым.

    IF YOU GO

    Где остановиться:

    Goosewing Ranch 24400 E. Cottonwood Creek, Kelly, Wyo. Goosewingranch.com

    Удаленное и хорошо оборудованное ранчо для летних каникул в долине Gros Ventre , 65 км к северо-востоку от Джексона. Цены варьируются.

    The Dude Ranchers ’Association 1122 12th St., Cody, Wyo. Duderanch.org

    Найдите более сотни вариантов западных курортов, работающих по системе« все включено ».Ищете спа? Стрелковый спорт? Что-то около Йеллоустона? Найдите ранчо, которое соответствует вашим вкусам.

    Объявление

    Это объявление еще не загружено, но ваша статья продолжается ниже.

    Содержание статьи

    Где поесть:

    Cafe Genevieve 135 E. Broadway, Jackson, Wyo .; genevievejh.com.

    В квартале к востоку от фирменных арок из оленьих рогов, которые отмечают городскую площадь, попробуйте модные, но домашние блюда западной кухни с южными нотками: свиной леденец на обед и салат из копченой форели.

    Гриль Снейк Ривер 84 Э. Бродвей, Джексон; snakerivergrill.com.

    Придумайте, как одеть Джексона повседневно (апре-ски встречает родео) и съесть лосичью вырезку. Хорошо подобранная карта вин.

    Чем заняться:

    Пески, бурная вода и экскурсии по живописным рекам 1450 S. Hwy. 89, Джексон, Вайоминг; sandswhitewater.com.

    Самый опытный экипировщик среди многих в этом городе, который может взять вас на веселую утреннюю прогулку или на более длительную прогулку по реке. Большинство поездок проходит в июле и августе.13-километровый поплавок по реке Снейк.

    Альпийская горка на горе Сноу Кинг, 100 Э. Сноу Кинг авеню, Джексон snowkingmountain.com.

    Наслаждайтесь видами, катаясь на кресельной канатной дороге на несезонную лыжную гору, и скромными ощущениями от ускорения на пластиковых санях.

    Jackson Hole Rodeo 447 Snow King Ave., Джексон; jhrodeo.com.

    Этот житель Востока никогда не знал, что существуют команды родео в средней школе и колледже. Бывшие выдающиеся спортсмены и другие работающие канатоходцы заканчивают здесь, всерьез соревнуясь с местными и туристическими толпами на 8 p.м. по средам и пятницам с 30 мая до Дня труда, финал — в сентябре.

    Для получения дополнительной информации: wyomingtourism.org.

    Поделитесь этой статьей в своей социальной сети

    Реклама

    Это объявление еще не загружено, но ваша статья продолжается ниже.

    NP Размещено

    Подпишитесь, чтобы получать ежедневные главные новости от National Post, подразделения Postmedia Network Inc.

    Нажимая на кнопку подписки, вы соглашаетесь на получение вышеуказанного информационного бюллетеня от Postmedia Network Inc.Вы можете отказаться от подписки в любое время, щелкнув ссылку для отказа от подписки в нижней части наших электронных писем. Postmedia Network Inc. | 365 Bloor Street East, Торонто, Онтарио, M4W 3L4 | 416-383-2300

    Спасибо за регистрацию!

    Приветственное письмо уже в пути. Если вы его не видите, проверьте папку нежелательной почты.

    Очередной выпуск NP-Отправленного скоро будет в вашем почтовом ящике.

    Оставьте комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *