Айсман стив: …В молодости Стив Айсман (Марк Баум в — ::: Sputnik :::

Содержание

Есть ли признаки новой «Игры на понижение» – отвечает заработавший на обвале ипотечного рынка


Стив Айсман, известный по фильму «Большая игра на понижение», рассказал о своих коротких позициях.


Делимся с вами переводом интервью Стива Айсмана, одного из счастливчиков, которым удалось предугадать кризис 2008 года, сделав ставку на обвал ипотечных бумаг. Сегодня Стив рассказывает о состоянии банковской сферы и своих коротких позициях.


Мелисса Ли, ведущая телешоу «Fast Money» на CNBC


Стив, как нам всем известно, вы заработали большие деньги благодаря открытию короткой позиции во время кризиса 2008 года. Что вы можете рассказать о настоящем положении дел в макроэкономике? Видите ли вы образовавшиеся пузыри, как оцениваете экономическую эффективность?


Стив Айсман


Я не вижу никаких проблем системного характера. Банковская сфера сейчас находится в лучшем состоянии за последние 30 лет, в течение которых я проводил анализ банковской деятельности. В следующем году, скорее всего, мы столкнемся с рецессией, что будет после – я не знаю. 


Сейчас мы переживаем период глобального промышленного спада, но не стоит путать его с рецессией. Промышленные компании занимают 10-15% экономики, но, когда станут известны их финансовые результаты, мы можем стать свидетелями повсеместной слабости рынка. Исключений, скорее всего, не будет.


Мелисса Ли


Многие сейчас говорят о процентных ставках, близких к нулю или даже опустившихся на отрицательную территорию, причем такая динамика сохраняется уже долгое время. Может ли это привести к образованию пузырей?


Стив Айсман


Знаете, политику количественного смягчения я люблю называть кредитно-денежной политикой для богачей. Она поднимает стоимость активов и не оказывает при этом никакого влияния на экономику. С другой стороны, у такой политики есть и негативные стороны, например, для тех, кто копит деньги.


Приходите: Хотите отлично и с пользой провести вечер пятницы – приходите на мероприятие по случаю завершения конкурса по акциям Boeing


В общем, я не считаю политику количественного смягчения полезной для экономики. Она приводит лишь к росту цен активов. Тем не менее рынки сейчас не очень дорогие, так что о пузырях пока не стоит беспокоиться. Но да, стоимость активов не перестает расти.


Мелисса Ли


Понятно. Стив, давайте поговорим о ваших личных инвестиционных идеях. Насколько я помню, на протяжении нескольких лет у вас была открыта короткая позиция на акции Deutsche Bank. Это до сих пор так?


Стив Айсман


Да, до сих пор. Вот уже три года подряд.


Мелисса Ли


Какие обстоятельства могут сподвигнуть вас закрыть позицию? Ведь акции уже установили несколько новых рекордных минимумов.


Стив Айсман


Проблема Deutsche Bank в настоящее время заключается в желании руководства всеми способами добиться прибыльности, ужимая свой бизнес, например, путем сокращения персонала. Компания забывает об одном важном уроке, который нам преподал финансовый кризис, – это невозможно. В результате банк становится все менее прибыльным, а акции продолжают падать.


Часто бизнес банков страдает из-за проблем с финансированием. У Deutsche Bank нет таких проблем. Единственная их сложность – это неполадки с прибыльностью.


Мелисса Ли


Такая проблема характерна исключительно для Deutsche Bank, или же для всей банковской отрасли в целом? У вас открыта короткая позиция на другие немецкие банки, например, на акции Commerce Bank, или, может быть, вы планируете ее открыть?


Стив Айсман


Чем банки зарабатывают себе на жизнь? Они продают вам доступ к своему балансу по определенной цене. Так что, если вы хотите подсчитать, какой будет доходность от инвестиций в акции банка, узнайте, какова рентабельность его активов, а затем умножьте полученное значение на долю заемных средств. Формула проста. 


Проблема всех европейских банков заключается в том, что они продавали доступ к своим балансам по слишком низкой стоимости в течение десятилетий. Ситуация с Deutsche Bank является отличным классическим примером.


Карен Финерман, трейдер


Как вы относитесь к попыткам Европейского центрального банка возобновить экономический рост?


Стив Айсман


Такие попытки безнадежны. Что означают нулевые и отрицательные процентные ставки? Они означают глобальный переизбыток денег. Практически каждая компания провела программу обратного выкупа акций, все сделки и стратапы были профинансированы, уровень венчурного капитала вырос. И все, что мы имеем, – лишь переизбыток и дефляцию.


Так почему же вы думаете, что повторение одних и тех же действий должно привести к инфляции? Европейский центральный банк именно этим и занимается. Не предпринимать ничего нового и ожидать в то же время каких-то выдающихся результатов – вот лучшее определение безумия.


Тим Сеймур, управляющий хедж-фондом


Звучит ужасающе, особенно допущение того, что центральные банки продолжат печатать деньги. Это происходит из-за переизбытка финансирования, о котором вы говорили?


Стив Айсман


Процесс финансирования вполне может продолжиться. Возьмем, к примеру, Японию. Государственный долг Японии в отношении к ВВП достиг уже 240%. Долг США составляет примерно 125%, и у кого при этом ставки ниже? Я не понимаю, почему процентные ставки в Японии ниже, чем в США, я просто знаю, что это так. Причина, по которой в мире политики количественного смягчения процентные ставки могут начать расти, выходит за пределы моего понимания.


Дэн Натан, глава RiskReversal Advisors


Давайте сравним текущую ситуацию с тем, что было, скажем, 20 лет назад в терминах оценки стоимости технологических компаний. За последнее время многие компании стали публичными и получили финансирование благодаря низким процентным ставкам. 


Например, изначальная оценка Uber достигала $80 млрд, а сейчас она упала до $50 млрд. Мой вопрос вот в чем: правда ли, что все эти стартапы оказывают негативное влияние на инвестиции в крупные публичные компании, являющиеся прибыльными? Может ли из-за этого образоваться пузырь?


Стив Айсман


Возможно, этот пузырь уже до некоторой степени лопнул. Возьмем, к примеру, IPO SmileDirectClub. В день дебюта на бирже акции компании стоили где-то $23 за штуку, а сейчас цена закрытия составляет примерно $10 или $11. Мы видим, что интерес участников рынка к неприбыльным стартапам, вне зависимости от того, насколько успешны их бизнес-модели, угасает. Что это означает для Кремниевой долины? Будем надеяться, компании наконец-то научатся зарабатывать деньги.


Мелисса Ли


Стив, недавно вы рассказывали о своих коротких позициях, к примеру, на акции Zillow и Tesla. Какая из них, по вашему мнению, окажется наиболее прибыльной?


Стив Айсман


Да, на обе компании у меня до сих пор открыты короткие позиции, и я ожидаю получить неплохую прибыль от каждой из сделок. Думаю, руководство Zillow создало самую опасную бизнес-модель из всех, что я видел за очень долгое время – компания начала перепродавать недвижимость.


Глава Zillow, несомненно, умеет создавать отличные интернет-платформы, но талантливый человек не обязательно должны быть талантлив во всем. К примеру, вы можете быть выдающимся физиком, но за всю жизнь так и не научитесь ездить на велосипеде. Бизнес по покупке и перепродаже домов требует от человека наличия качественных инвестиционных навыков и умения управлять тысячами людей. Интернет вам за дом не заплатит, это может сделать только реальный человек. 


В этом бизнесе часто встречаются ошибки, и они дорого стоят. Zillow совершает много ошибок, но при этом учится на них.


Мелисса Ли


Вы делаете ставку против этих компаний, поскольку считаете, что они могут лишиться своего бизнеса?


Стив Айсман


Нет, я не ставлю на это. Я не думаю, что Tesla обанкротится. Такое случается довольно редко, особенно в мире низких процентных ставок. Если говорить о бизнесе Tesla, важно упомянуть четыре основных момента: уровень поставок автомобилей, маржинальность, доходность компании, а также состояние ее свободных денег. 


На протяжении как минимум последних двух кварталов руководство любит писать твиты о том, что с поставками у компании все замечательно, поэтому акции иногда растут. При этом оставшиеся три важных момента находятся в ужасном состоянии, поэтому акции падают.


Мелисса Ли


Многие задают вам вопросы именно о коротких позициях, поскольку вспоминают вашу победу во время кризиса 2008 года. А что насчет длинных позиций?


Стив Айсман


Длинная позиция у меня открыта на акции компании под названием Motorola Solutions. Хотя детали ее бизнеса могут быть малопонятны, она не относится к категории компаний с малой капитализацией. 


Motorola создает оборудование для экстренной связи, предназначенное для полицейских, пожарных и так далее. Мне нравится политика управленческой команды: сотрудники заинтересованы в работе над процветанием фирмы, так что за последние несколько лет ее бизнес значительно улучшился.

«Игра на понижение» — экранизация бестселлера Майкла Льюиса

Сценарий к фильму «Игра на понижение» выиграл премию Оскар 2016 в номинации «Лучший адаптированный сценарий». Награду получили сценаристы Адам МакКей (он же и режиссёр фильма) и Чарльз Рэндольф. Сценарий был написан по бестселлеру американского писателя и журналиста Майкла Льюиса «The Big Short: Inside the Doomsday Machine» (Большая игра на понижение. Тайные пружины финансовой катастрофы), изданному в 2010 году. Это документальная книга, раскрывающая предпосылки и развитие ипотечного кризиса в США в 2000-ые годы. Книга вошла в списки лучших книг 2010 года по версии The Economist, Bloomberg и Amazon.com.

Главные герои книги — реальные люди, сумевшие стать победителями в этих событиях, предугадав зарождающиеся экономические проблемы и заработав на этом деньги.

Фильм «Игра на понижение» был номинирован на «Золотой Глобус 2016″ в четырех категориях, но не выиграл ни в одной. Фильм так же номинировался в пяти категориях на Оскар 2016, но выиграл лишь один — Лучший адаптированный сценарий.

Неправдоподобная, но правдивая история

Действие картины начинается в 2005 году. Финансовый гений, управляющий хедж-фондом Майкл Барри предчувствует, что американский рынок ипотечных кредитов может скоро лопнуть. В связи с этим он страхует около миллиарда долларов своих клиентов через кредитный дефолтный своп.

Уолл-стрит реагирует на эти действия, которые поначалу выглядят для остальных игроков на рынке странными. Несколько финансистов: Джаред Венетт, Марк Баум, Чарльз Геллер, Джейми Шипли и Бен Рикерт, разобравшись в чём суть тактики Барри, решают сыграть против остального рынка.

Они полагают, что могут не только выжить в надвигающейся финансовой катастрофе, но даже заработать на ней деньги.

Исполнители ролей в фильме «Игра на понижение»

Кристиан Бэйл — Майкл Барри
Прототипом этого персонажа стал Майкл Барри — основатель и управляющий хедж-фонда Scion Capital LLC. Барри начинал работать интерном в отделении неврологии Стэнфордской больницы, во время ночных дежурств вел блог в Интернете. Но, увлекшись инвестированием, уходит из медицины и становится инвестиционным менеджером. Благодаря незаурядным способностям легко привлекает солидные средства. Барри раньше других понимает, что низкокачественные ипотечные кредиты должны стать проблемными. В 2004 году он начинает скупать страховые полисы на компании, которые могли пострадать во время кризиса на рынке недвижимости, и дефолтные свопы на низкокачественные ипотечные облигации.

Райан Гослинг — Джаред Веннетт
Прототипом этого персонажа стал Грег Липпманн — трейдер Deutsche Bank.

Стив Кэрелл — Марк Баум
Прототипом этого персонажа стал Стив Айсман — управляющий директор хедж-фонда Frontpoint Partners. Оставив в 31 год карьеру юриста, Стив Айсман начинает работать финансовым аналитиком в фирме своих родителей. К концу 90-ых годов основывает свой хедж-фонд. Во время кризиса FrontPoint удвоил объём активов с $700 млн до $1,5 млрд.

Финн Уиттрок — Джейми Шипли
Джон Магаро — Чарли Геллер
Прототипами этих персонажей стали Джейми Май и Чарли Ледли — основатели хедж-фонда Cornwall Capital. Через два года после основания компании у них было $12 млн и офис на Манхэттене. К началу 2006 года ресурсы Cornwall Capital составляли почти $30 млн.

Брэд Питт — Бен Рикерт
Прототипом этого персонажа стал Бен Хоккет.

В фильме «Игра на понижение» также снимались:

Карен Гиллан — Эви
Мелисса Лео — Джорджия Хейл
Мариса Томей — Синтия Баум
Трейси Леттс — Лоуренс Филдс
Хэмиш Линклейтер — Портер Коллинз
Байрон Манн — Винг Чоу
Селена Гомес — камео
Рэйф Сполл — Дэнни Мозес
Макс Гринфилд
Марго Робби

Смотрите галерею кадров из фильма «Игра на понижение» и еще немного информации о создателях и актёрах:

Европейский банковский сектор терпит крушение — ВБанки.ру

Финансовый кризис времен 2008 года продолжает отражаться на западных банках, которые до сих пор не могут прийти в себя. Доля неработающих кредитов во всех европейских банков остается значительной. В нагрузку, банки ЕС переживают тяжелые времена за последние 3 года.

Знаменитый финансист Стив Айсман, который фигурировал в бестселлере о мировом кризисе 2008 года, считает, что тяжелее всего приходиться итальянскому банковскому сектору.

По наблюдениям специалистов, итальянские банки показали самый низкий показатель по просроченным кредитам. Их доля составила 17%. В денежном выражении это 360 млрд. евро. Почти половина всех кредитов, которые не смогли вернуть европейцы, среди международных банков ЕС, приходится именно на банки Италии.

В случае продолжения негативной тенденции в банковском секторе Италии, кризис может затронуть банки во всей Европе.

Как передает Reuters, индексы Италии уже успели упасть на 4,2%. С начала октября текущего года это рекордно-низкий показатель. Не справился со стресс-тестом даже такой надежный банк, как Monte dei Paschi di Siena. Кредитная организация продемонстрировала, что у неё в запасе остался минимальный потенциал, позволяющий пережить те или иные экономические потрясения. Старейший банк Monte dei Paschi di Siena в 2016 году потерял свыше 75% капитала, на фоне опасений, которые связаны с большим количеством просроченных кредитов.

Между тем, не всё так радужно и у немецкого банка Deutsche Bank. А это, между прочим, один из важнейших финансовых институтов еврозоны, отмечает Стив Айсман.

С 2013 года немецкие банки переживают глубокий кризис. Акции немецких кредиторов рухнули на 40% только с начала 2016 года. Это останавливает европейские компании заключать сделки с банками Германии.

Затяжные проблемы в финансово-кредитном учреждении Deutsche Bank вынудили его руководство прибегнуть к массовому увольнению банковских сотрудников. В рамках оптимизации труда, работу до конца года потеряют 5 000 человек.

Вместе с тем, Айсман убежден, у Deutsche Bank есть все шансы вернуться к истокам прибыльности. Эксперт отмечает, европейские банки сильно проиграли от того, что президентом США стал именно Дональд Трамп, а не Хиллари Клинтон. Ведь его политический курс однозначно негативно отразиться на экономике ЕС.

Мало того, что в банковском секторе много неработающих кредитов, так и еще владельцами суверенных облигаций выступают сами европейские банки.

Эксперт финансового рынка Айсман подчеркнул, если цена облигаций снижается, это сразу уменьшает баланс банка.

Кто озвучивает фильм Игра на понижение

Если вас интересует кто озвучивал фильм Игра на понижение в оригинале и на русском, то мы собрали эту информацию специально для вас, а кроме того: описание, возрастные и пользовательские рейтинги и конечно же интересные факты!

  • Название: Игра на понижение (The Big Short)
  • Год выхода: 2015
  • Страна: США
  • Слоган: Неправдоподобная, но правдивая история
  • Режиссер: Адам МакКей
  • Жанр: драма, комедия, биография, история
  • Бюджет: 28.000.000 долларов

Возрастной рейтинг

  • Возраст: зрителям, достигшим 18 лет
  • MPAA: лицам до 17 лет обязательно присутствие взрослого

Пользовательский рейтинг

  • Кинопоиск: 7.273
  • IMDb: 7.8

к оглавлению ↑

Описание

Когда речь идет о деньгах, совесть молчит. А уж если речь об огромных деньгах!.. Это основанная на реальных событиях история нескольких провидцев, которые независимо друг от друга предсказали мировой экономический кризис 2008 года задолго до того, как о нем зашептались в кулуарах на Уолл-стрит. И предсказав, стали на нем зарабатывать. Сами того не желая.

к оглавлению ↑

Кто озвучивает

  • Michael Burry — Иван Калинин
  • Mark Baum — Диомид Виноградов
  • Jared Vennett — Данил Щебланов
  • Ben Rickert — Юрий Деркач
  • Georgia Hale — Нина Тобилевич
  • Porter Collins — Антон Савенков
  • Charlie Geller — Прохор Чеховской
  • Danny Moses — Алексей Фатеев
  • Vinny Daniel — Денис Беспалый
  • Cynthia Baum — Ирина Киреева
  • Jamie Shipley — Кирилл Запорожский
  • Ted Jiang — Филипп Лебедев
  • Mr. Chau — Алексей Черных
  • Lawrence Fields — Никита Прозоровский
  • Margot Robbie — Карина Фадеева
  • Analyst — Николай Быстров
  • Young Michael Burry — Владимир Войтюк
  • Kathy Tao — Елена Шульман
  • Tattooed Renter; Option One CEO — Сергей Чихачев
  • Martin Blaine — Денис Некрасов
  • Florida Strip Club Dancer — Алена Фалалеева
  • Richard Thaler — Леонид Белозорович

к оглавлению ↑

Актёры

  • Michael Burry — Кристиан Бэйл (Christian Bale)
  • Mark Baum — Стив Карелл (Steve Carell)
  • Jared Vennett — Райан Гослинг (Ryan Gosling)
  • Ben Rickert — Брэд Питт (Brad Pitt)
  • Georgia Hale — Мелисса Лео (Melissa Leo)
  • Porter Collins — Хамиш Линклэйтер (Hamish Linklater)
  • Charlie Geller — Джон Магаро (John Magaro)
  • Danny Moses — Рейф Сполл (Rafe Spall)
  • Vinny Daniel — Джереми Стронг (Jeremy Strong)
  • Cynthia Baum — Мариса Томей (Marisa Tomei)
  • Jamie Shipley — Финн Уиттрок (Finn Wittrock)
  • Ted Jiang — Стэнли Вонг (Stanley Wong)
  • Mr. Chau — Байрон Манн (Byron Mann)
  • Lawrence Fields — Трэйси Леттс (Tracy Letts)
  • Evie — Карен Гиллан (Karen Gillan)
  • Mortgage Broker — Макс Гринфилд (Max Greenfield)
  • Lewis Ranieri — Руди Айзенцопф (Rudy Eisenzopf)
  • Fund Manager — Кэйси Гров (Casey Groves)
  • Lewis Bond Trader — Чарли Талберт (Charlie Talbert)
  • Lewis Bond Trader — Харольд Джервис (Harold Gervais)
  • Exotic Dancer — Мария Франгос (Maria Frangos)
  • Analyst — Хантер Бурк (Hunter Burke)
  • Coach — Бернард Хок (Bernard Hocke)
  • Michael Burry’s Mom — Шона Раполд (Shauna Rappold)
  • Michael Burry’s Dad — Брэндон Стэйси (Brandon Stacy)
  • Young Michael Burry — Эйден Флауэрс (Aiden Flowers)
  • Paul Baum — Питер Эпштейн (Peter Epstein)
  • Therapy Businessman — Энтони Марбл (Anthony Marble)
  • Therapy Businessman — Сайлэс Купер (Silas Cooper)
  • Therapist — Лесли Кастэй (Leslie Castay)

к оглавлению ↑

Факты

  • Прототипом Марка Баума в исполнении Стива Карелла стал реально существующий фондовый менеджер Стив Айсман. Прототипом Джареда Веннетта, которого играет Райан Гослинг, послужил трейдер Грег Липпманн. Образ Бена Рикерта в исполнении Брэда Питта списан с Бена Хоккетта. Чарли Геллер и Джейми Шипли, которых сыграли соответственно Джон Магаро и Финн Уиттрок, списаны с реально существующих Чарли Ледли и Джейми Мэя.
  • В одном из эпизодов на несколько секунд на экране появляется сам финансовый гений — управляющий хедж-фондом Майкл Бьюрри.
  • В конце поездки в Лас-Вегас камера показывает шоссе и над ним огромный плакат с портретом комика и актёра Мартина Шорта (английское название фильма «The Big Short»).
  • Автор сценария Майкл Льюис рассказывал в одном из интервью, что ответственная за распространение фильма студия «Paramount» дала режиссёру Адаму МакКею добро на съёмки «Игры на понижение» только в обмен на обещание снять продолжение комедии «Телеведущий: Легенда о Роне Бургунди» (2004).
  • В начальном варианте сценария в эпизодических ролях предполагалось снимать других знаменитостей. Вместо Марго Робби, которая говорит о ценных бумагах, обеспеченных закладной, должна была появиться Скарлетт Йоханссон. Вместо Селены Гомес с речью об обеспеченных залогом долговых обязательствах должны были появиться Бейонсе с мужем рэпером Джеем-Зи. Джей-Зи даже должен был сказать пару слов о проигранном пари — во фразе содержался намёк на одну из его наиболее популярных композиций.
  • Рабочие кабинеты обанкротившейся инвестиционной компании «Lehman Brothers» были «воссозданы» в вестибюле здания Управления финансовых услуг штата Нью-Йорк на Манхэттене.
  • Актёрский состав фильма включает четверых обладателей премии «Оскар». Это Кристиан Бэйл, Мелисса Лео, Мариса Томей и Брэд Питт. В фильме снялись два актёра, номинированные на «Оскар». Это Стив Карелл и Райан Гослинг.
  • В финале эпизода в Лас-Вегасе под эстакадой над шоссе можно заметить лагерь бездомных — свидетельство того, что несёт с собой будущее.
  • При встрече с доктором Майклом Бьюрри, которого ему предстояло сыграть, Кристиан Бэйл одолжил у него на время съёмок шорты в стиле «карго» и футболку. Бэйл позже признался: ему очень хотелось, чтобы Бьюрри попал на премьеру в Лос-Анджелесе. «Я надеялся сесть рядом с ним в зрительном зале и выяснить: заедет он мне в зубы или нет»,- сказал актёр.
  • Стив Айсман, прототип персонажа Марка Баума в исполнении Стива Карелла, познакомился со специалистом по долговым обязательствам Вингом Чоу в «Окаде», японском ресторане отеля-казино «Wynn Las Vegas». К моменту съёмок фильма «Игра на понижение» ресторан уже закрылся, так что знакомство героев снимали в отеле «Harrah`s» в Новом Орлеане, где тоже есть круглосуточное казино.
  • Адам МакКей рассказывал, что прямо перед началом съёмок «Игра на понижение» Кристиан Бэйл серьёзно повредил колено. Послушав совета врачей, режиссёр решил в некоторых эпизодах снимать дублёра, однако Бэйл настаивал на том, чтобы сниматься самому. МакКей в конце концов поддался на его уговоры, однако при съёмках эпизодов за барабанной установкой у съёмочной площадки дежурили врачи, чтобы оказать актёру медицинскую помощь, если вдруг таковая понадобится.
  • Марго Робби, которая играет в эпизодической роли саму себя, уже снималась в фильме на тему финансов. Это был «Волк с Уолл-стрит» Мартина Скорсезе (2013).
  • Режиссёр и один из авторов сценария Адам МакКей рассказывал, что руководству студии герои книги Майкла Льюиса казались ущербными. «Они мне: «Надо их сделать более положительными», — а я им, типа: «Да все люди такие. Мартин Лютер Кинг гулял от жены. Ганди вообще ходоком был. Все мы уроды. И они ничуть не лучше».
  • Первым инвестором, откликнувшимся на письмо Бьюрри по электронной почте, был некто по фамилии Бейтман.
  • Это второй фильм по книге Майкла Льюиса, который продюсировал и в котором снялся Брэд Питт. Первым был «Человек, который изменил всё» (2011).
  • Вторая совместная работа актёров Райана Гослинга, Марисы Томей и Стива Карелла. Они уже снимались вместе в фильме «Эта дурацкая любовь» (2011).
  • На экране появляется надпись «Истина — всё равно что поэзия. Большинство людей от поэзии с души воротит» — подслушано в вашингтонском баре». На самом деле эту фразу придумал Адам МакКей, режиссёр и один из авторов сценария, после того как нигде не нашёл выражения, которое можно было бы вставить в соответствующий эпизод фильма.

Глава 10 Двое в лодке

Глава 10

Двое в лодке

Практически никто — ни домовладельцы, ни финансовые институты, ни рейтинговые агентства, ни регулирующие органы, ни инвесторы — не предвидел того, что сейчас творится.

Девен Шарма, президент S&P,

выступление перед палатой представителей США

22 октября 2008 года

По словам министра финансов Италии Джулио Тремонти, первым предсказал мировой финансовый кризис… Папа БенедиктXVI. «Пророческое предупреждение о крушении нерегулируемой экономики можно найти в статье, автором которой является кардинал Джозеф Ратцингер [в 1985 году]», — заявил вчера Тремонти в Миланском католическом университете.

Bloomberg News, 20 ноября 2008 года

Грег Липпманн видел в рынке низкокачественных ипотечных бумаг своего рода перетягивание каната. На одном конце находилась машина Уолл-стрит, которая штамповала кредиты, превращала их в облигации, преобразовывала самые плохие облигации в CDO, а когда кредитов не хватало, создавала их из воздуха. На другом конце стояла доблестная армия тех, кто ставил против кредитов. Оптимисты против пессимистов. Фантазеры против реалистов. Продавцы дефолтных свопов против покупателей. Неправые против правых. Метафора была точной до определенного момента — настоящего момента. Теперь картина изменилась: двое в лодке, связанные веревкой, бились друг с другом не на жизнь, а на смерть. Один, убив другого, выбрасывал его за борт и сам летел в воду вслед за ним. «Нам, плохим ребятам, было в кайф играть на понижение в 2007 году и делать на этом деньги, — говорит Стив Айсман. — В 2008 году вся финансовая система оказалась под угрозой. Мы все еще играли на понижение. Но мы не хотели крушения системы. Как будто приближается потоп, а ты Ной и сидишь в ковчеге. Да, тебе-то хорошо. Но потоп за пределами ковчега — зрелище не из приятных. Для Ноя этот момент не самый радостный».


К концу 2007 года ставки FrontPoint против низкокачественных ипотек окупились с лихвой — они удвоили объем своих активов с $700 млн до $1,5 млрд. Как только стало понятно, что они заработали фантастическую кучу денег, и Дэнни и Винни захотели зафиксировать прибыль. Ни один из них не верил до конца Грегу Липпманну, и даже столь роскошный подарок не рассеял недоверия. «Я бы в жизни не купил у него машину, — признается Дэнни. — Зато купил дефолтные свопы на $500 млн». Винни к тому же беспокоил философский аспект столь быстрой и крупной наживы. «Такая сделка случается раз в жизни, — говорит он. — Если бы мы отказались от нее из жадности, я бы себе этого не простил».

Все они, включая Айсмана, считали, что со своим темпераментом Айсман плохо подходит для принятия краткосрочных трейдинговых решений. Он был слишком эмоционален и действовал под влиянием эмоций. Ставки против низкокачественных ипотечных облигаций были для него не просто ставками, они задумывались почти как оскорбление. Стоило представителям Уолл-стрит заикнуться — а делали они это часто, — что проблемой низкокачественных кредитов стали лживость и финансовая безответственность рядовых американцев, Айсман неизменно парировал: «Что? В одно прекрасное утро все американцы вот так проснулись и решили сфальсифицировать заявки на кредит? Да, люди дают ложные сведения. Но они лгут, потому что от них ждут лжи». Негодование, движущая сила его игры, было направлено не на финансовую систему как таковую, а на людей на ее верхушке, тех, кто знал или должен был знать, что происходит: на персонал крупных фирм с Уолл-стрит. «Это не просто спор, а моральный крестовый поход, — говорит Айсман. — Мир перевернулся с ног на голову». Низкокачественные кредиты, на которых строилась их игра, ничего не стоили, утверждал он, а если кредиты ничего не стоят, страховка на эти кредиты неизбежно должна расти в цене. И поэтому они держали свои дефолтные свопы в ожидании очередных дефолтов по кредитам. «Мы с Винни сделали ставку на $50 млн и заработали $25 млн, — говорит Дэнни. — Стив поставил на $550 млн и заработал $400 млн».

В ходе Великой охоты за сокровищами был составлен длинный список компаний, имевших отношение к низкокачественным кредитам. К 14 марта 2008 года они продали в короткую акции практически всех финансовых фирм, так или иначе связанных с адской машиной. «Мы подготовились к Армагеддону, — говорит Айсман, — но в глубине души опасались: а что если Армагеддон так и не наступит?»

Этот вопрос встал как никогда остро 14 марта. С момента крушения хедж-фондов низкокачественных бумаг Bear Stearns в июне 2007 года рынок беспокоила судьба прочих фондов банка. За последнее десятилетие Bear Stearns, как и все остальные фирмы Уолл-стрит, увеличил размер ставок, сделанных на каждый доллар его капитала. Всего за последние пять лет соотношение заемных и собственных средств в Bear Stearns выросло с 20: 1 до 40: 1. В Merrill Lynch этот показатель поднялся с 16: 1 в 2001 году до 32: 1 в 2007 году, а в Morgan Stanley и Citigroup составил 33: 1. На этом фоне доля заемных средств в Goldman Sachs выглядела довольно скромно — 25: 1. Следует, однако, отметить, что Goldman умел ловко скрывать объемы своих заимствований. Для банкротства любой из перечисленных фирм требовалось лишь небольшое снижение стоимости их активов.

Вопрос на триллион долларов звучал так: что представляли собой эти активы? До 14 марта фондовый рынок верил крупным фирмам Уолл-стрит на слово. Никто не знал, что происходит в стенах Bear Stearns, Merrill Lynch или Citigroup, но эти фирмы всегда умели делать деньги, стало быть, и ставки делали продуманные. Но 14 марта рынок изменил свое мнение.

В то утро выдающийся аналитик Deutsche Bank Майк Майо пригласил Айсмана выступить перед собранием крупных инвесторов в конференц-зале штаб-квартиры банка на Уолл-стрит. По плану Айсман должен был выступать перед бывшим председателем Федеральной резервной системы Аланом Гринспеном вместе с известным инвестором по имени Билл Миллер, которому принадлежали акции Bear Stearns на $200 млн. По мнению Айсмана, только безумец мог вкладывать такие суммы в фирму с Уолл-стрит. Общаться с Гринспеном Айсман считал ниже своего достоинства, а это о многом говорило. «На мой взгляд, Алан Гринспен запомнится как наихудший председатель Федеральной резервной системы в истории, — заявлял он при любом удобном случае. — То, что Гринспен слишком долго держал слишком низкие процентные ставки, всего лишь цветочки. Я уверен, что он знал о происходящем на рынке низкокачественных ценных бумаг и закрывал на это глаза, поскольку обманутые потребители нисколько его не волновали. Мне даже как-то немного его жаль, ведь он умный человек, но заблуждается практически по всем вопросам».

На Уолл-стрит вряд ли найдется хоть кто-то, кого Айсман не оскорбил или не пытался бы оскорбить. На крупной конференции в Гонконге, услышав заявление председателя HSBC о том, что убытки его банка по низкокачественным ценным бумагам «взяты под контроль», Айсман поднял руку и спросил: «Вы ведь сами не верите в то, что говорите, не так ли? Все ваши отчеты — полная чушь». Как-то Айсман пригласил в свой офис Гьяна Синху, аналитика Bear Stearns, который с оптимизмом смотрел на низкокачественные бумаги, и принялся допрашивать его с таким пристрастием, что после разговора ему даже звонил продавец из Bear Stearns.

«Гьян возмущен», — сообщил он.

«Скажи ему, пусть не расстраивается, — ответил Айсман. — Мы славно поговорили!»

Несмотря ни на что, в конце 2007 года Bear Stearns пригласил Айсмана на теплую неформальную вечеринку — знакомство с новым генеральным директором Аланом Шварцем. Рождество с Bear, так они ее назвали. Шварц рассуждал о «безумии» рынка низкокачественных облигаций, где участники никак не могли договориться о ценах.

«И чья это вина? — не преминул встрять Айсман. — Ведь вы только этого и добивались. Так вам легче обирать клиентов».

На что новый генеральный директор ответил: «Мне бы не хотелось никого обвинять».

Выбор объекта нападок зависел от того, в общество каких шишек с Уолл-стрит Айсмана допускали. 14 марта 2008 года его пригласили на встречу с одним из крупнейших и известнейших на Уолл-стрит инвесторов-быков, где присутствовал и прославленный бывший председатель Федеральной резервной системы. Тот день был очень напряженным для рынков (ходили слухи, что у Bear Stearns какие-то неприятности), но, выбирая между представлением, которое разыгрывалось на рынке, и представлением, которое мог разыграть Айсман, Дэнни Мозес, Винсент Дэниел и Портер Коллинз долго не раздумывали. «Чего скрывать, — сказал Винни. — Там нас ждет развлечение. Это словно бой Али против Фрейзера. Неужели кто-то откажется на него посмотреть?» Они отправились на бой с Али, но уселись на заднем ряду, чтобы не особенно светиться.


Айсман занял место за длинным столом рядом с легендарным Биллом Миллером. Миллер говорил от силы минуты три, разъясняя разумность своих вложений в Bear Stearns. «А теперь предоставим слово нашему медведю, — провозгласил Майк Майо. — Стив Айсман».

«Ради такого я должен встать», — заметил Айсман.

Свою короткую речь Миллер произнес сидя. Предполагалось, что мероприятие будет проходить в формате обмена мнениями за круглым столом, а не официальных докладов, однако Айсман направился к трибуне. Отметив сидящую в третьем ряду мать, но игнорируя своих партнеров на задних рядах, а также пару десятков навостривших уши инвесторов (бесплатные билеты на бой Али против Фрейзера!), Айсман стал безжалостно препарировать американскую финансовую систему. «Почему в этот раз все иначе?» — так называлась его речь, хотя до сих пор не верилось, что он собирается произнести настоящую речь. «В настоящий момент у нас идет процесс самого масштабного сокращения уровня заемных средств за всю историю существования финансового рынка, — заявил он. — И конца этому процессу пока не видать. Единственное решение — это время. Время, чтобы унять боль.»

Как только Айсман поднялся, Дэнни инстинктивно вжался в кресло. «Всегда есть вероятность попасть в неловкое положение, — говорит он. — Но это все равно что смотреть на автомобильную аварию. Ты просто не можешь отвести взгляд». Сидевшие вокруг уткнулись в свои смартфоны BlackBerry. Они, конечно, с удовольствием бы послушали Айсмана, но фондовый рынок постоянно их отвлекал. В 09.13, как раз когда Айсман усаживался за стол, Bear Stearns объявил о получении кредита от J. P. Morgan. Через девять минут, когда Билл Миллер расписывал все прелести владения акциями Bear Stearns, Алан Шварц выпустил пресс-релиз. Он начинался такими словами: «В последнее время ходило очень много слухов относительно ликвидности Bear Stearns». Ликвидность. Если глава банка утверждает, что банк располагает достаточным количеством ликвидных средств, значит, у банка их нет.

В 09.41, приблизительно в тот момент, когда Айсман пробирался к трибуне, Дэнни продал пакет акций Bear Stearns, который Айсман купил накануне по $53 за штуку. Они заработали на этом пару долларов, но причина покупки этих акций, да еще вопреки мнению остальных, так и осталась загадкой. Время от времени Айсман проводил какую-нибудь краткосрочную сделку на небольшую сумму, полностью противоречащую всем их убеждениям. Причиной в данном случае, по мнению Дэнни и Винни, могло быть неравнодушие Айсмана к Bear Stearns. Айсман каким-то образом сроднился с самой ненавистной фирмой на Уолл-стрит, известной преимущественно своим полным безразличием к мнению конкурентов. «Он всегда говорил, что Bear Stearns никто никогда не поглотит, потому что его культура никогда не ассимилируется в другой культуре, — замечает Винни. — Думаю, в нем он видел какую-то часть самого себя». У Валери, жены Айсмана, имелась своя теория на этот счет. «Это такое необычное противоядие от его теории всемирного краха, — поясняет она. — Время от времени он заявляется домой с какой-нибудь эксцентричной длинной позицией».

Какие бы психологические мотивы ни стояли за внезапной покупкой Айсманом акций Bear Stearns, Дэнни с облегчением отделался от них. Айсман как раз растолковывал, почему миру грозит катастрофа, но его партнеры слушали только вполуха. потому что финансовый мир уже летел в бездну. «Как только Стив вышел на трибуну, акции начали падать», — рассказывает Винни. Пока Айсман объяснял, почему никто в здравом уме не станет держать акции, которые он сам купил 16 часов назад, Дэнни лихорадочно слал текстовые сообщения своим партнерам.

9.49. Боже — Bear по 47.

«Если [финансовая система США] похожа на бесконечную схему Понци, то только потому, что она ею и является».

9.55. Bear уже 43. Боже мой.

«Банки Соединенных Штатов только начинают осознавать всю масштабность кредитных проблем. Не хотел бы я держать, к примеру, акции какого-нибудь банка в штате Флорида, поскольку всем им, по-моему, недолго осталось жить».

10.02. Bear уже 29!!!

«Высшие слои общества изнасиловали свою страну. Вы обманули ее жителей. Вы создали машину, обдирающую людей. Я не раз сталкивался с представителями крупных фирм с Уоллстрит, не имеющими совести. Никто ни разу не сказал: “Это неправильно”. И никого не заботили мои слова».

На самом деле, последние фразы Айсман произнес не вслух, а про себя. И он не знал, что творится на фондовом рынке, поскольку во время выступления не мог достать свой BlackBerry.

Но пока он говорил, инвестиционный банк с Уолл-стрит рушился прямо на глазах, и дело было не в мошенничестве. Возникал естественный вопрос: что же происходило?

Впоследствии банкротство Bear Stearns объяснили бегством вкладчиков, и в этом была доля правды — другие банки отказывались иметь с ним дело, хедж-фонды закрывали счета. Однако и тогда, и полгода спустя вопрос все же оставался: почему рынок вдруг перестал доверять гигантской фирме с Уолл-стрит, в чьей устойчивости совсем недавно никто не сомневался? В марте 2007 года кончина Bear Stearns казалась столь немыслимой, что Cornwall Capital приобрела страховку от его банкротства меньше чем за 0,3 %. Заплатив $300 000, она заработала $105 млн.

«Уровень заемных средств» — таким был ответ Айсмана в этот день. Для получения прибыли Bear Stearns, подобно всем прочим фирмам Уолл-стрит, каждый доллар своего капитала нагружал все большим количеством спекулятивных ставок. Однако этим проблема не ограничивалась — она усугублялась характером спекулятивных ставок.

Рынок низкокачественных ипотечных бумаг прошел две четко выраженные фазы развития. Первая, на которой львиную долю риска рыночного краха несла AIG, длилась до конца 2005 года. Когда AIG резко передумала, трейдеры AIG FP допускали, что их действия могут полностью парализовать рынок низкокачественных ипотечных бумаг[29]. Разумеется, ничего подобного не произошло. Уолл-стрит к тому моменту зарабатывала слишком много на превращении дрянных облигаций с рейтингом «три В» через CDO в якобы безрисковые бумаги с рейтингом «три А», чтобы от этого отказываться. Рулившие машиной CDO обрели слишком большую власть. С конца 2005-го и до середины 2007 года фирмы с Уолл-стрит налепили низкокачественных CDO на $200–400 млрд. Точнее никто сказать не мог. Будем считать, что эта сумма составляет $300 млрд, из которых приблизительно $240 млрд получили рейтинг «три А» и рассматривались в учетных целях как безрисковые, а следовательно не требующие раскрытия. Большая их часть, если не все, учитывалась за балансом.


К марту 2008 года фондовый рынок наконец-то понял то, что продавцы ипотечных облигаций знали уже давно: кто-то потерял как минимум $240 млрд. Но кто? Благодаря Хауи Хаблеру Morgan Stanley до сих пор принадлежали примерно $13 млрд в CDO. Какую-то часть держали идиоты из Германии, Вин Чау и прочие менеджеры по CDO владели еще какой-то частью, хотя вопрос, на чьи деньги они покупали облигации, все еще оставался без ответа. Ambac Financial Group и MBIA Inc., которые долго занимались страхованием муниципальных облигаций, заняли место AIG после ее ухода и держали примерно по $10 млрд. В действительности назвать точные размеры убытков или имена тех, кто их понес, не мог никто. Ясно было лишь одно: потери любой фирмы с Уолл-стрит, глубоко увязшей в рынке низкокачественных ценных бумаг, намного превосходят то, что признавалось. Bear Stearns погряз в рынке низкокачественных бумаг глубже других. Он держал по $40 в низкокачественных ипотечных облигациях на каждый доллар своего капитала. Вопрос заключался не в том, мог ли Bear Stearns рухнуть, а в том, мог ли устоять.

Стив Айсман закончил речь и направился к своему месту. Проходя мимо Билла Миллера, он, можно сказать, сочувственно похлопал его по спине. Отвечая на последовавшие вопросы, Миллер подчеркивал крайне низкую вероятность краха Bear Stearns, поскольку до сих пор крупные инвестиционные банки Уолл-стрит терпели крах только в результате разоблачения преступной деятельности. Айсман тут же выпалил: «Сейчас всего пять минут одиннадцатого. Подождите немного». В остальном он вел себя почти вежливо. Сидевшие на заднем ряду Дэнни и Винни испытывали смешанное чувство облегчения и разочарования, которое возникает после того, как торнадо едва не зацепил крупный город.

Царившую в зале атмосферу нарушил не Айсман, а какой-то юнец с задних рядов. На вид лет 20, он, как и все остальные, молотил по клавиатуре BlackBerry все время, пока выступали Миллер и Айсман. «Господин Миллер, — обратился молодой человек к докладчику, — с начала вашего выступления акции Bear Stearns упали больше чем на 20 пунктов. Вы все еще хотите их купить?»

Миллер казался озадаченным. «Он определенно понятия не имел, что произошло, — вспоминает Винни. — И ответил: “Да, конечно, я буду покупать еще”».

После этого присутствующие ринулись к выходу, очевидно, для того, чтобы продать свои акции Bear Stearns. Когда пришел черед выступления Алана Гринспена, оно уже никого не интересовало. От слушателей не осталось и следа. К понедельнику следа не осталось и от Bear Stearns; он был продан J. P. Morgan по $2 за акцию[30].

По внешнему виду людей, появляющихся из подземелья на северо-восточном углу Мэдисон-авеню и 47-й улицы в 6.40, можно многое рассказать, если знать, на что смотреть. Любой человек, оказавшийся в таком месте и в такое время, скорее всего, работал на Уолл-стрит. Но вот людей, которые выходили на улицу в районе Пенсильванского вокзала в тот момент, когда прибывал поезд Винсента Дэниеля, характеризовать было куда труднее. «Утренний поезд Винни только на 55 % заполнен финансистами, поскольку на нем едут строители, — говорит Дэнни Мозес. — Мой — на 95 %». Случайному наблюдателю обитатели Уолл-стрит, приезжавшие из пригородов Коннектикута на Центральный вокзал, представлялись однообразной массой, однако Дэнни различал в этой массе множество мелких и существенных особенностей. Если кто-то уткнулся в BlackBerry, значит, он из хедж-фонда, выясняет прибыли и убытки на азиатских рынках. Спит в поезде — значит, скорее всего, занимается продажей, брокер, торгующий на чужие деньги. Если несет портфель или сумку, — вероятнее всего, занимается не продажами, поскольку в сумке можно носить только аналитические отчеты, а брокеры не читают собственные опусы, по крайней мере в свободное время. Любой, кто держит в руках экземпляр New York Times, скорее всего, юрист, сотрудник бэк-офиса или кто-то, причастный к финансовым рынкам, но не работающий на них.

Одежда тоже говорила о многом. Те, кто управлял деньгами, одевались так, словно направлялись на бейсбольный матч. Их оценивали исключительно по финансовым результатам, поэтому слишком дорогая одежда вызывала подозрения. Если вам попадался кто-то, покупающий за собственный счет, в костюме, это означало, что у него либо возникли затруднения, либо назначена встреча с тем, кто дает деньги, либо и то и другое. Сказать больше по одежде людей, занимавшихся покупками, было сложно. Представители стороны продажи могли носить деловую униформу: вон тот, в блейзере и брюках-хаки, — брокер второразрядной фирмы; а вот этот — в костюме за $3000 и с укладкой примерно за столько же — инвестиционный банкир из J. P. Morgan и т. п. Дэнни мог вычислить место работы человека даже по тому, где тот сидел в поезде. Сотрудники Goldman Sachs, Deutsche Bank и Merrill Lynch, направлявшиеся в центр города, усаживались впереди (хотя, когда Дэнни размышлял об этом, сотрудники Goldman редко пользовались поездом). У них имелись собственные машины. Сотрудники хедж-фондов вроде Дэнни работали ближе к окраинам и поэтому выходили на Центральном вокзале в северную сторону, где словно бы из ниоткуда возникавшие такси слетались на них, как голуби на хлебные крошки. Сотрудники Lehman и Bear Stearns обычно пользовались тем же выходом, что и Дэнни, но с ними уже было покончено. Этим как раз и объяснялся тот факт, что 18 сентября 2008 года в 6.40 на северо-восточном углу Мэдисон-авеню и 47-й улицы людей было гораздо меньше, чем в то же время 18 сентября 2007 года.

От внимания Дэнни не ускользала ни одна мелочь в облике его коллег-финансистов — в каком-то смысле, это была его работа. Подмечать всякие мелочи. Айсман мыслил глобально. Винни отвечал за анализ. Дэнни, главный трейдер, был на рынке их глазами и ушами, источником сведений, которые не транслируются и не рассылаются: слухи, поведение брокеров на стороне продажи, движения цен на экранах. Перечень его должностных обязанностей включал: пристальное внимание к деталям, быстрые расчеты — и защита от обмана.

С этой целью у него на столе стояли пять мониторов. На одном бежали новости, второй показывал мгновенные изменения в их портфеле, остальные три отображали переговоры Дэнни примерно с четырьмя десятками брокеров с Уолл-стрит и инвесторов. За месяц он получал 33 000 электронных писем. Человек непосвященный мог бы запросто потонуть в этом бурном потоке мелочей. Но для Дэнни все они имели значение, поскольку ему не нужно было выстраивать из них общую картину. Дэнни отвечал за детальную прорисовку.

К четвергу, 18 сентября 2008 года, общая картина стала настолько расплывчатой, что детальное представление никак не складывалось у него в голове. В понедельник Lehman Brothers объявил о банкротстве, а Merrill Lynch, заявивший об убытках в размере $55,2 млрд по CDO, обеспеченным низкокачественными облигациями, был куплен Bank of America. Американский фондовый рынок упал ниже, чем в первый торговый день после террористической атаки на Всемирный торговый центр. Во вторник Федеральная резервная система США объявила о предоставлении кредита в размере $85 млрд страховой компании AIG для покрытия убытков по дефолтным свопам, проданным ею банкам с Уолл-стрит. Больше всего, $13,9 млрд, она была должна Goldman Sachs. Если приплюсовать сюда $8,4 млрд наличными, которые AIG уже заплатила Goldman в виде обеспечения, нетрудно подсчитать, что банк перенес на страховую компанию риск более чем на $20 млрд в низкокачественных ипотечных облигациях и теперь этот риск покрывался американскими налогоплательщиками. Один только этот факт заставлял задуматься: сколько еще таких облигаций гуляло на рынке и кто держал их?


Федеральная резервная система и Министерство финансов делали все, чтобы успокоить инвесторов, но в среду о спокойствии не могло идти и речи. Фонд денежного рынка под названием Reserve Primary Fund объявил о том, что понес серьезные убытки по краткосрочным кредитам, предоставленным Lehman Brothers, и что его инвесторы вряд ли получат обратно все свои деньги, и приостановил выкуп своих паев у инвесторов. Денежные рынки не являлись хранилищем наличности — они выплачивали проценты и несли определенный риск — но до того момента люди считали их таковым. Даже собственные деньги никому нельзя было доверить. Компании по всему миру принялись выцарапывать свои средства из фондов денежного рынка, и краткосрочные процентные ставки взлетели как никогда раньше. Индекс DJIA упал на 449 пунктов, до самой низкой отметки за последние четыре года, и все значимые новости поступали не из частного сектора, а от правительственных чиновников. Приехав в четверг на работу в 6.50, Дэнни узнал, что главный британский финансовый регулятор рассматривает вопрос о запрете коротких продаж (решение, которое, помимо прочего, положит конец хедж-фондам), но это не объясняло всего происходившего. «И тут начался такой ад кромешный, какого мне за всю жизнь видеть еще не доводилось», — рассказывает Дэнни.

FrontPoint был идеально подготовлен к этому. По соглашению с инвесторами фонд мог иметь на фондовом рынке только 25 %-ную короткую или 50 %-ную длинную чистую позицию, а суммарный объем позиций не мог превышать 200 %. Например, на каждые $100 млн, доступных для инвестирования, чистая короткая позиция не могла превышать $25 млн, а чистая длинная позиция — $50 млн. Стоимость же всех ставок не могла быть больше $200 млн. В соглашении ничего не говорилось о дефолтных свопах, но это уже не имело значения. («Мы так и не смогли придумать, как включить их», — говорит Айсман.) Последний своп они продали Грегу Липпманну два месяца назад, в начале июля. И теперь занимались инвестициями только на фондовом рынке.

На тот момент они продали в короткую почти столько, сколько им дозволялось, и все их ставки были против банков, т. е. компаний, идущих ко дну быстрее всего: как только рынки открылись, они оказались в плюсе на $10 млн. Акции, проданные в короткую, падали; акции купленные — преимущественно акции мелких банков, не имевших отношения к рынку низкокачественных бумаг, — падали меньше. По идее Дэнни должен был ликовать: все случилось именно так, как они и предсказывали. Его, однако, переполняла не радость, а тревога. В 10.30, через час после открытия торгов, акции всех финансовых организаций, заслуженно или нет, начали свободное падение. «Вся эта информация проходит через меня, — говорит он. — Предполагалось, что я знаю, как ее распределять. Цены менялись с такой скоростью, что я не успевал за ними следить. Словно черная дыра. Первозданный хаос».

Прошло уже четыре дня с тех пор, как рухнул Lehman Brothers, но самые серьезные последствия его крушения проявились только сейчас. Акции Morgan Stanley и Goldman Sachs быстро падали, и было очевидно, что спасти их может только правительство США. «Как будто землетрясение, после которого с большим опозданием обрушивается цунами», — говорит Дэнни. В своей работе он привык играть против других людей, но в этом случае его противником была стихия: синтетические CDO обернулись синтетической катастрофой. «Обычно ты чувствуешь, что можешь контролировать ситуацию, — рассказывает Дэнни. — Твоя сила — в понимании происходящего. В тот момент знания потеряли значение. Тебя просто несло волной».

У FrontPoint было порядка 70 ставок на разных фондовых рынках по всему миру. И все они были сделаны на финансовые институты. Он отчаянно старался уследить за ними, но у него ничего не выходило. Они держали акции KeyBank и продали в короткую акции Bank of America, но и те и другие вели себя как никогда прежде. «На рынке нельзя было ставить ни на что, — говорит Дэнни. — Рынка как такового уже не существовало. Только тогда я осознал, что вопрос не ограничивается нашим портфелем. Фундаментальные показатели не играли роли. Акции росли и падали только на эмоциях и предположениях оносительно дальнейших действий правительства». Из головы не выходила тревожная мысль: Morgan Stanley вот-вот пойдет ко дну. Их фонд принадлежал Morgan Stanley. С Morgan Stanley у них не было никаких дел, и они никак не были с ним связаны. Они не считали себя сотрудниками Morgan Stanley — Айсман не раз повторял, что очень хотел бы продать в короткую акции банка. Они считали себя управляющими собственного фонда. Но если Morgan Stanley обанкротится, то его доля в их фонде превратится в актив в деле о банкротстве. «Я думал: странно получается — мы, черт побери, взяли мир за яйца, а компания, на которую мы работаем, может обанкротиться.»

А потом Дэнни почувствовал, что ему становится нехорошо. Около 11.00 у него перед глазами поплыли черные волны. Монитор компьютера то появлялся, то исчезал. «Голова просто раскалывалась, — вспоминает он. — Хотя я никогда не страдал головными болями. Я подумал, может, у меня аневризма». Он в буквальном смысле слышал стук сердца — посмотрев вниз, он мог увидеть, как оно бьется о грудную клетку. «Все утро я изо всех сил старался держать под контролем эту энергию и информацию, но не смог».

Подобное с ним случалось лишь однажды. 11 сентября 2001 года в 8.46 он сидел за рабочим столом на верхнем этаже Всемирного финансового центра. «Знаете, как это бывает, в городе вдруг с грохотом проезжает мусоровоз, а ты думаешь: “Что это было?”» Пока кто-то не сказал, что в Северную башню врезался самолет, Дэнни думал, что мимо прогромыхал мусоровоз. Он подошел к окну взглянуть на здание через улицу. Маленький самолет местной авиалинии, подумалось ему, вряд ли нанес серьезные повреждения и, наверное, торчит из здания. Но вместо этого увидел черную дыру и дым. «Я сразу же подумал, что это не случайность. Никак не случайность». Он все еще работал в Oppenheimer and Co., Стив и Айсман уже уволились; чей-то властный голос по громкоговорителю запретил покидать здание. Дэнни остался стоять у окна. «И тут люди начали выпрыгивать из окон, — вспоминает он. — Они летели вниз». Грохот еще одного мусоровоза. «Когда второй самолет врезался в башню, я мысленно попрощался со всеми». К лифту он подошел вместе с двумя беременными женщинами; одну он проводил до квартиры, на 14-ю улицу, а вторую до Plaza Hotel, после чего направился домой к беременной жене, на 72-ю улицу.

Через четыре дня он уехал, точнее сбежал, из Нью-Йорка вместе с женой и маленьким сыном. Гроза застигла их на шоссе глубокой ночью, и Дэнни был уверен, что на машину вот-вот рухнет какое-нибудь дерево. Он обливался потом и трясся от ужаса. Деревья стояли на расстоянии полусотни ярдов и никак не доставали до дороги. «Тебе нужно показаться врачу», — сказала жена, и он последовал ее совету. Дэнни списывал все на проблемы с сердцем и поэтому половину дня провел подключенным к электрокардиографу. Утрата самообладания смущала его — он предпочел о ней умолчать, — и когда приступы стали реже и не настолько серьезными, он испытал глубокое облегчение. Через несколько месяцев после теракта они прошли окончательно.


18 сентября 2008 года он не связал свое теперешнее состояние с состоянием в прошлом. Дэнни вышел из-за стола и обвел взглядом комнату. Обычно Айсман сидел напротив него, но в тот момент он находился на какой-то конференции с целью привлечь дополнительные средства, что свидетельствовало об их неподготовленности к моменту, к которому, как казалось, они хорошо подготовились. Дэнни повернулся к коллеге. «Портер, кажется, у меня сердечный приступ».

Портер Коллинз рассмеялся: «Нет у тебя никакого приступа». Имея за плечами олимпийскую карьеру гребца, Портер Коллинз не мог похвастаться чувствительностью к состоянию других людей, поскольку считал, что настоящей боли они не испытывали.

«Нет, — ответил Дэнни, — мне нужно в больницу». Он побледнел, но все-таки мог держаться на ногах. Насколько это серьезно? Дэнни всегда был чуток неспокойным.

«Вот поэтому он так блестяще и справляется со своей работой, — говорит Портер. — Я твердил: “Нет у тебя никакого приступа”. И тут он замолк. И я говорю: “Ладно, может, и есть”». Но толку от этого было мало. Пошатываясь, Дэнни повернулся к Винни, который видел все из дальнего угла комнаты и собирался уже вызвать скорую помощь.

«Мне нужно на воздух, сейчас же», — сказал Дэнни.

Ставки Cornwall Capital против низкокачественных ипотечных облигаций увеличили капитал фонда в четыре раза, с $30 млн до $135 млн, но трем основателям было не до ликования. «Мы искали, куда можно безопасно вложить деньги», — рассказывает Бен Хокетт. Раньше у них не было денег. А сейчас они разбогатели, но боялись, что не сумеют сохранить нажитое состояние. Со временем присущие им тревожность и мнительность только усилились. Они не переставали удивляться, как людям, принимающим сенсационно верные решения (т. е. им), удалось сохранить такую неуверенность, робость и нерешительность, благодаря которым они, собственно, и принимали верные решения. Чем увереннее ты в себе и своих суждениях, тем сложнее заметить собственные ошибки.

Рискованные ставки по какой-то причине остаются уделом молодых. Чарли Ледли и Джейми Май больше не чувствовали себя молодыми и не вели себя как молодые. Чарли страдал от мигреней и был поглощен тем, что может случиться дальше. «Я думаю, в нашей демократии есть нечто пугающее, — говорит Чарли. — Мне кажется, это результат того, что люди чувствуют порочность системы, и спорить с этим довольно трудно». Вместе с Джейми они немало времени провели в раздумьях по поводу того, как нанести удар по насквозь прогнившей финансовой системе. Они, например, разработали план мести рейтинговым агентствам: собирались создать некоммерческую организацию, которая будет заниматься исключительно судебным преследованием Moody’s и S&P и передавать вырученные средства инвесторам, потерявшим деньги на инвестициях в ценные бумаги с рейтингом «три А».

Как выразился Джейми, «мы собирались прийти к инвесторам и сказать: “Эй, ребята, вы даже не представляете, как сильно вас накололи. Вам, ребята, нужно подать иск”». У них накопилось столько негатива от общения с крупными фирмами Уолл-стрит и людьми, которые зарабатывали там деньги, что они побоялись поделиться этой идеей с нью-йоркскими юристами, а отправились в Портленд, штат Мэн, где нашли юридическую фирму, согласившуюся их выслушать. «Там тоже сказали: вы, ребята, с ума сошли, — говорит Чарли. — Предъявлять иск рейтинговым агентствам за неточные рейтинги — все равно что судиться с журналом Motor Trend за рекламу машины, которая попала в аварию».

Чарли позвонил своему бывшему профессору, выдающемуся историку, знатоку финансовых кризисов. «Эти звонки всегда раздавались поздно ночью, — рассказывает историк, пожелавший остаться неизвестным. — И разговоры затягивались надолго. Помню, он начинал словами: “Вы знаете, что такое мезонинные CDO?” И принимался разъяснять все эти схемы». Как инвестиционные банки Уолл-стрит обманом заставили рейтинговые агентства благословить горы ненадежных кредитов; как обычные американцы смогли взять взаймы триллионы долларов; как обычные американцы с радостью следовали правилам и лгали ради получения кредитов; как механизм превращения кредитов в якобы безрисковые ценные бумаги оказался настолько запутанным, что инвесторы перестали оценивать риски; как проблема обрела такие грандиозные масштабы, что привела к серьезным социальным и политическим последствиям. «Он хотел вслух проговорить свои аргументы, — замечает историк, — и проверить, считаю ли я его безумцем. Он спрашивал, будет ли Федеральная резервная система покупать ипотечные кредиты, но, по моему мнению, это было маловероятно. Одна только мысль о подобных действиях обернется для нее катастрофой гигантских масштабов». Более всего выдающегося финансового историка поразили не столько тревожные факты, сколько то, что услышал он о них только сейчас — от Чарли Ледли. «Предполагал ли я когда-нибудь, что Чарли Ледли сможет предвидеть величайший финансовый кризис со времен Великой депрессии? — говорит он. — Нет». И дело не в том, что Чарли был глуп. Отнюдь. Просто Чарли сложно представить в роли финансиста. «Он не материалист, — поясняет профессор. — Его не волнуют деньги. Но он очень разозлился. И принял ситуацию близко к сердцу».

Тем не менее утром 18 сентября 2008 года Чарли Ледли еще не утратил способность удивляться. Обычно он и Джейми не сидели за терминалами Bloomberg и не следили за новостями, но в среду, 17 сентября, они занимались именно этим. Убытки, объявленные крупными фирмами Уолл-стрит по низкокачественным ипотечным облигациям, и так немаленькие, продолжали расти. Merrill Lynch, который заявил было об убытках в $7 млрд, признался, что их сумма превысила $50 млрд. Убытки Citigroup приблизились к $60 млрд. Morgan Stanley говорил о $9 млрд с хвостиком, но кто знает, что за этим стояло. «Мы неправильно оценивали происходящее, — говорит Чарли. — Мы предполагали, что они сплавляют CDO с рейтингом «три А» кому-нибудь вроде Корпорации корейских фермеров. Но банкротства свидетельствовали об обратном. Они держали их сами».

Крупные фирмы Уолл-стрит, которые представлялись такими трезвомыслящими и своекорыстными, на деле перекочевали в стан глупых денег. Стоявшие во главе этих фирм люди не понимали собственный бизнес, а регуляторы, похоже, знали еще меньше. Чарли и Джейми всегда казалось, что финансовую систему возглавляет некая важная фигура, с которой они никогда не встречались, но они ошибались. «Мы никогда не попадали в пасть чудовища, — рассказывает Чарли. — Видели, как выносили тела, но сами не попадали». Мелькнувший перед глазами Джейми заголовок из новостей Bloomberg News прочно засел у него в голове: «Лидер большинства в сенате сказал о кризисе: никто не знает, что делать».


Еще задолго до того, как другие приняли его точку зрения, Майкл Бэрри сожалел, что его инвестиционный портфель превращается в ставку на крушение финансовой системы. Сколотив состояние на кризисе, он начал задумываться о социальных аспектах своей финансовой стратегии — о том, не предстанет ли он когда-нибудь в глазах других людей в таком же искаженном виде, в каком они представляли себе финансовую систему. Через три месяца после кончины Bear Stearns, 19 июня 2008 года, ФБР арестовало Ральфа Чоффи и Мэтью Тэннина, возглавлявших обанкротившиеся хедж-фонды Bear Stearns. Их увели в наручниках прямо из дома[31]. Поздно вечером Майкл Бэрри отправил электронное письмо своему юристу Стиву Друскину. «Если честно, я очень нервничаю из-за этого дела. Я беспокоюсь, что когда-нибудь мои письма, точно так же вырванные из контекста, навлекут на меня неприятности, несмотря на то что конечные результаты подтвердят абсолютную правильность моих действий. Не представляю, смог бы я пережить тюремное заключение, зная, что ни в чем не виноват, кроме как в некоторой беспечности и неумении фильтровать мысли, попадающие в электронные письма. Я так дергаюсь из-за этого, что сегодня даже подумывал о закрытии фонда».

Бэрри искал доводы, чтобы отказаться от управления активами. А инвесторы то и дело их подбрасывали: он заработал для них кучу денег, но, казалось, они не сочли это достаточной компенсацией за нервотрепку последних трех лет. К 30 июня 2008 года прибыль каждого инвестора, державших средства в Scion Capital с первых дней, т. е. с 1 ноября 2000 года, после вычета вознаграждений и издержек составила 489,34 %. (Валовая прибыль фонда достигла 726 %.) За тот же период S&P 500 принес чуть более 2 %. Только за 2007 год Бэрри заработал для своих инвесторов $750 млн — и тем не менее в настоящее время под его управлением находилось всего $600 млн. Существующие инвесторы выводили свои деньги. Новые инвесторы не объявлялись — ни одного человека. Никто не звонил с просьбой поделиться взглядами на ситуацию или прогнозами на будущее. До сих пор никто не удосужился поинтересоваться, как же ему удалось добиться таких результатов. «Мы не пользуемся особой популярностью», — писал он.

Бэрри бесил тот факт, что люди, претендовавшие на высшее знание, большую часть времени лебезили перед средствами массовой информации. Ни один вид деятельности не мог быть объективнее управления инвестициями, но тем не менее даже в этом бизнесе факты и логика уступали туманному социальному фактору происходившего. «Должен признаться, меня удивляет, сколько народу теперь утверждает, что предвидели крах рынка низкокачественных ценных бумаг, бум на сырьевых рынках и экономический спад, — писал Бэрри в апреле 2008 года оставшимся инвесторам. — Возможно, они не всегда многословны, но на телевидении и в интервью журналистам уверенно высказываются относительно будущего. Конечно, разве осмелится рассуждать о будущем тот, кто кошмарно ошибся в недавнем прошлом, верно? Только я не помню, чтобы тогда многие со мной соглашались». Получалось так, будто его правота оборачивалась против него самого — его присутствие доставляло неудобство людям. Один из специализированных журналов опубликовал перечень 75 самых прибыльных хедж-фондов 2007 года, и Scion в нем не оказалось, хотя по прибыли он должен был стоять среди первых. «Как будто на Олимпийских играх одного пловца поместили в отдельный бассейн, — говорит Бэрри. — Его результат был золотым. Но медали он не получил. Я искренне считаю, что именно это и убило во мне желание продолжать. Мне хотелось признания. Но тщетно. Я готовился к Олимпийским играм, а меня отправили в бассейн для новичков». Некоторые из оставшихся инвесторов интересовались, почему он активно не занимается связями с общественностью — как будто он был обязан ими заниматься!

В начале октября 2008 года, после заявления американского правительства о принятии на себя всех убытков финансовой системы и спасении крупных фирм Уолл-стрит от банкротства, Бэрри принялся покупать акции с энтузиазмом, доселе ему не свойственным. Внешнее воздействие, как ему казалось, неизбежно повлечет за собой не только инфляцию, но и рост цен акций. Возможно, он поторопился, и акции могли еще опуститься, прежде чем пойти вверх, но это было для него неважно. В конечном итоге эти ставки все равно окупились бы. Самый крупный из оставшихся инвесторов, чья доля в фонде составляла $150 млн, усомнился в разумности данного решения и тут же пригрозил забрать деньги.

27 октября Бэрри писал одному из двух своих друзей по переписке: «Сегодня я ликвидирую все позиции. Думаю, мой предел достигнут. Я плохо ем, плохо сплю, не разговариваю с детьми и женой, я разбит. Синдром Аспергера наградил меня талантами, но они слишком долго осложняли мне жизнь». В пятницу днем, в начале ноября, он почувствовал боль в груди и отправился в пункт скорой помощи. Оказалось, у него подскочило давление. «Мне кажется, я сам сокращаю свою жизнь», — писал он. Через неделю, 12 ноября, он послал инвесторам последнее обращение. «Меня постоянно подталкивали к краю и мои собственные действия, и инвесторы, и деловые партнеры, и даже бывшие сотрудники, — говорилось в письме. — Мне всегда удавалось отойти назад и сохранить эти зачастую слишком напряженные отношения с бизнесом. Но в последнее время проблемы личного характера заставили меня переступить черту. Я с грустью осознаю, что должен закрыть фонд». После этого он исчез, и никто толком не знал, что произошло.

Он оказался прав, а мир ошибся, и за это мир его возненавидел. Майкл Бэрри пришел к тому, с чего начинал: одинокий, ищущий утешения в своем одиночестве. Все время он проводил в офисе в Купертино, штат Калифорния, который мог вместить не меньше 25 сотрудников, но фонд был закрыт и помещение пустовало. Оставался, правда, еще Стив Друскин, и последней его задачей было решить, что делать с принадлежавшими Майклу Бэрри дефолтными свопами на низкокачественные ипотечные облигации. «Майк все еще держал несколько свопов, чисто для прикола, — рассказывает он. — Всего пару штук. Чтобы проверить, сможет ли он получить за них причитающееся». И ему это удалось, хотя целью было не развлечение, а скорее доказательство правоты: облигации инвестиционного уровня, против которых он ставил, на самом деле ничего не стоили. Две оставшиеся ставки были сделаны против низкокачественных облигаций, выпущенных Lehman Brothers в 2005 г. Они обратились в пыль одновременно со своим создателем. Бэрри поставил примерно по $100 000 на каждую и заработал по $5 млн.

Для юриста, закрывающего инвестиционный фонд, проблема заключалась в сроке действия этих странных контрактов: он истекал в 2035 г. Брокеры давным-давно полностью их оплатили: 100 центов за доллар. Больше ни одна фирма с Уолл-стрит не присылала им котировки. «Я не получал выписок по брокерским счетам, где бы значились открытые позиции, — говорит Друскин. — Но они у нас были. Словно никто больше не желал об этом говорить. Мол, “вы получили свои $10 млн — и отвяжитесь”».


На Уолл-стрит юристы играли ту же роль, что и врачи во время войны: они появлялись после перестрелок и ликвидировали беспорядок. Тридцатилетние контракты с техническим риском погашения — точный размер этого риска Друскин все еще пытался определить — был последним беспорядком, оставшимся после Майкла Бэрри. «Возможно, брокеры просто выбросили контракты, — говорит Друскин. — Три года назад никто из них и помыслить не мог о подобном исходе. И поэтому никто не был к этому готов. Мы заявили, что выходим из бизнеса. А они в ответ: “Ну и ладно”».

Когда Айсману позвонил Дэнни Мозес и сообщил, что его едва не хватил удар и что он с Винни и Портером сидит на ступеньках собора Святого Патрика, тот переживал медленный, практически климактерический переход в другое состояние. Он не был готов к первому «приливу», случившемуся поздней осенью 2007 года. К этому моменту многие уже поняли, что он был прав, а они заблуждались и что он к тому же заработал целое состояние. Он посетил конференцию, организованную Merrill Lynch сразу после увольнения генерального директора, Стэна О’Нила, где банк признал $20 млрд из $52 млрд убытков по низкокачественным бумагам. Там Айсман подсел к финансовому директору Merrill, Джеффу Эдвардсу, тому самому, которого он подкалывал несколько месяцев назад по поводу моделей риска, применяемых в банке. «Помните, что я говорил о ваших моделях риска? — поинтересовался Айсман. — А ведь я был прав, да?» И тут же, как ни странно, пожалел о своих словах. «Мне стало стыдно, — признается он. — Это был грубый выпад. Он такой славный парень. Он просто ошибся. Я больше не был неудачником и должен был вести себя иначе».







Данный текст является ознакомительным фрагментом.




Продолжение на ЛитРес








7 бизнес-уроков из популярного фильма — Секрет фирмы

Уже неделю в российском прокате идёт «Игра на понижение» — фильм о причинах мирового финансового кризиса 2008 года и о людях, которые сумели предсказать катастрофу и заработать на ней. Сюжет основан на бестселлере Майкла Льюиса «Большая игра на понижение». Герои — реальные инвесторы и банкиры с Уолл-стрит — действуют неординарно и получают шанс заработать на приближающемся кризисе. «Секрет» выбрал, чему у них стоит поучиться предпринимателям.

Изучайте детали, которые остальные считают неважными

Основатель хедж-фонда Scion Capital Майкл Бэрри предсказал мировой финансовый кризис, когда заперся в кабинете и изучил тысячи страниц документов, в которые до него никому не приходило в голову заглянуть. В начале фильма он заявляет новому сотруднику, что хочет получить информацию обо всех кредитах, которыми обеспечены низкокачественные ипотечные облигации, и тот удивляется заданию — их же миллионы, и никто никогда ими не интересовался. «Вот именно», — отвечает Бэрри и проводит следующие несколько дней, просматривая данные по каждому кредиту.

Кроме него такое внимание договорам по кредитам уделяли только юристы, которые их составляли. И поэтому Бэрри одним из первых увидел приближение мирового финансового кризиса — он выяснил, что число «токсичных» кредитов растёт. Кредиторы выдавали займы людям, которые были не в состоянии вернуть деньги, причём позволяли им платить только проценты. Обвал рынка недвижимости был неминуем.

Хотите оценить рынок, свои перспективы или конкурентов? Не ленитесь и проштудируйте всю доступную информацию, даже если её очень много. И обязательно читайте мелкий шрифт.

Презентуйте сложные вещи эффектно и метафорически

Переполненный бар, пьяные банкиры — в такой обстановке главный трейдер Deutsche Bank Джаред Веннетт (в книге и в жизни — Грег Липманн) слышит о безумце, который ходит по банкам и скупает дефолтные свопы (финансовые инструменты, страхующие от невыплаты по долгам) на низкокачественные ипотечные облигации. Липманн вслед за Майклом Бэрри решает сделать ставку на обвал рынка недвижимости, но для этого ему нужны партнёры из хедж-фонда. Он приходит к основателю Frontpoint Partners Марку Бауму (в книге и в жизни — Стив Айсман). Как убедить инвестора играть против рынка, который называют самым стабильным?

Веннетт достаёт игру «Дженга» — деревянные бруски, их надо выстроить в башню, а затем вынимать по одному. Цифры и факты, которыми сыплет Веннетт, сопровождаются вытаскиванием брусков из башни, символизирующей постройку из ипотечных облигаций класса BBB (кредитный рейтинг со средним уровнем надёжности, в облигации низшего класса инвестировать не рекомендуется). Конец презентации — и «Дженга» рушится. Аллегория яснее некуда — облигации превратятся в проблемные, как только 16% заёмщиков из ипотечного пула не выплатят долги. Вряд ли Веннетту удалось бы достичь такой степени драматизма, просто рисуя схемы на доске.

Режиссёр фильма «Игра на понижение» Адам МакКей берёт пример со своего героя. Суть проблем с CDO (обеспеченные долговые облигации) он показывает на игре в казино, в которой участвуют актриса Селена Гомес и экономист Ричард Талер. Гомес делает ставку, а люди, столпившиеся около стола, начинают ставить на её выигрыш или проигрыш. Другие зрители спорят уже о ставках этих людей, а на их спор ставят остальные. В итоге изначальная ставка в миллион долларов может превратиться в ничем не обеспеченные миллиарды. Вряд ли вы сможете привлечь Селену Гомес для своих презентаций партнёрам или инвесторам, но если будете действовать по аналогии, то выделитесь среди конкурентов.

Проверяйте гипотезы на практике

Эффектное выступление Веннетта сподвигло Марка Баума проверить его теорию. Он не стал обращаться к экспертам и крупным игрокам рынка, а отправился к тем, на ком этот рынок держится. Проехавшись с риелтором по одному из престижных районов, Баум слышит, что почти все дома здесь взяты в ипотеку и владельцы скоро будут перепродавать их, так как не могут выполнить долговые обязательства. Поговорив с теми, кто выдаёт займы, Баум узнаёт, что они не сильно заботятся о платёжеспособности клиентов и выдают кредиты пачками, чтобы потом перепродать их банкам. Наконец, навестив стрип-бар и уединившись с проституткой, Баум понимает, что рынок недвижимости обречён.

«У меня пять домов», — заявляет Баум девушка, исполняя эротический танец. Она не в курсе, что её льготная ставка скоро исчезнет и за все дома придётся платить. Впрочем, заплатить она не сможет. Никто из экспертов, называющих ипотечный рынок стабильным, не оказывался в этой кабинке и не говорил с реальным заёмщиками, кредиты которых входят в облигации со средним уровнем надёжности. Спуститься на землю и пообщаться с обычными потребителями может быть очень полезно. Особенно если до вас это никому не приходило в голову.

Чётко понимайте выгоду своих партнёров

«Как ты *** (проведёшь) нас?» — звонит один из сотрудников Баума Джареду Веннетту перед тем, как заключить с ним сделку. Тот отходит от тренажёра, смеётся и рассказывает, как заработает кучу денег и его партнёры в любом случае останутся в выигрыше. Как бы он ни повёл себя, у них всё равно останутся дефолтные свопы, а облигации рано или поздно окажутся мусором. Только после этого разговора Frontpoint Partners вступает в игру.

Этот эпизод занимает несколько минут, но урок очень важен — никогда не оценивайте сделки только по своей выгоде. Важно понимать, что получит ваш партнёр и как он может вас подставить, чтобы получить больше вас. Да, в бизнесе всё построено на взаимовыгодном сотрудничестве, но это не тот случай, когда стоит бросаться открывать подарок, только увидев его под ёлкой. Чем привлекательнее сделка — тем строже её нужно проверять.

2/20 Золотые пески Зантирады | Ридли

Взглянув на вошедших Алексея, Нику и Фараджа, командир сказал:

– Готовьтесь к спуску на Зантираду!

Майору Юхану Андерсону было пятьдесят два года. Его голубые глаза сохранили юношескую живость. В отличие от остальных членов экипажа, одетых в серебристые костюмы, на нём был тёмно-синий костюм с тремя вертикальными красными нашивками на правом рукаве. Командир космолёта был единственным военным на корабле. Остальные члены экипажа являлись гражданскими сотрудниками.

На Земле давно прекратились не только большие войны, но даже локальные вооружённые конфликты. Это произошло в середине двадцать второго века вследствие объединения всех стран в единое государство. Однако Мировое Правительство опасалось конфликтов землян с иными цивилизациями. Поэтому космолёт, а также вездеход, находившийся в спускаемом модуле, были оснащены плазменными пушками, а у каждого члена экипажа имелась лазерная винтовка. Командиры разведывательных и боевых космолётов являлись сотрудниками Военного Космофлота Земли. Майор Андерсон не только сам отлично владел боевым оружием, но и требовал постоянного участия всех членов экипажа в тренировочных стрельбах в лазерном тире.

– Полагаю, ваша работа на Зантираде будет немного скучной, поскольку эта планета необитаемая, – сообщил Андерсон.

– Надеюсь, нам удастся совместить работу с небольшим интересным путешествием по Зантираде на вездеходе, – сказал Фарадж.

– Поездка на вездеходе не должна быть опасной. Поверхность Зантирады в районе предполагаемой посадки модуля ровная – нет ни глубоких ущелий, ни высоких гор, а есть только небольшие холмы. Единственное, что может помешать вашему передвижению и нахождению на этой планете – это сильные ветра, которые зафиксировали зонды. На Зантираде часто возникают песчаные бури. Скорее всего, зонды прекратили передавать сообщения из-за того, что их занесло песком, – сказал майор.

– Место посадки выбрано в умеренном поясе северного полушария, – сообщила Лейла. – В тропических зонах и на экваторе Зантирады наиболее часто бушуют сильные ураганы.

– А какие сведения получены зондами с других планет звёздной системы Дельта Павлина? – поинтересовалась Ника.

– Зонды, направленные на соседние с Зантирадой три планеты системы Дельта Павлина, показали отсутствие растений и животных. На этих планетах также нет пригодной для дыхания человека атмосферы, золотоносных песков и малое количество других полезных ископаемых. Совсем другое дело – Зантирада! Здесь по предварительным прогнозам невероятно большие запасы золота. Кстати, в связи с отсутствием разумных обитателей на Зантираде, все полезные ископаемые на этой планете по праву первооткрывателей принадлежат нам, землянам. Не забудьте установить флаг Земли на самом высоком месте в районе посадки спускаемого модуля, – напомнил майор и недовольным тоном спросил:

– А почему Стив и Виктор не зашли в рубку? Неужели на корабле есть место, где не слышен сигнал оповещения?

– Командир, вы меня вытащите даже из самого уютного места на корабле, – послышался из коридора голос Стива.

В рубку зашёл полный лысый сероглазый метеоролог.

– Стив Айсман, как вы со мной разговариваете! – возмутился Андерсон.

– Слава Космосу, что я не сотрудник военного ведомства, и вам подчиняюсь, только, как член экипажа, – сказал Стив.

– Я совершенно забыл, что со мной в полёт на разведывательном космолёте отправились несколько гражданских крыс, а не боевых офицеров космофлота Земли, – резко ответил Андерсон.

– Ваша грубость, майор, нам привычна, – сказал Стив. – Но армейские шуточки на вашем месте я бы приберёг для военных учений, которые, впрочем, теперь стали ненужными. Да и все боевые действия ныне сводятся лишь к истреблению хищников на заросших джунглями планетах. Прошу не забывать, что члены экипажа нашего космолёта – либо гражданские служащие, либо представители частных компаний.

– Рад, Стив, что вы напомнили мне об этом, – сквозь зубы процедил майор. – Но для вас у меня есть неприятное известие. В районе выбранного места посадки поднимается песчаная буря.

– Я с удовольствием займусь исследованием состояния атмосферы Зантирады. Рад, что у меня будет работа. Её я не боюсь. Плохо, что мне приходится выполнять указания офицера. Если бы вы знали, как мне не хочется с вами разговаривать, майор, – пробурчал Стив.

– А провоцировать скандалы тебе хочется? – спросила Лейла.

– Лейла, почему ты вступаешься за Юхана? Неужели ты скоро собираешься вступить в ряды ни с кем не воюющих военных? – поинтересовался метеоролог.

– Прекрати, Стив! Ты сейчас похож на наглого заевшегося домашнего кота, – сказала Лейла, – а, между прочим, метеоусловия на Зантираде действительно сложные.

– Так выбери место для посадки поспокойнее, – посоветовал Стив.

– Координаты места посадки спускаемого модуля были определены ещё на Земле. Мы сядем неподалёку от места предполагаемого нахождения одного из зондов, направленных с Земли на Зантираду несколько лет назад. Единственное, что я могу порекомендовать командиру, так это совершить ещё несколько витков вокруг Зантирады и дождаться, когда уляжется начинающаяся буря, – сказала Лейла.

– Если бы в спускаемом модуле на Зантираду направлялся только Стив, я бы приказал садиться в эпицентр бури, – сердито сказал майор. – Но так как с ним полетят ещё три члена экипажа, то я разрешаю отложить старт спускаемого модуля и сделать ещё пару витков.

– Песчаная буря в районе посадки скоро уляжется, – сказал вошедший в рубку сухопарый высокий темноволосый человек с чёрными колючими глазами. – Главное, чтобы не разразилась буря на самом корабле. Я из коридора слышал, как вы тут разговариваете на повышенных тонах.

Это был психолог Виктор. В его внешности сочетались черты всех земных рас – у него были курчавые светлые волосы, чёрные узкие глаза, прямой нос, широкие скулы и шоколадно-коричневая кожа.

– Хорошо, что ты зашёл, Виктор. Ты готов провести плановые беседы с теми, кто готовится к высадке на Зантираду? – спросил майор.

– Я только недавно беседовал со всеми членами экипажа, – сказал психолог.

– Ладно, у тебя будет время побеседовать с ними. Я решил, что ты тоже отправишься на Зантираду, – сказал майор.

Виктор удивлённо посмотрел на командира и спросил:

– Вы изменили своё решение, майор?

– Да. Только сейчас я решил, что тебе необходимо лететь на Зантираду. И для этого есть веские причины, – сказал Юхан Андерсон и, нахмурившись, бросил недовольный взгляд на метеоролога. – Присутствие психолога на Зантираде будет необходимо, поскольку туда летит Стив.

Айсман побагровел, и беспечная улыбка сползла с его лица. Наступила тишина, которую прервал Алексей.

– Я проверю системы спускаемого модуля и вездехода, – сказал Алексей.

– Хорошо, – кивнул Андерсон.

Алексей направился в шлюзовой отсек и там тщательно обследовал спускаемый модуль и вездеход. Затем он прошёл в свою каюту и прилёг на кушетку, решив до старта модуля немного отдохнуть. Он закрыл глаза и стал представлять, как он сойдёт с трапа модуля на неизведанную планету, на которую не ступала нога человека. Воображение рисовало ему удивительные картины.

– Отправляющимся на Зантираду занять места в модуле! – раздался голос майора из вмонтированного в стену динамика.

Алексей надел скафандр, взял в руку шлем, повесил на пояс лазерную винтовку и направился к отсеку, в котором находился модуль. Рядом со спускаемым аппаратом стояли провожающие – командир корабля, Акиро и Лейла. Ника, Стив, Фарадж и Виктор, облачённые в скафандры, уже находились в модуле.

Алексей сел в кресло пилота и весело сообщил:

– Командир, все места заняты!

– Вы отправляетесь на Зантираду на самом большом спускаемом аппарате, из всех находящихся на космолёте, – сказал Акиро.

– Прилетайте на оставшихся одноместных катерах к нам на Зантираду! – пригласил Алексей.

– Надеюсь, это не понадобится, – сказал Андерсон. – Старшим экспедиции на Зантираду я назначаю Фараджа.

Новости конкурса

Iceman Cometh | Блог

Я хочу поговорить со всеми вами в сообществе Iceman о щекотливой теме.

Сейчас октябрь и время года, когда Icemania Белла набирает обороты. Скоро будет ноябрь, и ребята начнут отращивать усы и бороды для Movember в поддержку мужского здоровья.

Мой отец был алкоголиком и умер от рака простаты в возрасте 53 лет. К тому времени, когда они поймали его в возрасте 46 лет, его рак дал метастазы в кости.Он сражался семь лет, прежде чем умер от болезни.

На протяжении всей своей взрослой жизни я чувствовал, что его рак был прямым результатом употребления галлонов Tanqueray и Fresca, и что я мог бы избежать этого, если бы вёл здоровый активный образ жизни велосипедиста и употреблял только умеренно.

Представьте мое беспокойство в прошлом январе, когда во время ежегодного медицинского осмотра мы обнаружили, что мой уровень ПСА равен 9. «Должно быть, произошла какая-то ошибка. Давай еще раз проверим », — подумал я. Еще один тест вернулся в 8.3. Мой лечащий врач направил меня к урологу, и в июне я получил сообщение о том, что у меня диагностирована агрессивная форма рака простаты (задержка на 3 месяца из-за COVID-19). История Киккана Рэндала о выигрыше олимпийской медали с Джесси Дигганс (лыжный спринт) и обнаружении рака груди месяц спустя не позволила мне отрицать, что здоровый человек может болеть раком.

Сейчас я выздоравливаю после радикальной простатэктомии, пока все в порядке.Я считаю дни, пока я снова не смогу кататься на велосипеде (38). Оказалось, что мой рак был наследственным по наследству, и то, что я всю жизнь занимаюсь спортом, не изменит этого.

Не откладывайте ежегодный медосмотр, и если вы не видели свою документацию несколько лет назад, приступайте к ней сейчас. Друзья, не позволяйте им скользить. Если они не могут записаться на прием самостоятельно, сделайте это за них. Это подходящий год, поскольку у Bell’s Iceman перерыв, и у вас есть дополнительное время, чтобы позаботиться о собственном здоровье.Я знаю, что рад, что мы рассмотрели мою ситуацию до того, как она успела распространиться.

Рак простаты может быть медленно растущим заболеванием, но всегда лучше поймать его на ранней стадии. Просто спроси моего отца.

Стив

Ibanez Iceman IC210 1978 Vintage Sunburst Steve Miller

У меня ТОННА фотографий … просто спросите их. У меня было довольно много гитар, подписанных Стивом Миллером, и некоторые из его ЛИЧНЫХ гитар, которые он подписал. Это подпись, которую он делает, когда действительно не торопится.Вы найдете эту же подпись с изображением Google для подписи Стива Миллера. Так что приятно, что здесь есть этот превосходный пример. Эта гитара появилась на моем пути через Джесси из Cowtown guitars в Лас-Вегасе (да, GUITAR GUY, которого приглашают на Pawn Stars). Прилагается его визитная карточка с оценкой, сделанной недавно. Итак, между ним и другим парнем я наконец получил этот превосходный топор. Со мной связались 2 разных человека, которые сказали, что когда-то у них была эта гитара … не одна из них, а ЭТА гитара.Один сказал, что когда-то это был Стив (я ему не верю), другой сказал, что потерял его в залог некоторое время назад, а через некоторое время увидел его в ломбарде в другом месте. Я более склонен ему верить, так как он пришел ко мне через рекламу ломбарда в Интернете, и это было в пределах пары сотен миль от того места, где второй парень сказал, что видел его в последний раз. Хорошо, давайте начнем, и все спецификации ниже. Опять же, попросите остальные фотографии, здесь разрешено только 25 … итак …. Я ничего не убирал на этом.Он играет и звучит УДИВИТЕЛЬНО. Это поистине дико, как много УДОБНЫХ звуков может исходить от этого большого звукоснимателя с тройной катушкой и этого 4-позиционного переключателя-разветвителя. ВСЕ 100% ОРИГИНАЛ! Это удивительно. Вплоть до корпуса. Ни один винт не заменялся. Тут и там есть пара звонков. В остальном гитара СУПЕР ЗВУК. Шея по-прежнему установлена ​​отлично, никаких доказательств наличия каких-либо проблем с шеей, гривой или другими проблемами. Это действительно топор, которым вы будете очень гордиться.Если ты не хочешь этого … просто отправь его обратно. Я бы все равно хотел оставить ее себе. lol В фольге, которая находится на обратной стороне задней крышки … кто-то слегка вставил свой номер телефона в фольгу …. не дерево. Хотя крутая идея. Это те фотографии, которые я вам пришлю. Так что попросите эти фотографии, я могу снять вам кое-что из YouTube, если хотите. Это ОДИН И ЕДИНСТВЕННЫЙ ГОД, когда эту модель наконец назвали ICEMAN в каталоге. Ibanez потребовалось 3 года, чтобы назвать их, а не просто использовать числа для имен.В чемодане есть раскладушка, которую я купил, на которой изображена подпись Стива Миллера Iceman. У этого есть большой наконечник, 3 ручки активного эквалайзера и еще один мини-переключатель. Он лишь немного использовал его в 1976 году, а затем создал ДРУГОЙ фирменный сериал «Художник». Так что это не одна из тех редких вещей. Заранее поздравляем победителя. Доставка осуществляется только в 48 нижних штатов США. Готовы стать вершиной вашей коллекции или отправиться в путь. Лады вроде на 98% остались.Да, они тоже оригинальные. Теперь о копировании / вставке. 1978 Ibanez Iceman IC 210 2663TC С автографом Стива Миллера. Всего 68 выпущено в 1978 году. Послушайте пластинки Стива Миллера «Fly Like An Eagle» и «Book Of Dreams», и вы услышите некоторые из великолепных звуков IC 210. Специальная конструкция звукоснимателя с тройной катушкой может воспроизводить некоторые из них. доступны самые характерные тона. Корпус: Массив красного дерева. Гриф: ламинированный каменный клен. Гриф: палисандр черного цвета, вставки в виде перламутрового параллелограмма. 22 лада Velve Touch, половина или половина из латуни и костяной гайки.Пикап: звукосниматель с тройной катушкой специальной конструкции Ibanez. Мост: специальный запорный мост Ibanez Gibralter. Насадка: насадка Ibanez Quick-Change с прорезью. Органы управления: громкость, тон, поворотный 4-позиционный разветвитель катушки. Головки машины: Ibanez Velve Tune II Фурнитура: Хромированная. Доступный цвет: Brown Sunburst (BS)

подробнее…

Iceman Cometh’s Steve Brown: простая поездка порождает «безумную» гонку

ТРАВЕРС-СИТИ, Мичиган (Вирджиния) — Гонка на горных велосипедах Iceman Cometh зародилась в простой поездке по лесу Мичигана, — говорит основатель Стив Браун.

«Я вышел и проехал на своем велосипеде в государственных лесах… Я оказался в Калкаске и подумал:« Чувак, мы должны устроить велогонку точка-точка », — сказал Браун.

Мероприятие дебютировало в 1990 году. Браун выбрал первые выходные ноября, которые удачно совпали между туристическим сезоном и сезоном охоты на оленей. Всего участвовало 35 человек.

«Я взял с них 5 долларов», — сказал Браун. «Я купил гамбургеры и булочки и приготовил для них гамбургеры».

Мероприятие было сдержанным, даже не гонкой.Не было ни спонсоров, ни призового листа.

В этом году приняли участие более 12 000 человек, 5 000 из них — гонщики. И был призовой фонд значительного размера — более 50 000 долларов — с равными выплатами для мужчин и женщин.

«С каждым годом … все усложняется. Сейчас это безумие, — сказал Браун за несколько дней до события. «Люди спрашивают меня:« Ты участвуешь в гонках? »Всю неделю я сплю пять часов, пытаясь быть на шаг впереди всех».

Гонка теперь привлекает гонщиков всех уровней, от новичков до профессионалов.В этом году две олимпийцы завоевали высшие награды в элитных гонках — Сэм Шульц (Subaru-Trek) и бронзовый призер Олимпийских игр в Лондоне Джорджия Гулд (Луна). Второе место заняли и олимпийцы — канадцы Эмили Бэтти (Subaru-Trek) и Джефф Кабуш (Scott 3Rox Racing).

«Это одна из моих любимых гонок, на которую мы поедем. Это так здорово. И все в восторге », — сказал Шульц. «Гонки в самых отвратительных условиях, и я очень счастлив сделать это. Выставка очень веселая. Мы подписали там плакаты, и это место, где очередь никогда не уменьшается.Все здесь в восторге от катания на горных велосипедах ».

Финиш на Timber Ride Resort — тоже небольшой праздник. Есть разливные краны с постоянным запасом пива от титульного спонсора Bell’s Beer, а также еда и костры для тех, кто досрочно ожидает прибытия профессионалов во второй половине дня.

«Они веселятся. Именно они создали эту загадку », — сказал Браун. «Это просто велогонка, но вместе со всеми они превратили ее в фестиваль.Я просто пытаюсь заставить все это работать. И это самое интересное ».

По словам гонщика Брайана Андервуда (Hometown Bicycles), упорный труд Брауна окупается для спортсменов. 22-летний парень из Дэвисбурга, штат Мичиган, участвует в гонках на Iceman в течение пяти лет и в этом году выступил в мужской профессиональной гонке, заняв 58-е место.

«Iceman — событие, не похожее ни на какое другое», — сказал он. «Это классический американский горный велосипед с лучшей атмосферой, которую можно только получить от гонки. Стив Браун и его волонтеры глубоко увлечены своей гонкой, и это видно.Это то, что делает это мероприятие на высшем уровне и заставляет меня возвращаться. Я буду продолжать участвовать в этой гонке до того дня, когда я больше не смогу ездить на велосипеде ».

Обложка

Iceman 3 Very Fine от Стива Уя | Комиксы

3 доллара.00

Продавец:
njmountaineer (1856)

обложка Стива Юя.Автор: Дэн Абнетт и Энди Лэннинг (W) / Скотти Янг и Грег Титус. Самая крутая серия X-Men Icons набирает обороты! Ледяной человек и таинственная собака-враги защищают древние лачуги от ужасов аугменов! Это яркое зрелище … Подробнее

Особенности товара
Название серии
Iceman
Номер выпуска
3
Издатель
Marvel
Главный герой
Iceman
Жанр
Супергерой
Марка
8.0 VF
Сертификат
Несертифицировано
Подпись
Нет
Описание позиции

обложка Стива Юя.Автор: Дэн Абнетт и Энди Лэннинг (W) / Скотти Янг и Грег Титус. Самая крутая серия X-Men Icons набирает обороты! Ледяной человек и таинственная собака-враги защищают древние лачуги от ужасов аугменов! Это захватывающая битва в Гонконге, и шансы определенно не в их пользу! Сможет ли Бобби Дрейк бороться с удивительными способностями этих искусственно усиленных воинов, или ему придется стать жертвой их злых планов? И как слово «сын» повлияет на Iceman на долгие годы? (MarvelPG) Цена обложки 2 доллара.50.

Информация о продавце
Продавец
njmountaineer (1856)
Зарегистрировано с
25.06.2018
Обратная связь
99.4%
История продаж

Листинг не продан.

Расположение предмета
Северная Каролина, США
Доставка в
США
Вес изделия
0 фунтов 3.2 унции
Инструкции по транспортировке
Доставка будет через USPS.
Комиксы будут упакованы и упакованы в транспортировочный контейнер для комиксов, или надежно упакованы, если это оцененный предмет.
Возврат принят
Нет
Общественные вопросы

Нет сообщений.

Вам необходимо авторизоваться, чтобы задать вопрос продавцу.
Нажмите здесь, чтобы войти

THE ICEMAN — STEVE WAUGH TEST RECORD

GCCC предлагает лучшие на рынке профессиональные услуги по регистрации и игре! Эта услуга Match Ready специально разработана для ВАШЕЙ летучей мыши, чтобы повысить производительность и увеличить срок службы летучей мыши.Ознакомьтесь с этим здесь или продолжите чтение ниже, чтобы ознакомиться с нашими рекомендациями по самостоятельной работе.

СДЕЛАЙТЕ САМ РУКОВОДСТВО ПО ПОДГОТОВКЕ — ПРИРОДНЫЕ летучие мыши

Благодарим вас за покупку новой биты в Cricket Center! Мы знаем, что вы хотите его использовать, но есть несколько важных подготовительных этапов, которые вам нужно будет выполнить, прежде чем вы начнете подсчитывать очки!

Начало работы

Каждая бита должна быть смазана маслом и / или иметь Extratec (если это еще не сделано).Защита пальцев ног также обязательна! Обычно мы рекомендуем выполнить эти задачи перед использованием матча.

Смазка — Используйте только сырое льняное масло. Масло поддерживает уровень влажности летучих мышей и способствует усилению защиты. Для нанесения используйте ткань и масло стоимостью 10 центов. Слегка нанесите масло на лицо, края, носок и лезвие, избегая стыков и любых этикеток. Как правило, достаточно 3-4 начальных слоев и одного слоя каждые 8-12 недель после этого (при условии, что ваша летучая мышь натуральная).Каждый слой должен высохнуть в горизонтальном положении примерно на 24 часа перед нанесением следующего слоя.

Extratec — Настоятельно рекомендуемая защитная пленка, покрывающая область удара летучих мышей, используется более чем 90% всех игроков в крикет. Это, безусловно, лучшая форма защиты от летучих мышей, которая не снижает производительность. Extratec также помогает поддерживать уровень влажности у летучих мышей, однако мы по-прежнему рекомендуем слегка смазывать открытую древесину каждые 12 недель или около того.

Защита пальца ноги — Для летучих мышей, у которых еще не установлена ​​защита пальца ноги, вы должны сделать это в целях гарантии, а также для обеспечения долговечности вашей летучей мыши и значительного снижения вероятности повреждения пальца ноги.Toe Goo или Hard Toe — рекомендуемая форма защиты.

The Ideal Preparation — Нанесите 2 легких слоя масла на лицо и края летучей мыши и один слой на спину. После того, как вы дадите высохнуть, проделайте все вбивания молотком, пока у летучей мыши все еще будет естественное лицо. После высыхания нанесите Extratec & Toe Protection. Продолжайте слегка смазывать открытую древесину маслом каждые 12 недель или около того.

ФАЗА 1 — СТУК НА СТАДИИ — МОЛОТОК

Подкатывание — это процесс, при котором ива сжимается и укрепляется, чтобы подготовить ее к использованию в спичках.Если подбивка не выполнена правильно, высока вероятность повредить биту и гарантии могут быть аннулированы. Подбивка жизненно важна для всех летучих мышей English Willow и должна выполняться с терпением и осторожностью. Ни одна летучая мышь не готова к использованию с полки. Нажатие биты запустит процесс и сократит общее время процесса. Лучшим инструментом для выполнения подбивания является молоток битой / мячом. Для этого вам потребуется до 16 часов, в зависимости от вашего выбора биты и тщательности на протяжении всей процедуры.Некоторым летучим мышам может потребоваться больше / меньше работы в зависимости от ивы и ухода, предпринятого во время стука. Есть 4 области , которые необходимо подготовить во время подбивки: Лицевая сторона, Носок и каждый край . В центре внимания всегда должны быть края и носок! Начинайте с легкости и накапливайте по мере продвижения! Помните, что очень важно сильно бить битой в конце этого процесса, чтобы подготовиться к использованию спички.

Лицо — Эта область будет охватывать снизу стыка примерно до 10 см от низа ракетки.Ударяя прямо по лицу, начните с крайнего левого волокна. Работайте по этому зерну несколько раз вверх и вниз, постепенно увеличивая силу. Как только вы достигнете разумного количества силы, переходите к следующему слою и продвигайтесь через биту, пока не закроете все лицо.

Кромки — Это нужно делать примерно на 15 см от плеч до низа биты.

Отведите молоток от краев под небольшим углом (никогда не ударяйте по краю).Здесь вы хотите воспроизвести скользящее движение «края» в игре. Это постепенно сделает край закругленным.

Носок — Выполните ту же процедуру, что и лицо, но закройте нижнюю часть на 10 см. На самом деле сосредоточьтесь на нижней части 1-2 см и ближе к краям, так как эти области наиболее уязвимы. Опять же, начинайте осторожно и увеличивайте силу по мере продвижения.

Не забывайте начинать плавно и увеличивать силу по мере продвижения. Если вы потратите больше времени / усилий, то в результате летучая мышь будет работать дольше и будет лучше работать! Чтобы продемонстрировать вышесказанное, выполните поиск по запросу «подготовка биты для крикета» на нашем канале GCcricketcentre на YouTube.Теперь вы готовы начать бить по мячу и играть с битой.

GCCC не рекомендует использовать автомат для игры битами или игры с ними. Машины часто могут повредить летучих мышей и оказать давление на плечи, вызывая трещины и повреждения.

ФАЗА 2 — ИГРА НА ЭТАПЕ — СЕССИИ СЕТИ

Игра начинается после завершения процесса молотка. Как только вы решите, что завершили Фазу 1, поднесите свою биту к сеткам с помощью старого кожаного мяча.Начните с мягких бросков и защитных ударов. Проверяйте биту после каждого выстрела, чтобы убедиться в отсутствии видимых вмятин / следов швов. Сначала бейте по мячу осторожно, а по мере продвижения — сильнее. Если появляются отметины, вы должны немедленно прекратить использование, поскольку Фаза 1 не была завершена правильно. Повторите Фазу 1 вбивания с молотком, наращивающим силу, и попытайтесь провести еще одну сетевую сессию позже. Если следов / вмятин не видно, постепенно увеличивайте силу удара мяча и скорость его удара. Продолжайте искать вмятины / отметины.Этот процесс может быть длительным и включать в себя несколько сетевых сеансов и проб / ошибок. К концу этого процесса вы должны сильно бить по мячу и стоять лицом к лицу с быстрым боулером, при этом битой не должно быть вмятин. В этом случае ваша летучая мышь должна быть готова к матчу!

ЧТО ПОМНИТЬ:

  • Крикетная бита не будет вечно выглядеть новой, на ней появятся трещины.
  • Летучие мыши изготовлены из натурального материала, и перед ними невероятно сложная задача — многократно ударить по твердому мячу для крикета.
  • Трещины могут возникать в процессе приработки и не обязательно напоминать неисправность / дефект
  • Растрескивание может быть признаком недостаточной приработки, неправильной подготовки / использования, мягкой ивы и т. Д.
  • Небольшое растрескивание является нормальным и не влияет на работоспособность биты. Их обычно можно отшлифовать, и они появлялись на летучих мышах на протяжении веков
  • Срок службы летучей мыши зависит от интенсивности использования и ухода.
  • Для увеличения срока службы настоятельно рекомендуется дополнительная защита, такая как Extratec и Toe Protection.
  • Некоторым летучим мышам может потребоваться больше / меньше подготовки, чем первоначально рекомендовалось. Время подготовки к работе является общим ориентиром и не означает, что после того, как вы закончили часы, ваша летучая мышь готова. Например, если ваш нокаут не был выполнен в соответствии со стандартами, вы можете потратить более 30 часов на биту, но она все еще может быть не готова.
  • Цена летучей мыши не отражает потенциальную долговечность ивы.На самом деле, более дорогие летучие мыши сделаны из более мягкой ивы, и хотя они будут превосходить более дешевые летучие мыши, они не могут длиться так долго.

Попытка растопить ледяного человека

В начале этого года мир крикета стал свидетелем замечательного
неделю, в течение которой жители Сиднея изливали свою привязанность к своим
любимый сын Стивен Во.

Сообщается, что уже в четыре утра участники выстраивались в очередь, чтобы
получить свои любимые места, и улицы за пределами земли были заблокированы
на восемь, не потому, что увлекательный сериал между Индией и Австралией был
подходит к своему заключению, но потому что один человек, который так много значил для
Австралийский сверчок и австралийцы в целом надевали его растрепанные
мешковатая зеленая кепка в последний раз.

Стив Во не был богом крикета или гением, как Тендулкар или Лара,
ни даже технически блестящий, как Рахул Дравид. Как и все мы, он был
человек. Но ранее ничем не примечательная семья в пригороде Сиднея была
определенно дал больше, чем справедливую долю таланта, когда близнецы Во,
Стивен и Марк появились на сцене почти 39 лет назад. Их маленький
игры в крикет на заднем дворе в конечном итоге привели к тому, что они сыграли почти
300 тестов и около 20 000 заездов между ними.Некоторые возразят
этому одному было дано чуть больше таланта, чем другому. Как один участник
Армии Барми однажды сказал, когда он осмелился покататься на величайших санях
им всем: «Эй, Стивен, лучший игрок с битой в мире? Ты даже не лучший
игрок с битой в твоей семье! »

Что ж, более десяти лет Стивен Во превратился в лучшего игрока с битой.
в мире. При рождении ему дали два полезных навыка крикета: невероятный.
координация рук и глаз и самая быстрая пара рук среди всех игроков в крикет, которые у меня есть
играл против.На остальное ему пришлось потрудиться. Он доказал один крикет
клише в его карьере: чем выше уровень вы играете, тем больше он
играл в твоей голове. И он был мысленно сильнейшим игроком своей эпохи.

Он не особо хорошо справлялся с коротким мячом и двигался по кругу.
много складок, когда котелок поставил, оставаясь позади и не совсем
перенос всего веса на переднюю ногу при подаче мяча
вверх. Но, эй, это игра. У каждого игрока с битой есть слабые места, и это вверх
игроку, чтобы преодолеть их, и оппозиции, чтобы использовать их.Во
преодолел его недостатки, потому что его зрительно-моторная координация означала, что он мог
не пускай хороших и убирай плохих — и потому что его умственное
твердость помогла ему пройти через любую ситуацию, в которой может вырвать ватин.

Многие встречи перед Ashes Test прекратились, когда имя С. Во стало популярным.
экран проектора. Половина команды оживилась и сказала: «Смотри, пропусти, просто поставь
в овраге и короткой ноге, и мы поперчим его коротышкой. Это
только вопрос времени «. Другая, менее эмоциональная половина, обычно бьющая
и тренер сказал: «Нет, давай и постарайся нанести удар пораньше, потому что
он имеет тенденцию немного отклонять голову от мяча, а затем
шанс, что он будет в боулинге или в весе.»Последнее, что всегда говорилось, это то, что, когда он впервые вошел, все должны были быть в напряжении, поскольку он любил толкать
сингл и выйти из забастовки. Встреча окончена. Все счастливы.

На следующий день, если у нас все будет хорошо и мы сократим количество Австралии до 300
для троих мы были бы довольны собой. Приходит Во, красный
носовой платок, свисающий из кармана, толкает мяч (обычно кому-то
как дурацкий Гоф, стоящий посередине) и пробегает сингл, улыбается и
какое-то время воздерживается от забастовки.За этим последуют несколько коротких мячей.
(что Во считает неудобным, но никогда не выходит), а боулеры
начать думать, что им лучше начать продвигать его. Они слишком исправляют
и эти невероятные руки начинают ласкать мяч сквозь крышки. До
Вы знаете это, вы смотрите на табло, а ему 30 лет.
Бег. День сурка! Вы все это видели раньше, но вроде ничего нет
вы можете сделать, чтобы это не повторялось снова и снова.

Как игрок, Во всегда был самым опасным, когда сталкивался с
настоящий вызов.Все его великие возможности происходили перед лицом невзгод. Ли
это была плохая калитка, или плохой теленок, или плохая пресса, намекающая на ослабление его власти, он чувствовал себя как дома в трудных ситуациях. Как будто он верил в свою репутацию «ледяного человека» и стремился ее улучшить. Ничто не доставит ему большего удовольствия, чем чтение на следующий день о другом
бесстрашный Стив Во подач.

На игрока в крикет не могло быть большего давления, чем в январе.
2003 против Англии на SCG.С тех пор Во признал, что если бы он не
получил пробежки в этом тесте, это было бы его последним. Он не был особенно
хорошо играл в сериале и выглядел на удивление нервным. Он вошел, когда
В Австралии было 56 из трех, и я сразу подумал: «Опасно».
Все, что я пытался сделать в тот день, казалось почти бессмысленным. Как будто
сценарий уже был написан.

В тот вечер, когда Во на 98-м и приближался последний бал дня,
Я подбежал к Доусону и сказал ему, что у меня нет настоящего хитрого плана, кроме как затормозить все,
заставить Во нервничать и надеяться, что он совершит ошибку.Доусон подал
совершенно хороший мяч, и эти руки Вау просто отбросили его через
покрывает с полным пренебрежением.

Как капитан Во использовал те же принципы, что и как игрок: он
максимально использовал то, что ему давали. К счастью для него, он получил замечательный
собрание игроков с битой плюс три великих боулера всех времен в МакГрате,
Варн и Гиллеспи. Его сторона играла так, что они в основном взяли
ничья из уравнения. Они забивали бы больше четырех очков за свои пробежки.
закончился, объявите раньше и оставьте как можно больше времени, чтобы побороть оппозицию
дважды.Дни, когда кто-то вроде Бойкота отбивал день за сотню
ушли. Такие, как Хайден, Понтинг и Гилкрист, забивали века
за сеанс, и такое отношение было заразительным, распространившись по всей команде
с более компактными игроками, такими как Langer, становились все более обширными.

Ричи Бено, человек, который должен знать, считает, что команда Во
произвел за последние четыре или пять лет самого волнующего крикета в
история игры. Серия из трех тестов, которую Англия сыграла недавно на Шри-Ланке, — это то, как раньше играли в крикет, но теперь она кажется очень напористой.
по сравнению.Будет ли этот темп устойчивым, покажет время. Так и будет
зависят от имеющегося таланта.

Три великих капитана доставили Австралию туда, где они сейчас. Аллан
Граница изменила культуру, изменив отношение Австралии. Больше не было
они будут людьми из типа «давай выпьем пива после игры», но
гораздо более безжалостный наряд. Это было самое сложное. За ним следили
более целеустремленным Марком Тейлором, который спокойно встал бы при первом скольжении
влияя на игру и, что более важно, влияя на некоторые из драгоценных камней
которые начали появляться в австралийской команде благодаря смене Border
в культуре.Тейлор позаботился о том, чтобы австралийцам не пришлось просто выжить.
на браваду, но оставил их с четырьмя или пятью величайшими игроками всех времен, которые могли в одиночку превратить игру в крикет. Стив Во объединил все это и дал им последний ингредиент — веру.

Один большой провал Во произошел в Индии, где им удалось потерять
серии, которые у них были для взятия. Я считаю, что это был единственный раз, когда их отношение
подведи их. Иногда в Индии нужно просто сидеть сложа руки: замедлить сопротивление
снижается, удерживайте давление на таких, как Тендулкар, Лаксман и
Дравид.То, что они перестают набирать очки, заставляет толпу перебиваться им на спину и создает
давление. Однако Австралия — в поисках своей 17-й победы подряд —
имел отношение, которое не позволяло «сидеть». Во продолжал атаковать;
принудил к продолжению и, прежде чем он это осознал, обнаружил, что его команда бьет последней, и они сами находятся под давлением. Они проиграли это испытание в Калькутте, и
серии. Это изъян в его послужном списке, но на это были веские причины.

Не могу сказать, что когда-либо хорошо знал Стива Во.Он никогда не позволял своему
защитный щиток из-за боязни позволить чему-либо проникнуть сквозь его покров непостижимости.
Ближе всего к тому, что я подошел к его взлому, был бар в Аделаиде после того, как мы
не удалось вернуть Пепел в 1998-99 годах, когда я выбрал мозг Стива, а не его
отношение к ватину. Теперь для меня нет смысла пытаться поговорить с Ларой
или Тендулкар о подобных вещах; для них это просто естественно.

Но я всегда находил Во интригующим. Как он сделал себя таким
хороший? Он сказал мне, что самым важным аспектом для него был язык тела.Ему нравилось почти бегать по складке, чтобы подчеркнуть, что он наслаждается
битва впереди; ему нравилось создавать ауру агрессии. Ничего не подчеркивает
это больше, чем когда девять лет назад в Порт-оф-Спейне Во стоял лицом к лицу
лицом к лицу с одним из величайших быстрых боулеров всех времен, Куртли Эмброузом.

Вот человек, который не особенно хорошо играет в короткий мяч,
не тянет и не зацепляет, говоря мужчине, который увольнял его больше всего в
Испытайте сверчка, чтобы вернуться к своей отметке и чаше.Роберт Крэддок написал в
Wisden: Waugh того года «стоял на своем, как Джон Уэйн, когда Эмброуз
вступил с ним в словесную перестрелку с двух метров; у котелка
быть унесенным Ричи Ричардсоном. « Это тестовый сверчок », нераскаявшийся
Во сказал потом. «Если вы хотите легкой игры, идите поиграть в нетбол».
забил 63 гола в том иннинге и заработал 200 в следующей игре,
когда Австралия выиграла подачу и вернула трофей Уоррелла.

На протяжении всей своей карьеры Во почти целенаправленно увеличивал
Задача — будь то больной теленок, подача последнего шанса в салуне или вспыхнувший Эмброуз — извлечь из себя все самое лучшее.По сути, более 20 лет он играл в интеллектуальные игры с самим собой и оппонентами. Толпа не приходила в Сидней, чтобы поблагодарить его за статистику. Они пришли поблагодарить его за характер.

Насер Хуссейн 45 раз был капитаном сборной Англии, семь из них — в Ashes Tests.
против Австралии во главе с Во. Англия выиграла один, Австралия — шесть.

© Джон Уисден и Ко

Музей странностей: ледяной человек, Остин, Техас


Было ли замороженное тело недостающим звеном между человеком и обезьяной?

Остин, Техас

Все началось с проклятия, наложенного на ребенка.


Знак всемирно известного существа во льду.

По крайней мере, так это играет для нас, в затемненных коридорах «Музей странностей » Стива Бусти. Стив вспоминает об опыте, который изменил жизнь, когда он был ребенком, выросшим в Хоунсдейле, штат Пенсильвания. Он, наверное, много рассказывает эту историю, но она важная и забавная.

«Когда мне было, может быть, 4 или 5 лет — должно быть, это был 1974 — в то время я действительно увлекался динозаврами, пещерными людьми, и увлечение снежными людьми только начиналось.Были такие телепередачи, как «В поисках». Моя тетя знала, что мне понравится эта штука, которая путешествовала по стране в этом тракторном прицепе. Он приехал в наш город и установил на стоянке у K-Mart. Это был Миннесотский Ледяной Человек ».

Остановись, Стив. Мы знаем Миннесотского Ледяного Человека или, по крайней мере, знаем о нем — по нерационально потраченным годам учебы в Обществе по расследованию необъяснимых действий (SITU), Британия. Сумасшедший анклав зоолога Ивана Т. Сандерсона на далеком северо-западе Нью-Джерси.Знаменитое необъяснимое существо (также известное как «Ледяной человек Бозо») было легендарным в штаб-квартире SITU. По пути, чтобы точить бритвы с пирамидальной силой, на заднем дворе Ивана можно было осмотреть выставку фотографий Ледяного Человека.

Обратно к Стиву, передававшему ребенка Стиву: «Это были моя тетя Джинджер, моя бабушка и я. Я видел табличку« Существо во льду ». Я поднялся по этой лестнице в темный тракторный трейлер. Внутри была большая замороженная коробка, похожая на морозилку, со стеклом наверху. Все эти взрослые смотрели в нее, двигались, пытаясь хорошо рассмотреть… «


Большой Стив Бусти направляет Маленького Стива.

«Я был недостаточно высок, чтобы видеть, поэтому моя тетя поставила меня рядом с ним, я вскочил и столкнулся лицом к лицу с Миннесотским ледяным человеком. Я закричал. Все вокруг засмеялись. видите, большие зубы, взорванное глазное яблоко, волосы по всему телу «. Крошечный Стив цеплялся за край морозильной камеры, что казалось другим платежеспособным клиентам вечностью. «Я внимательно его изучал, люди должны были меня обходить.«

Ледяной человек сжег его. Но по прошествии многих лет Стив мог лишь смутно вспоминать, что видел замороженное существо.

В Остине его детские воспоминания начали таять.« Я провел небольшое исследование. После нескольких лет участия в шоу, Ледяной Человек пропал, и никто не знал, что с ним случилось. Он отсутствовал 40 лет. «

» Я был одержим поисками Ледяного Человека. Я не был уверен, что буду делать, если найду его и куплю — положу в свой гараж? »Стив наконец загнал существо в угол на онлайн-аукционе и купил его в 2013 году.


Морозильный саркофаг Миннесотского ледяного человека.

Музей странностей представляет Миннесотского ледяного человека в его собственной камере с регулируемой температурой, лежащей подо льдом в охлаждаемом саркофаге. Стив наслаждается подробностями истории.

«Ледяной человек» был предположительно обнаружен в Сибири и передан под сомнительную заботу экспонента Фрэнка Хансена, который возил его на государственные ярмарки и мероприятия. Это было расценено как типичная карнавальная фальшивка (по словам нашего инсайдера SITU, возможно, одновременно гастролировали еще два ледяных человека).

Затем, в 1968 году, два криптозоолога, Сандерсон и Бернард Хёвельманс, искали доказательства существования снежного человека и поехали из штаб-квартиры SITU в Миннесоту, чтобы исследовать это существо. Пара провела три дня, снимая мерки и фотографируя. Тепло фотолампы разбило покровное стекло, и оба мужчины заявили, что сразу почувствовали запах гниющей плоти. Существо было настоящим! Ни какой-нибудь деревянной или каменной опоры.

Сандерсон написал о Ледяном человеке в журнале Argosy , провозгласив, что это давно разыскиваемое недостающее звено между эволюционирующей обезьяной и человеком, и Хеувельманс опубликовал об этом в Бельгии, назвав новый вид: Homo pongoides .Довольно невероятно, но Хеувельманс полагал, что «Всемирно известное существо во льдах» было жертвой войны во Вьетнаме, диким человеком, известным как nguoi-rung , случайно убитым в дымящихся джунглях. (затем, э-э, заморозить пивной лед оппортунистическими военнослужащими и отправить домой?)

Что бы там ни было, судьба Стива связана с Ледяным Человеком. Каждый день он должен переплетать свою историю с историей существа, стоя у холодильника и просвещая посетителей. Скорее всего, никто никогда не закричит так убедительно, как маленький Бусти в 1974 году.

«Он пришел в мой город и изменил мою жизнь … Ледяной человек из Миннесоты».

.

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *